Источник! О нем, естественно, нужно говорить особо. Как выяснилось, огненная стена, до которой успел добраться Чич, прежде чем пал жертвой моего вероломства, являлась всего-навсего заградительной ширмой. Пересекать ее могли лишь те, кто получил право жить в чертогах Держателя: посредники, адаптеры и блюстители. Ну и, разумеется, такие шатуны, как мы, для коих в Ядре практически не существовало непреодолимых барьеров. Прочие чемпионы взирали на окружающую обитель Пупа огромную световую сферу и искренне полагали, что это и есть Источник, а Держатель со свитой обитают внутри его. В действительности размер Источника был невелик. На верхушке Оси сверкала непонятная фигура, казавшаяся отсюда не больше булавочной головки. Определить с такого расстояния форму Источника не удавалось – слишком ярко блистал он своими лучами. Однако, как и в случае с «ширмой», его сияние не раздражало зрения и не било по глазам слепящими бликами.
Мне почудилось, будто Источник парит в воздухе, не касаясь верхушки шпиля. И чем дольше я созерцал краеугольный камень всего сущего, тем больше уверялся в том, что на самом деле Ось поддерживает не Источник, как виделось снизу, а обитель Держателя. Серебряный шпиль являлся для нее чем-то вроде вешалки, прицепленной к Источнику и не позволяющей титаническим чертогам кануть в бездну.
Вскоре Рип подтвердил мою догадку и спросил, могу ли я представить себе, что произойдет, если в один прекрасный день эта «вешалка» оборвется? Вопрос был риторический и к ответу не обязывал, но я заметил, что в мире, где Вселенные гаснут, словно перегоревшие лампочки, такая катастрофа вполне возможна. Рип хитро усмехнулся, но комментировать мое едкое замечание не стал. У него было что-то на уме, это очевидно, но он пока не хотел конкретизировать свои планы.
Кроме тех, что касались нашего ближайшего будущего.
На Земле сооружение, подобное этому, заняло бы по площади небольшой город. Но в небе целостность комплекса Оси была особенно заметна, и потому говорить о ней как о городе неправильно. Левитирующая над бездной, обитель Пупа являлась единым зданием и по структуре напоминала алмаз симметричной огранки – крепкий монолит, отсечь от которого что-то лишнее было уже невозможно.
Как раз на этом и строилась тактика Рипа. Чертоги посредника представляли собой неотъемлемую часть чертогов его повелителя. Разрушение «каланчи» Чича грозило уничтожить не только симметрию Оси, но и поколебать баланс всего комплекса. У «звезды» мог отломиться луч, после чего она становилась ущербной и неуравновешенной – страшная и не имеющая аналогов катастрофа. Теоретически Пуп был обязан пойти на все, чтобы не допустить ее. Однако не стоило забывать, каким могуществом обладал Держатель и сколькими способами он мог разрешить возникшую перед ним проблему…
Мое возвращение в строй товарищи встретили поздравлениями и многозначительными улыбками. Находись мы с Агатой в менее культурном обществе, дело явно не обошлось бы без язвительных замечаний, но в нашей сплоченной компании шутить «ниже пояса» было не принято. Выйдя за порог купальни, Агата снова нацепила на себя маску серьезной деловой женщины, но теперь, когда я знал, что скрывается под этой маской, показная холодность Банкирши меня не раздражала.
Никто не упрекнул нас в том, что мы так долго отогревались в «световом бассейне». Все равно, согласно стратегии Рипа, в ближайшие часы нам не оставалось ничего другого, как сидеть и ждать у моря погоды. Это расходилось с первоначальными планами компаньона, зато существенно увеличивало наше преимущество. Иными словами, вскоре мы могли воочию узреть уникальное явление: явившуюся к Магомету гору. Оставалось надеяться, что гора-Пуп снизойдет до беседы с магометами-шатунами, а не растопчет их в наказание за несусветную дерзость.
Пожимая руки товарищам, я обратил внимание на то, что волосы Тумакова и Веснушкиной тоже были мокрыми. Да и во взглядах юной парочки наблюдалось плохо скрываемое смущение. Ага, отметил я про себя, значит, Паша и Леночка, как и мы, тоже не теряли времени даром и по максимуму использовали выпавший на нашу долю отдых. Занятно, однако, все складывалось, особенно для студента. Поучаствовал в головокружительном приключении, отхватил себе в награду голубоглазую блондинку… Наверняка эти двое уже успели объясниться друг другу в любви до гроба, впрочем, это и по глазам видно. Что ж поделать, нельзя молодежи без романтики. Даже сейчас. И замечательно: пусть живут так, как сами считают правильным, и не скупятся на подобные признания. Это ведь не мы с Банкиршей – два побитых жизнью циника, для которых слова о любви давно обесценились до уровня вызывающих зевоту банальностей. Когда-то и мы проходили через это, но сегодня брать с нас пример таким, как Паша и Леночка, было еще рановато. Чтобы научиться ценить вкус выдержанного вина, надо сначала в полной мере распробовать молодое и только потом решать, какое тебе больше по душе. Хотя в нашем случае делать далеко идущие прогнозы было бы очень неосмотрительно…
– Вот, держите, Глеб Матвеевич, – предложил Тумаков, протягивая мне банку пива. – Вы ведь не откажетесь?
– Не откажусь… – Я слегка опешил. И не предполагал, что мое созерцание Источника и размышления на вечные темы будет прервано по столь прозаическому поводу. – Ну ты даешь, Свинг! Ты что, притащил с собой пиво из Карантинной Зоны?
– Нет, у посредника из холодильника подрезал! – рассмеялся Паша, а вслед за ним и я. В данном случае вопрос звучал куда глупее ответа. – Архип Семеныч тогда сказал, чтобы мы все лишние вещи у озера бросили, но разве пиво может быть лишним? Да и обидно стало, что каким-то уборщикам такая шикарная халява перепадет. Обломно только, что теплое – его бы и впрямь в холодильник…
– А, все нормально, – отмахнулся я, после чего открыл банку и сделал три жадных глотка. Пиво и впрямь было теплое, но такого наслаждения от него я не получал еще никогда. – Мне теперь холодное до конца жизни противопоказано… А ты сам-то чего не пьешь?
– Почему не пью? Мы с товарищем прапорщиком уже баночку ухайдакали. Он так обрадовался, что даже ругаться не стал. Ну, типа, что я его приказ нарушил… А эту… – Паша указал на подаренную мне банку, – попросил специально для вас и Агаты приберечь. Так что вы ее тоже угостите, ладно?
– Заметано, – подмигнул я Свингу и вполголоса добавил: – Она это заслужила.
– Надо думать! – понимающе улыбнулся в ответ Паша и с оглядкой полушепотом признался: – Если честно, то ради такой женщины я бы тоже был не прочь померзнуть.
– Но-но! – шутливо погрозил я ему пальцем. – Не раскатывай губу, студент! Да и в твоем ли фартовом положении засматриваться на чужих женщин?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
