конопатого одногруппника, который с сарказмом заметил:
— А Добрыня точно самый добрый человек, как ты говорила? А то складывается впечатление, что он кандидат на место в фильме ужасов.
Очнувшись, Маша взорвалась и огрызнулась:
— На что намекаешь, придурок? Да я тебе сейчас все зубы повыбиваю!
— Оу, всё ясно, — конопатый едва сдерживал смех. — Получается, среди вас двоих он действительно самый добрый.
Глава 11
Смех и неугомонные разговоры растекались по ресторану, словно разлитое вино. М-да… Место, не спорю, шикарное: аристократы тут как дома, а студенты любят его за то, что оно недалеко от нашей элитной шараги. Но мне шумные тусовки никогда не нравились.
Сижу здесь чисто за компанию: сестра настояла отметить победу нашей команды на соревнованиях. А я, в свою очередь, не особо хочу отличаться от коллектива, а потому приходиться идти за ним.
Ладно, хоть поем чего-нибудь изысканного, вот только порции у них крохотные. Это вам не доставка огромных бургеров в общагу. Некоторые вообще несколько тарелок с устрицами заказали, хотя стоят они, как почка на чёрном рынке. А я-то знаю, сколько стоит почка на черном рынке… Там у Гриши, недавно что-то приключилось, и он жаловался мне, что почку хрен найдешь, а те, что есть, стоят слишком дорого.
Я же на морское не налегал: стейки — моё всё, особенно когда прожарка Rare. И пока я жевал сочный стейк, ощущал на себе пристальный взгляд Маши. Похоже, она собиралась затащить меня в уголок для серьезного разговора. Но тут заиграла музыка, начались её любимые танцы и она забыла про меня за что я благодарен тому кто это сделал.
Вся наша компания рванула на танцпол, парни наперебой приглашали девушек, и я с облегчением выдохнул и продолжил отсчитывать время до конца этого мероприятия. Когда оно закончится, конечно, я не знал, но думаю, что провести время больше, чем это место вообще работает, нереально.
За что Маше спасибо, так это за то, что она никогда не просит меня танцевать с ней. А то было бы странно и кринжово, как любит говорить мелкая. Хотя знаю, в некоторых старых Родах до сих пор есть правило: танцевать с девушками до совершеннолетия могут только родственники. Но у нас всё проще, мы этих заморочек не придерживаемся.
Наслаждаясь свободой, я доел стейк, осушил литровую кружку сока, и уже собирался наброситься на запечённого лосося, как меня окликнула подруга Маши — маркиза Виктория фон Адель.
— Добрыня, а почему вы не танцуете, можно поинтересоваться? — её голос был добродушным и весёлым. На «вы» она перешла, видимо, шутя.
Я отвлёкся от еды, заметив её красивые длинные ноги и прикинул что она тоже не на танцполе, как бы.
— Не люблю я танцевать, — лениво отмахнулся от нее.
Была у меня мысль что она тут ради того, чтобы намекнуть на танец, но поразмыслив, я отказался от этой идеи. Все же она аристократка из тех мест, где строгие правила этикета.
— Правда? Странно такое слышать от аристократа. Нас же с детства танцам учат, — улыбнулась Вика.
— Ну, какой есть… Честно, шумные места — не моё. Кстати, ты ведь тоже аристократка, а не танцуешь, — подметил, надеясь выкрутиться.
— Да меня просто никто не пригласил, — она мягко улыбнулась. А я в ответ улыбнулся… теплому салату с телятиной, который только что поставили на стол.
А еще тяжело вздохнул… Ведь сейчас она сделала именно намек на то, чтобы я пригласил её. С одной стороны, она, и правда, красивая, и приятна мне. Но с другой… теплый салат остынет.
— Понимаю, — пробормотал я, доедая кусок лосося.
— Ставлю сотку, что он скоро лопнет, — услышал я со стороны голос двух одногруппников, которые уже начали делать ставки на меня и мой аппетит.
Я хотел было уже внимательнее их послушать, как Виктория вдруг заявила, что её это не особо беспокоит, а затем неожиданно сказала: раз мы оба не танцуем, то почему бы нам не потанцевать вместе? М-да… странная логика.
Хотя, ее слова меня немного удивили… Ведь она из Пруссии, а я, можно сказать, восхищаюсь этой страной, в некотором роде. Хотя бы тем, что там никто не лезет в чужие дела, и все, что делается, то сразу с максимальной серьезностью. И вот там даже такие намеки считались прям очень большим исключением.
— Честно говоря, впервые вижу, чтобы девушка первой на танец парня приглашала.
— Просто ты, видимо, не бывал в Пруссии, Добрыня. У нас все девушки решительные. Нам не нравится в одиночестве сидеть, — её глаза сверкнули, и я понял: всё, дружище, попал.
А вот тут она не совсем правду мне говорит. Там действительно такое может быть… Но обычно это в том случае, если один парень нравится сразу двум девушкам, и они переходят в наступление, перед этим предупредив свои Рода. Тогда там, кажется, доходит все до крови.
Виктория весьма привлекательна, и отказывать ей как-то не хочется. Да и зачем обижать девушку, если у неё кавалеров на вечер нет? Вздохнув, я отодвинул тарелку и повёл её на танцпол. Закружились мы в ритме вальса. И представляю, как мы выглядим со стороны: она высокая и стройная, двигается грациозно, как лань, а я медведь на льду, пытающийся не наступить ей на ноги.
Вообще-то, танцевать я умею и люблю, но точно не под такую музыку и, скорее всего, даже не в этом мире, ведь этот танцпол явно не рассчитан на мою массу. Пол скрипит и трещит, и я уже представляю себе, как мы проваливаемся на нижний этаж, устраивая незапланированное представление. Гравитацию приходится контролировать с особой осторожностью: не хочу стать причиной сломанных чужих костей.
Но, несмотря на всё, мне даже понравилось. У Вики отличные манеры, и она красиво танцует. Правда, забавляет её напускная холодность, хотя вижу, как её щёки краснеют, когда я слегка перемещаю руку по её талии.
Дальше приличий не заступаю, правда: не хочу узнать, насколько острые её каблуки. Но интересно наблюдать за её реакцией, и потому моя рука скользит по ее спине и талии, то вправо немного, то влево.
Виктория прищурилась и произнесла:
— Не беспокойся, Добрыня, я ловкая девушка, и ты на ногу мне точно не наступишь. Ты ведь об этом так задумался?
— Ага, — кивнул я, усмехаясь.
Потанцевав ещё немного, я проводил её обратно к столику.
— Виктория,
