окончательно успокоиться, молодой человек, ещё немного пройдясь, облокотился об перила, чуть-чуть наклонился вниз к реке и начал внимательно вглядываться в непроглядную тёмную воду. Хоть вода и не была кристально-чистой, её вид, звук плеска воды и свежий холодный воздух, который дул от реки, очень успокаивали Стаса. С каждой минутой ему становилось всё лучше и лучше.
Окончательно успокоившись, Станислав ещё какое-то время погулял по набережной. Когда стало совсем темно, молодой человек поспешил домой. Он был очень уставшим от этой прогулки и всего прошедшего дня. Стасу хотелось скорее вернуться домой и лечь спать. Домой парень шёл очень быстрым шагом. Он едва ли не бежал. А остановился только перед самой дверью квартиры. Стас понимал, что там его, скорее всего, всё ещё ждут родители и желают с ним поговорить, а он, не смотря на то, что успокоился, совершенно не желал с ними говорить и обсуждать случившееся. Но пересечься с ними всё равно придётся и к встрече парень хотел быть готов.
Молодой человек сделал глубокий вздох, настроился и, всунув ключ в замочную скважину, распахнул дверь. Станислав уверенно шагнул в квартиру. Встретила его полная тишина. Но Стас точно знал, что эта тишина обманная. Родители не стали бы ложиться спать, не дождавшись его возвращения. Они точно где-то сидели и ждали, когда он выйдет из прихожей. Тянуть с этим парень не стал, так как понимал, что встреча неизбежна. Он скинул обувь, повесил куртку и двинулся вперёд.
Стас уже миновал кухню, не встретившись с родителями, и даже начал надеяться, что родители всё же не стали его ждать и легли спать, как тут из спальни вышел отец.
— Сынок, а мы тебя всё ждём, — улыбнулся сыну мужчина. — Что ты так долго? Мы за тебя даже волноваться начали. Я тебе так много раз звонил…. Ты не слышал?
— Нет, — не сбавляя шага, ответил молодой человек.
— Сынок, подожди, — отец положил руку сыну на плечо. — Мы поговорить с тобой хотим. Зайди, пожалуйста, к нам. Давай спокойно поговорим и всё обсудим? Пожалуйста, сынок.
— Я устал и иду спать, — лишь сказал в ответ Стас и, даже не обратив внимания на руку отца, ушёл в свою комнату.
Виктору Петровичу ничего не оставалось, как тяжело вздохнуть и вернуться в спальню к жене ни с чем. Станислав же прошёл в комнату. Он быстро переоделся в домашнюю одежду, умылся и завалился спать, лишь немного погладив Бусю перед сном. Но даже любимая кошечка сейчас не могла порадовать парня. Да и он был слишком усталым для общения с кошкой. Стоило только Стасу закрыть глаза, как он уснул.
На следующий день Станислав встал специально пораньше, чем обычно. Они должны были вместе ехать на служение, но у молодого человека не было ни малейшего желания ехать на собрание вместе с родителями. Поэтому он специально встал как можно раньше родителей, позавтракал в одиночестве бутербродами, даже не став прикасаться к торту, что отец вчера купил. Тот стоял всё также запакованным, потому что вчера родителям было не до торта, и они не стали его открывать. Родители вчера слишком переживали из-за ссоры с сыном, но, видимо, и сегодня им придётся об этом переживать, ведь сегодня парень вновь не планировал с ними разговаривать и тем более мириться.
Как раз когда Стас позавтракал и покинул кухню, встали родители. Молодой человек немного посидел в комнате, спокойно переоделся и пошёл к прихожей только тогда, когда убедился, что родители уже сидят на кухне и завтракают. Пройдя в прихожую, он начал натягивать куртку.
— Сынок, а ты что уже уходишь? — выглянул из кухни удивлённый отец. Мама выглянула следом за ним. — А позавтракать? И почему так рано? Времени же ещё много до собрания. И мы всегда вместе ездим на служение.
Парень ничего не отвечал, продолжая не спеша застёгивать куртку и обуваться.
— Стасик, подожди нас, — попросила мама. — Мы вместе поедем на собрание. Не уходи. Нам только позавтракать осталось, мы быстро оденемся и поедем. Если тебе нужно сегодня пораньше, то мы быстрее всё сделаем. Ты только скажи!
— Я поеду один, — кинул через плечо Стас и, открыв входную дверь, сделал шаг из квартиры.
— Сынок, подожди! — схватился за дверную ручку отец, не давая сыну закрыть дверь. — Ну, куда ты так спешишь? Сложно нас подождать?
— Я поеду раньше и один, — даже не взглянув на отца, выдал молодой человек и, не закрывая дверь, двинулся вниз по лестнице.
Виктор Петрович тяжело вздохнул, поняв, что сына уже не остановить и закрыл входную дверь. Обернувшись, он переглянулся с женой.
— Стасик даже не смотрит на нас, — была очень расстроена мама. — Он сильно обижается на нас….
— Ничего, оттает, — был уверен мужчина. — Может как раз сегодня во время собрания немного успокоится и вечером пообщается с нами. После собрания всегда становится легче, как бы ни было тяжело на душе. Бог точно его коснётся, и Стас простит нас и поговорит с нами. Он поймёт, что мы это сделали не со зла. Нужно лишь немного подождать. Думаю, сегодня вечером мы уже сможем со Стасом пообщаться. И всё обсудим!
— Было бы хорошо, — из груди Ларисы Викторовны вырвался вздох. — Пошли завтракать. А то, и правда, уже скоро нужно будет собираться.
— Я помогу приготовить, — решил муж и прошёл на кухню вместе с женой.
Вечером после служения родители с нетерпением ждали Стаса. Тот вернулся домой чуть раньше, чем вчера, так как на этот раз долго гулять просто не мог. У него были дома невыполненные задания из института. Как бы ни было ему сейчас тяжело, учиться надо было продолжать. Поэтому парень лишь совсем немного погулял после молодёжного служения и пошёл домой. На этот раз родители ждали сына на кухне.
— Сынок, — вышел в коридор отец сразу же, как только услышал шаги Стаса, — а мы тут тебя ждём. Проходи на кухню. Нам нужно о многом поговорить.
Станислав промычал что-то невнятное и прошёл мимо отца, даже не собираясь заходить на кухню.
— Стас, стой! — задержал сына глава семейства. Тот нехотя остановился. — Ну, в чём дело? Я думал, что во время собрания ты немного успокоишься, и мы сможем поговорить. Нам надо поговорить! Как ты этого не понимаешь?! Мы должны всё спокойно обсудить и помириться. Давай, сынок! Заходи на кухню! Поговорим!
— Нет! — отрезал молодой человек и повернулся к отцу, наконец-то взглянув ему в глаза. Взгляд парня был холодным, отстранённым и раздражённым.
— Нет? — даже удивился отец. — Сынок, перестань. Ну, пожалуйста, давай поговорим, — мужчина сделал
