значительно вырос. Появилось множество артелей, занимающихся пошивом одежды, производством товаров народного потребления от кастрюль до патефонов и электропроигрывателей. Успехи советской нефтехимии привели к массовому появлению множества синтетических тканей. Особенно большой восторг у советских модниц вызвало появление в продаже капроновых чулок, а у подразделений ВДВ – новых лёгких и прочных парашютов. А уж о появлении кооперативных кафе и ресторанов и говорить нечего.
Появление в деревнях большого количества недорогих мотоблоков привело к значительному увеличению урожаев. Теперь в колхоз насильно никого не загоняли. Наоборот, могли ещё и отказать. Льготы у колхозников были серьёзные. Это и возможность обучения в лучших вузах страны, и поездки на курорты передовикам. В колхозах и совхозах повсеместно строили школы и больницы, клубы и детские сады.
Колхозники имели право приобрести автомобиль или мотоцикл без очереди и с большой скидкой. Причём расплатиться можно было не только живыми деньгами, но и заработанными трудоднями. Сам трудодень, что называется, подрос в цене, и колхозники теперь половину зарплаты получали деньгами, а половину – трудоднями.
Также колхозникам официально разрешили торговать продукцией со своих подворий на колхозных рынках, хотя большинство предпочитали сдавать государству за вполне приличную цену. Так было и быстрее, и, в конечном итоге, выгоднее. Как следствие, прилавки магазинов были заполнены продуктами.
А во всём мире начался странный мор и исчезновения среди учёных-физиков. Впрочем, «исчезнувшие» в скором времени появлялись в Советском Союзе. Эдвард Теллер, Энрико Ферми, Ричард Фейнман и многие другие, ознакомившись с нашими успехами в области ядерной физики, согласились сменить страну. Те, кто не согласился, как, например, Лео Силард, вскоре разными способами переместились в мир иной. Всех причастных в том мире к немецкой ядерной программе зачистили полностью. На войне как на войне.
Самым большим успехом был переезд в СССР Альберта Эйнштейна. Это вызвало грандиозный скандал в Америке и привело к запрету на выезд вообще всех, связанных с научной деятельностью. Таким образом администрация Рузвельта боролась с утечкой мозгов. А сманить великого учёного помог маленький клочок бумаги, на котором были написаны несколько формул, увиденных мной ещё в том мире в кабинете профессора перед отправкой сюда. Эти формулы, как я понял, иллюстрируют процесс межмирового перехода и плотность темпорального потока между мирами. По докладу нашего резидента, встречавшегося с Эйнштейном, учёный вцепился в лист, как в самую величайшую ценность. Когда на его глазах лист с формулами горел в пламени зажигалки, Эйнштейн едва не лишился чувств. Через неделю он пришёл в наше посольство в Вашингтоне и попросил визу в Советский Союз. Ради величайшего гения всех времён в Америку спецрейсом отправился наш флагманский дирижабль.
На Центральном аэродроме в Москве Альберта Эйнштейна встречал лично товарищ Сталин. В приветственной речи он сказал, что обо всех живущих ныне политиках, главах государств и монархах когда-нибудь потомки напишут «мелкий политический деятель эпохи Великого Эйнштейна».
Великому учёному для проживания были предоставлены особняк в центре Москвы и усадьба в Крыму на побережье Чёрного моря в качестве дачи. Спустя короткое время Эйнштейн подал прошение о предоставлении ему советского гражданства, которое было моментально удовлетворено. Вместе с советским паспортом ему была вручена толстая папка со всем, что я смог вспомнить из области темпоральной физики и из физики вообще по состоянию на 2020 год того мира. Эйнштейн сразу же с головой залез в изучение полученных материалов и буквально завалил свой рабочий кабинет записями и расчётами.
25 апреля с большим размахом отметили 20-ле-тие Ольги. На праздник приехали тесть с тёщей, Киров с женой и дочерью, Берия с супругой, заехал поздравить Будённый и, конечно же, по-соседски зашёл Сталин. Было много подарков, поздравлений. Но самым лучшим подарком, по общему мнению, стала исполненная мной песня «Всё для тебя». Как говорится, Стас Михайлов форевер.
А ещё одним сюрпризом стало то, что я при этом играл на самой настоящей электрогитаре. Мы смогли выкупить все права у компании Gibson и Instruments Rickenbackers и сделали свою, советскую гитару вполне современного для меня вида и звучания. Усилок и колонки собрать было не проблема. И вот сегодня состоялось первое представление этого инструмента. Слушатели были заворожены новым звучанием, а я получил свою порцию поцелуев, а уже ночью – продолжение благодарности за подарок.
Весной 1938 года на вооружение поступили полковой миномёт калибра 120 мм «Ромашка», дивизионный миномёт калибра 160 мм «Гвоздика» и 240-миллиметровый самоходный миномёт артиллерии Резерва Верховного Главнокомандования «Тюльпан» на базе танка Т-28. При чём 160-миллиметровый миномёт сделали в двух вариантах: самоходный на базе платформы танка Т-26 и буксируемый. Несколько батарей были переброшены на Дальний Восток в район озера Хасан, где в конце июля мы ожидали начала ожесточённых боёв с частями японской Квантунской армии.
В конце мая порадовали наши авиаторы. Камов и Миль показали два образца винтокрылых машин. Один был десантно-штурмовой, а другой – чисто штурмовой. Конечно, начинка была далека от совершенства, но чисто внешне вертолёты походили десантный – на Ми-4, а штурмовой больше напоминал Ми-28. Первый был вооружён двумя блоками НУРСов[26] конструкции С. П. Королёва по бокам и парой пулемётов на турелях по бортам, мог принять на борт 10 полностью экипированных десантников или 1,5 тонны грузов, второй был чисто штурмовым с экипажем из одного пилота, защищённого бронёй, и вооружённый двумя блоками НУРСов по бокам на пилонах по 20 ракет калибра 80 мм в каждом, двумя 7,62-мм пулемётами «Вулкан» или блоки НУРС, один – 14,5-мм пулемёт «Терминатор» и два пулемёта ШКАС на пилонах.
На полигоне, где предстоял показ боевых возможностей вертолётов, Будённый, зная об эффекте от стрельбы из пулемётов Слостина, шутя поинтересовался у Ворошилова:
– Климка, а ты штаны на замену захватил? – И, подмигнув мне, засмеялся.
Ворошилов лишь отмахнулся от него. В этот момент из-за перелеска послышался свистящий шум винтов и показалась пара Ми-28 (название менять не стали). Они плавно развернулись и выполнили боевой заход на выстроенную колонну списанных танков, изображающую танки на марше. От винтокрылых машин с воем потянулись дымные жгуты в сторону колонны, и танки скрылись за сплошной стеной разрывов. Вертушки прошлись вдоль колонны, практически на месте развернулись и ударили из пулемётов. Все находившиеся на трибуне от неожиданности присели. Стоять остались только я и откровенно ржущий Будённый. Эффект был даже покруче, чем от стрельб с земли. А звук очереди, смешанный с непередаваемым звучанием винтокрылой машины, вызывал жгучее желание броситься на землю и зарыться поглубже.
Разнеся вдребезги колонну условного противника, вертушки парой прошли прямо над трибуной, лихо развернулись и скрылись за леском. Навстречу им появилась
