Партер Ковент-Гардена был набит до отказа шумной беспокойной публикой. Шерри толкали, наступали ей на ноги, но она не замечала. Она вглядывалась в пустующую ложу, седьмую от сцены, до тех пор, пока украшавшие ее барьер золоченые цветы и звезды не поплыли перед глазами, слившись в одну сплошную массу. Время шло, и шум в зале нарастал. Вдруг занавеска в седьмой ложе раздвинулась, и Шерри от страха, что сейчас увидит его, похолодела. Но среди вошедших в ложу Стивена не оказалось, и страх сменился унынием и разочарованием.
Видимо, она ошиблась, и девушка снова стала считать ложи, вглядываясь в аристократические лица тех, кто их занимал. Между ложами были тонкие золоченые колонны с хрустальными светильниками. Шерри снова и снова пересчитывала их, затем посмотрела на лежавшие на коленях ладони и сжала пальцы, чтобы унять дрожь. Он не пришел. Отдал свою ложу другим. Придется ждать еще неделю, к тому же неизвестно, удастся ли ей снова сэкономить нужную сумму на билет.
Заиграл оркестр, поднялся занавес, но Шерри считала минуты, забыв о музыке, которой раньше восторгалась, и то и дело поглядывала на два пустых кресла, моля Бога, чтобы Стивен появился!
И он появился. Между первым и вторым актом, она даже не заметила, в какой момент он занял кресло. Его образ сначала всплыл в ее воображении, но постепенно приобрел реальные очертания, заставив ее сердце биться сильнее. Она с обожанием смотрела на его прекрасное суровое лицо, стараясь навсегда запечатлеть его в памяти и смахивая с ресниц слезинки, затуманившие глаза.
Она не переставала мучить себя мыслью о том, что он никогда не любил ее, просто жалел и по недоразумению хотел искупить свою вину перед ней, полагая, что Берлтон — ее жених. И все-таки она не могла оторвать взгляда от его губ, таких страстных и нежных. От его точеного профиля. Вспоминала его чарующую улыбку.
Однако не только она не смотрела на сцену. Виктория Филдинг, маркиза Уэйкфилд, в ложе герцога Клеймора слева от партера, шарила глазами по рядам в поисках молодой женщины, которую заметила, когда та входила в театр.
— Уверена, что видела Чариз Ланка… я хотела сказать, Шеридан Бромлей, — шептала Виктория на ухо Уитни. — Она направлялась к партеру. Да вот же она, в темно-голубой шляпке! — тихо произнесла Виктория.
Забыв о сидевших рядом мужьях, подруги пристально рассматривали девушку, так тесно прижавшись друг к другу, что золотисто-каштановые волосы Виктории перемешались с темными блестящими волосами Уитни.
— Будь она без шляпки, мы сразу узнали бы ее рыжие кудри.
Но Уитни и так поняла, что это Шерри. Кто еще мог на протяжении получаса не сводить взгляда с ложи Стивена.
— Видишь, как она на него смотрит, — с волнением сказала Виктория, так же как и Уитни, расстроенная всей этой ужасной историей. — Думаешь, она знала, что Стивен будет сегодня в театре?
Уитни кивнула, все еще надеясь, что женщина в партере хоть на секунду оторвет взгляд от Стивена и повернется в другую сторону.
— Она знает, что он бывает здесь по четвергам на вечерних спектаклях, и ей известно, где его ложа. Они были тут вместе за несколько дней до того, как она… исчезла.
Это было самое подходящее и самое мягкое слово, из тех, что вертелись на языке Уитни. Виктория и Джейсон Филдинг знали о случившемся, потому что входили в небольшое число друзей Стивена, приглашенных на торжество, которое должно было состояться после венчания.
— Думаешь, она ищет с ним встречи?
— Не знаю, — шепнула Уитни.
Мужья между тем с недоумением наблюдали за своими прелестными женами, ни разу не взглянувшими на сцену.
— Что они там увидели? — шепотом спросил Клейтон Джейсона Филдинга, кивком головы указав на женщин.
— Какое-нибудь необычайное платье, — ответил Джейсон.
— Но они смотрят в партер, а там вряд ли увидишь уж очень роскошное платье, — заметил Клейтон. — В прошлый раз они тоже шептались, когда увидели в ложе рядом со Стивеном его любовницу, а в соседней ложе Монику Фицуеринг с Бейкерсфилдом, демонстративно не замечавшую Стивена.
— Помню-помню, — ухмыльнулся Джейсон. — Кажется, в тот вечер они были на стороне Элен Деверне.
— Уитни всю дорогу смеялась, когда мы возвращались домой.
— А Виктория заявила, что ни разу за весь сезон ей не было так весело, как на том трехчасовом спектакле, — заметил Джейсон и, наклонившись к жене, пошутил:
— Ты сейчас вывалишься из ложи, дорогая.
Виктория смущенно улыбнулась, но продолжала смотреть в партер.
— Она уходит! — сказала Уитни не то с облегчением, не то удрученно. — Не дождалась конца представления и не выходила в антрактах, а значит, не искала с ним встречи.
Переживания женщин развеселили и в то же время озадачили Клейтона. Он тоже смотрел в партер, но не обнаружил там ничего интересного. И лишь когда они ехали на очередной прием с обильным ужином в полночь, спросил у жены:
— О чем вы так увлеченно шептались с Викторией? Уитни не решилась сказать правду, чтобы не огорчать мужа. Вряд ли ему понравится, что весь вечер их внимание, не важно, по какой причине, снова было сосредоточено на Шеридан Бромлей.
— Виктория сказала, что видела в опере Шеридан Бром-лей, но мне не удалось как следует разглядеть лицо женщины, на которую она указала, и я не уверена в том, что это действительно была Шеридан.
При упоминании о Шеридан Клейтон нахмурился так, что его темные брови сошлись на переносице, и Уитни поспешила сменить тему.
В следующий четверг, воспользовавшись тем, что мужья заняты делами, Виктория и Уитни приехали в Ковент-Гарден пораньше и, заняв свой наблюдательный пост в ложе, стали внимательно смотреть на входивших в партер и амфитеатр зрителей, стараясь не пропустить Шерри, если та появится.
— Ну что, — спросила Виктория, — ее пока нет?
— Отсюда очень трудно разглядеть лица. Удивляюсь, как ты умудрилась в тот раз заметить ее в толпе.
— Не знаю, радоваться или огорчаться, — сказала Виктория, откинувшись в кресле, когда занавес раздвинулся, а женщина, похожая на Шеридан Бромлей, так и не появилась.
Уитни думала о том же, устраиваясь поудобнее на своем месте.
— Стивен пришел, — в следующую минуту сообщила Виктория, — а с ним, кажется. Жоржет Портер.
Уитни бросила взгляд на ложу Стивена и рассеянно кивнула.
— До чего хороша, — добавила Виктория без всякого энтузиазма, чтобы хоть как-то подбодрить себя и подругу в этой совсем невеселой ситуации. Ей нравился Стивен Уэстморленд, входивший в узкий круг близких друзей ее мужа. И с первого же взгляда понравилась Шеридан Бромлей, тоже американка, как и сама Виктория.
Сидевшая рядом со Стивеном женщина кокетливо улыбалась и что-то возбужденно говорила ему, но у Уитни создалось впечатление, что он не то что не слышит, но и не видит ее, только делает вид, чтобы не показаться невежливым.
