Читаем без скачивания Экскурсант - Константин Хвостополосатов

В любом случае, наигравшись, мы обещали вернуть пилотские отсеки на место для приведения в порядок спасательных капсул. Под стать аборигенам боевые машины раскрасили в местные цвета. Саныч набил на оранжевом фоне черно-белых акул и какие-то молнии. Чтобы не отставать я нанес на свою машину две утолщающиеся от носа к корме серебристые полосы. До прихода кораблей с «Мегаполиса — дубль» оставалось почти три дня. И мы с Санычем решили поиграть на новых игрушках в гладиаторов. Позиция Светланы в этом начинании оказалась жутко отрицательной, но победила молодость. День мы потратили на виртуальный тренажер для привыкания к управлению истребителями. Даже невооруженным взглядом стало видно, что мне осовение новой техники далось значительно быстрее, видимо, сказалась адаптационная программа моего симбиота. У меня даже закралась мысль, что я теперь на любом утюге смогу сдать лётную практику, были бы, как говорится, конспекты лекций. Поглядев на результаты, Светлана немного успокоилась, но для наблюдения за нами решила попрактиковаться в том же районе дистанционному управлению «Клопом».

На планете белок в районе одной военной базы наступал очередной день. Двое измученных бездельем и нарзаном людей стояли на лётной палубе корабля разведчика и играли в интеллектуальную игру «Камень-ножницы-бумага». Тому, который побольше, патологически не везло.

— Тьфу, зараза, — возмутился Саныч, — как ты умудряешься мухлевать?

— Привычка, наверное, — скрутил я на пальцах «викторию».

— Ну чё, Серёня, погоняем? — Саныч показал в ответ жест алкаша в законе. — Покажем сухопутным пингвинам, как тельняшку любить?

— Заметано, зёма, век воли не видать, — согласился с ним я, цикнув через зуб в конце.

Как говорится, дураки любят приключения на свои задницы, а судьба любит дураков. С местным рассветом мы вывалились на двух истребителях с «Ботаника». Управление реальным кораблем оказалось немного непривычным, но за пару часов я окончательно свыкся. Как говорил Саныч, инстинкты уже не пропьешь, а налетали мы с ним на всяком добре уже не одну сотню часов. По общему мнению, наши обновки заметно не дотягивали до «Блохи», даже не беря в расчет боевую мощь и защитные экраны. Тем не менее, новые «птички» были весьма занятными игрушками, лично у меня при управлении моей боевой машиной появлялось чувство какого-то восторга, совершенно не ошущаемого при слиянии с той же «Блохой». Недоступные в полном подключении перегрузки, сжимали и пробовали на прочность мое тело, руки периодическт ощущали вибрацию и толчки живой машины, а вистибюлярный аппарат отрабатывал заложенную природой программу, периодически создавая холодные комки где-то в моей груди. Что ни говори, летать на новой игрушке было куда азартней. Полетав над пустыней в пятидесяти километрах от базы, покрутив одиночные и парные финты, организовав пару погонь и обстреляв каменистую вершину какого-то холма, мы решили передохнуть на знакомой нам базе. Лететь из-за такой ерунды на «Ботаник» было откровенно лень. Предварительно предупредив через Светлану жильцов базы о нашем прибытии, мы направили наших летунов в гости к аборигенам.

— Мальчики, — позвала Светлана, когда до базы оставалось с полминуты лёта. — К планете подходит одиночный космолёт местного производства. Я, конечно, могу и ошибаться, но посудина эта сильно похожа на те, которые так негостеприимно встретили нас по приходу сюда.

— И чем нам это может грозить? — уточнил я. — В гости к ним мы не собираемся.

— «Ботаник» пока не обнаружен, но в случае неприятностей мне бы хотелось иметь свою команду на борту, а не где-то в песках этой планеты, — пояснила наша подруга. — Я бы рекомендовала бросить эти игрушки хотя бы на базе белок и на «Клопе» срочно вернуться на борт разведчика.

— Светик, как-то это неспортивно, — пробубнил Саныч. — Тут может наметиться весёлая заварушка, а ты предлагаешь ее пропустить.

— Саныч, эта война не наша, мы не нанимались миротворцами и вообще тут проездом, — отчитала Светлана Саныча. — Так что потрудись не лезть затычкой в любую дырку, пока не подумашь над реальной необходимостью такой групости.

— Да и господин Трахтенберг с вами, — хмыкнул Саныч. — Не очень-то и хотелось…

— Светик, ты присматривай за этим корабликом, — попросил я. — Да нам про него все рассказывай, а мы пока у местных спросим, кто пришел, зачем пришел. Может, это из дружки с Бублик-дублика прибыли.

Наш прилет вызвал огромный интерес местного населения. Пока я ходил на дружескую беседу с каким-то дежурным офицером, наши машины облепила довольно плотная гомонящая и трещащая на все лады толпа то ли пилотов, то ли технарей. Но праздник зеваки неожиданно быстро закончился. Командование отчего-то чрезвычайно серьезно отнеслось к нашей информации, и по базе прокатился резкий треск сигнала тревоги. Вояк и техников моментально «сдуло». В эфире поднялся треск переговоров.

— Ничего не понимаю, — пробурчал Саныч.

— Язык учить надо, еще мама говорила, — подколол я Саныча.

— Мальчики, в подконтрольном этой военной базе районе началась высадка группы челноков правителя, — вышла Светлана по внутренней связи КСС. — Местные посылают три звена по пять боевых машин. Через три минуты они выходят на отражение. Еще одно звено подтянется туда с патрульного облета. Они должны будут обнаружить мародеров и «залечь» в наблюдение до подхода ударной группы.

— Класс, — загорелся Саныч. — Что там за корабли у пиратов?

— Космический корабль высадил на планету сорок три малых летательных аппарата, не могу сказать, что это истребители или грузовые челноки, — отозвалась Светлана. — Цель ясна — городок к югу от этой базы, километров четыреста пятьдесят.

— Летим с аборигенами! — тут же яростно встрял Саныч.

— Мы не воюем, Саныч, — спокойно ответила Светлана. — Пусть сами разбираются со своими проблемами. Наше дело — сторона и сбор информации.

— Они же сами напали, насилуют юных «белок» и увозят в сексуальное рабство, — возмутился Саныч. — А главное — я не люблю уродов. Так что вы как хотите, а я — к зайцам!

— К белкам, Саныч, к белкам, — усмехнулся я, поднимая вслед за другом машину с площадки.

Со всеми сборами и полетом прибыли на место минут через двадцать. Мародерское веселье было в самом разгаре. На добычу в фонд жирующего населения «Мегополиса» высадилось десять грузовых челноков и тридцать три боевых аппарата группы прикрытия. Грузовики окружили со всех сторон небольшое поселение, и мародеры вовсю занимались грабежом. Зная, что с базы рано или поздно прибудет группа отпора, любители халявы в первую очередь тащили в челноки провизию, а так же ловили молодых «девчушек» и загоняли на борт. Кое-кто из мародеров уже забавлялся, избивая местных или насилуя прямо на земле некондиционных для свиты бывшего правителя взрослых женщин.

Наш столь ранний визит, связанный со своевременным оповещением, был явно лишним на этом «празднике», для правительских грабителей он стал пренеприятнейшим сюрпризом. Разделившись на группы, местные повстанцы практически сходу вступили в бой, дабы не дать расслабившемуся прикрытию времени на организацию грамотной обороны. Чтобы не упустить грабителей, одно звено атаковало врага на земле с по возможности мягким выведением из строя транспортных челноков, уже груженых «живым товаром». Остальные двадцать машин связали боем тридцать три штурмовика прикрытия противника. Поначалу мы решили не мешаться в бою и отстреливать только ясно различимых врагов. Хватило нас секунд на пятнадцать, потом завертелось. Вопреки моим опасениям, проблем с идентификацией свой-чужой не возникло, благо противник прибыл на космических штурмовиках, выделявшихся обгорелыми угольками на фоне ярких машин местных бойцов. Изначально скрутившийся клубок боя довольно быстро распался на фрагменты, фрагменты же часто перетекали в отдельные схватки. Тактика, как таковая, давно приказала долго жить. И хоть мы с Санычем работали двойкой, поле боя было наполнено шальными импульсами и очередями огнестрела, исходящих от обеих сторон. Здорово спасали щиты, добавленные нашим КБ на машины. Ясное дело, что не все подарки они смогли отвести. Спустя пять или шесть минут боя, на обеих наших машинах имелись разнородные пробоины, но система борьбы за живучесть пока держалась. И хоть машины противника, предназначенные для внезапной атаки из космоса, были менее маневренными, численное преимущество, лучшая бронированность и вооруженность стали быстро перетягивать чашу весов на сторону мародеров. Все чаще и чаще нам с Санычем приходилось бросать готовую к «приземлению» цель, уходя от жесткого огня других противников. Придя в себя после неожиданного начала боя, марадеры стали все чаще работать тройками, в то время, как пилоты мятежников предпочитали индивидуальный бой. Вернее сказать, работали они звеньями по четыре-пять машин, но при атаке звено распадалось, собираясь позднее вновь. Чужая тактика казалась нам с Санычем странной, но было видно, что и одна и другая сторона имеет опытных пилотов, не раз применявших эти наработки в бою. Скорее всего, наблюдаемые нами варианты боя были адаптированы к характеристикам машин противоборствующих сторон. К сожалению, мы не знали ни позывных, ни кодовых фраз мятежников, так что работать могли только индивидуально. За огненной каруселью мы довольно сильно сместились в сторону от поселка, и мы с Санычем уже стали прикидывать варианты выхода из боя. Неизвестно, как там отработала группа уничтожения челноков, но наше сражение с прикрытием явно складывалось не в нашу пользу.