– Едва не убив меня при этом, – насмешливо проговорил Алекс, с интересом разглядывая вышитый шелковый чулок.
– О, только не преувеличивай! Удар был очень легким. – Лили любовно погладила его по голове. – Мне была ненавистна мысль о том, чтобы причинить тебе боль. Просто я не видела другого способа остановить тебя. Ты упрям донельзя.
Нахмурившись, Алекс снял рубашку, и взору Лили предстала его широкая, мускулистая грудь.
– Ты могла бы найти более безобидный способ не пустить меня в Рейфорд-Парк.
– Наверное, я могла бы соблазнить тебя. – Уголки ее губ приподнялись в улыбке. – Но в тот момент эта мысль не очень привлекала меня.
Алекс продолжал раздеваться, задумчиво глядя на нее.
– Я все еще не расплатился с тобой за ту ночь, – напомнил он, и его глаза блеснули.
– Не расплатился? – удивилась Лили. Она сняла с себя сорочку и поспешно забралась под одеяло. – Ты хочешь сказать, что собираешься стукнуть меня бутылкой по голове?
– Не совсем…
Алекс лег рядом с ней и с наигранной грубостью прижал ее к подушкам. Лили начала со смехом вырываться, однако он держал ее крепко и целовал. Лили наслаждалась этой игрой, пока не почувствовала, что ее рука чулком привязана к кровати.
– Алекс…
Она не успела ничего понять, а вторая рука тоже оказалась привязанной. Ее смех оборвался, и она растерянно задергала руками.
– Что ты делаешь? – испугалась она. – Прекрати! Отвяжи меня немедленно…
– Еще рано.
Алекс лег на нее и пристально посмотрел ей в глаза.
Лили затрепетала от страха и возбуждения.
– Алекс, не надо!
– Я ничего тебе не сделаю, – успокоил он, легко касаясь ее губ. – Закрой глаза.
Лили колебалась. Она угадывала чувственное обещание в его глазах, ощущала на себе вес его тела, наслаждалась нежным прикосновением его пальцев к шее. Ее веки медленно сомкнулись, и она со стоном сдалась. Его руки и губы заскользили по ее телу, разжигая в ней наслаждение и усиливая ощущение собственного бессилия ответить ему тем же. Эта сладкая пытка длилась до тех пор, пока Лили не взмолилась о пощаде. Она подставила себя ему, и их тела слились в едином порыве. Он входил в нее мощными толчками, а она обхватила его ногами за талию, дабы удерживать в себе. Наконец нараставшее в них вожделение достигло апогея, и оба потонули в яркой вспышке восторга и белого пламени. Вскрикнув, Лили забилась под Алексом и замерла, тяжело дыша.
Придя в себя, Алекс распустил путы. Лили, пунцовая от смущения, обняла его за шею.
– Зачем ты это сделал?
– Я думал, – тихо ответил Алекс, медленно гладя ее, – что тебе будет интересно узнать, что при этом чувствуешь.
Лили вспомнила, что когда-то сказала ему почти то же самое.
– Алекс, я больше не хочу играть с тобой в игры…
Она почувствовала его горячие губы на своей шее.
– А что же ты хочешь? – хрипло спросил он. Лили сжала его голову в своих ладонях.
– Я хочу быть твоей женой, – прошептала она и завладела его губами.
* * *
Шли дни, и Лили обнаружила, что никак не может насытиться ласками своего мужа. Прежде она опасалась, что семейная жизнь будет тоскливой и скучной. Но оказалось, что она интересна и увлекательна. Алекс бросал ей вызов за вызовом и ставил в тупик, лишая возможности предугадать его поступки. Иногда он общался с ней в той же бодрой, дружелюбной манере, что и со своими знакомыми, когда ужинал с ними, играл в карты или спорил о политике. Он без колебаний брал ее с собой на верховые прогулки и охоту. Алекс гордился ее умом и открыто удивлялся ее умению вести дом. Лили объяснила ему, что в течение последних двух лет ей приходилось несладко, поэтому она постигла все тонкости экономии.
Лили радовали похвалы Алекса, она была благодарна ему за то, что он уважает ее мнение. Ей нравилось, как он подталкивает ее на неподобающее леди поведение, а потом добродушно подшучивает. Однако бывали случаи, когда он приводил ее в замешательство, обращаясь с ней как с редким, хрупким цветком. Иногда он купал ее, а потом растирал полотенцем, как ребенка, и натирал ароматным маслом, пока ее кожа не начинала блестеть.
Лили никогда так не баловали. После стольких лет борьбы с бедностью она не переставала удивляться тому, что кто-то заботится о ее благополучии. Стоило ей только высказать вслух какое-нибудь пожелание – будь то лошади, билеты в театр или просто нежность со стороны Алекса, – как оно тут же исполнялось. Когда у нее бывали кошмары, Алекс пробуждал ее поцелуями и гладил до тех пор, пока она не засыпала. Когда ей хотелось ублажить его в постели, он вооружался терпением и давал ей такие уроки эротики, которые возбуждали обоих. Сам же он в любовной игре проявлял удивительную изобретательность: то был диким и необузданным варваром, то ласковым и нежным соблазнителем. И в каком бы настроении он ни находился, Лили всегда испытывала безграничное удовлетворение после их близости. День за днем он разрушал ее защитную оболочку, делая ее мягкой, открытой и пугающе ранимой. И все же Лили была счастлива, счастливее, чем могла предположить.
В мгновение ока Алекс мог превратиться из высокомерного пЪвелителя в нежного мужа, тем самым вызывая у Лили жгучее желание поделиться с ним самыми сокровенными тайнами, открыть ему то, о чем не знал никто на свете. Он видел ее насквозь, понимал, что под внешней самоуверенностью скрывается робкая, беззащитная душа. Сколько раз она порывалась рассказать ему о Николь, но страх мешал ей. Она слишком дорожила своей любовью к нему. И еще не была готова потерять его.
Лили тщетно ждала весточки от Джузеппе, то и дело напоминая Бертону о том, что письмо должно быть передано ей немедленно. Она не раз возвращалась к мысли снова нанять мистера Нокса, дабы разыскать Николь, однако боялась, что это навсегда лишит ее возможности вернуть дочь. Единственное, что оставалось, – это ждать. Иногда, не выдержав гнетущей тоски, она срывала раздражение на окружающих, даже на Алексе. Однажды он ответил ей так резко, что она едва не расплакалась, и они поссорились. На следующее утро она не решалась поднять на него глаза, смущенная собственной вспышкой, и ужасно боялась, что он потребует объяснений. Но вместо этого Алекс притворился, будто ничего не произошло, был нежен и ласков. Лили поняла, что он идет на уступки исключительно ради нее – никому другому это не сошло бы с рук. Она не представляла, что могут существовать такие замечательные мужья: великодушные, отходчивые, заботливые.
Но, как обнаружила Лили, у Алекса были свои недостатки. Он оказался чрезвычайно ревнивым и хмурился, стоило какому-нибудь джентльмену пристально посмотреть на нее или чуть дольше задержать ее руку в своей. Это забавляло ее, а также и его уверенность в том, что все мужчины Лондона должны волочиться за ней. Он прилагал все усилия, чтобы отдалить ее от своего кузена Роско Лайэна, который при каждой встрече очаровательно флиртовал с ней. Однажды на одном из роскошных балов Росс с видом голодной лисицы, увидевшей очаровательную курочку, схватил Лили за руку и осыпал поцелуями тыльную сторону ладони, чем очень рассмешил ее.
