собой со временем. Теперь я не уверен".
"Так что ты собираешься делать, старший брат?"
"Если бы Дженнифер была здесь, все было бы по-другому, но ее нет. Поэтому я собираюсь поехать посмотреть на соревнования Катт в Индианаполисе на День благодарения. Она также пригласила меня посмотреть на ее соревнования в Колумбусе на Новый год, но мне нужно выяснить, смогу ли я поехать в Сиэтл во время рождественских каникул или нет".
"Ты должен поехать к Дженнифер! Ты знаешь это!" - сказала она, внезапно забеспокоившись.
"Я знаю, но я должен поговорить об этом с Дженнифер. Я не знаю, что ее семья будет делать во время рождественских каникул. Я мог бы поехать во время весенних каникул!" поддразнил я.
"Только в гробу, Стив", - прорычала она низким голосом. "Я тебе это уже говорила!"
"Я просто дразнюсь, Мелкая, ты же знаешь. Я просто боюсь, что не увижу Дженнифер до следующего лета".
"Ты собираешься вернуться в Колорадо?"
"Не в ближайшее время. Это дорого. Я увижу Катт на День благодарения. Может быть, три месяца разлуки заставят ее изменить свои чувства".
"Что ты чувствуешь к ней?"
"Она мне очень нравится. Она веселая; и вообще, она очень предана мне. Она изменила свой режим тренировок в Швеции и отменила одну в Колорадо из-за меня. Для нее это очень важно, и, по словам Микаэля и ее родителей, она никогда не делала ничего подобного для кого-то раньше".
"Ты думаешь, что она может заменить Дженнифер и Карин?"
"Я не заглядываю так далеко в будущее, Мелкая. Сейчас я принимаю вещи по мере их поступления. Это то, что Дженнифер сказала мне делать, и она права. Всякий раз, когда я думаю о долгосрочных вещах, случается что-то плохое или я становлюсь одержимым."
"Верно. Вот тогда ты становишься чертовым идиотом, старший брат!" - хихикнула она и, подмигнув, повернулась, чтобы уйти.
"Ну и спасибо, Мелкая", - сказал я ей в ответ, в моем голосе звучал сарказм.
Я закончил есть и пошел в свою комнату. Я достал свой дневник и попытался разобраться в своих чувствах. После некоторых размышлений я понял, что после отъезда Дженнифер я более или менее вернулся к тому, что делал в Швеции. Там я был вдали от Дженнифер, а теперь я был вдали от нее здесь. В Швеции у меня были Катт и Пия. Теперь у меня снова была Катт, хотя и на расстоянии. То, что я делал с Элис, Джойс и Кэти, было поиском кого-то вроде Пии.
На данный момент все, что я мог делать, это регулярно общаться с Дженнифер и надеяться, что я смогу увидеться с ней до лета. Нам нужно было договориться о том, в каких городах мы будем подавать документы в колледжи. Я провел небольшое исследование, и Чикаго и Бостон показались мне хорошими вариантами - много разных колледжей и большой выбор. Даже если бы мы не смогли найти ни одного колледжа, куда бы мы пошли вместе, мы могли бы, по крайней мере, быть рядом. Конечно, я подам документы и в Дартмут, на крайний случай, но я был уверен, что смогу поступить в любой колледж, какой захочу, если только хорошо сдам тесты SAT и ACT.
Я отложил дневник, забрался в кровать и уснул.
В четверг, когда было уже достаточно поздно, я позвонил Мелани и договорился встретиться с ней и Питом в пятницу вечером. Они уезжали в воскресенье, чтобы отправиться в Университет штата Огайо. Я позвонил Джойс, чтобы подтвердить наше свидание в субботу. Наконец, я позвонил Бетани и спросил, не занята ли она на обед. Она сказала, чтобы я приходил, когда буду готов. Я сказал ей, что возьму свой велосипед и сразу же приеду.
Бетани встретила меня объятиями, и мы пошли посидеть на террасе на заднем дворе. Мы немного поговорили о моих отношениях и моем смятении по поводу Дженнифер и Катт, а также Джойс, Элис и Кэти. Она пыталась скрыть это, но я мог сказать, что ей было не по себе. Возможно, Бетани, в отличие от Софии, не могла поддерживать со мной платонические отношения.
Тут меня осенило, что я, возможно, просчитался. Тогда София положила конец нашим сексуальным отношениям, но в данном случае это был я. Я допустил серьезную ошибку в суждениях и теперь должен был понять, что с этим делать. Я определенно не смог бы поговорить с Бетани о своих проблемах в отношениях. Из-за этого мне было трудно считать ее своей лучшей подругой.
"Ты выглядишь неловко", - мягко сказал я.
"Мне трудно говорить с тобой о таких вещах", - сказала она.
"Я знаю. Наверное, я должен был догадаться, прежде чем делиться с тобой всеми своими проблемами в отношениях".
"Так тяжело слышать, как ты говоришь о других девушках, когда я сама хочу быть с тобой".
"Мы говорили об этом".
"Я знаю", - вздохнула она. "Я знаю, что ты просто хочешь быть другом, но разве мы не можем быть друзьями и при этом заниматься сексом?".
"Я не думаю, что это хорошая идея! Я не могу быть тем, кем ты хочешь, чтобы я стал. Я не хочу пользоваться твоими чувствами ко мне".
"Я не понимаю, как ты можешь думать, что это использование меня в своих интересах. Да, у меня есть чувства к тебе, я признаю это. Но ты не лжешь мне, не пытаешься меня обмануть или провести".
"Я знаю, чего ты на самом деле хочешь. Я очень боюсь, что если я займусь с тобой сексом, ты будешь надеяться, что в конце концов я посвящу себя тебе, и мы станем парой, обручимся, поженимся и заведем детей".
"Разве не мне решать, что я хочу делать?".
"Это то, о чем мы оба должны договориться", - мягко сказал я.
"У меня есть к тебе вопрос, и я хочу получить честный ответ".
"Конечно. Я всегда буду честен с тобой".
"Разве ты не занимаешься сексом с девушками, с которыми у тебя нет намерения заводить отношения?"
"Да, но..."
Она прервала меня.
"На самом деле, разве ты не занимаешься сексом почти с любой девушкой, которая попросит, по крайней мере, если она не связана с кем-то еще?"
"Да, но..."
Она снова оборвала меня взмахом руки.
"Разве у тебя не было дружеских и сексуальных отношений с Мелани?"
"Да", - сказал я, понимая, что сейчас последует еще один вопрос.
"Это то, чего я хочу. Время от времени, как у тебя было
