темные волосы, которые спускались до середины спины, и подстриглась под машинку, так что ее новый имидж первым бросился мне в глаза.
Она зарделась и провела рукой по темному бархатному ежику. Теперь, когда вокруг нее не было облака волос, глаза у нее казались огромными.
– Я просто устала с ними бороться в невесомости.
– Может, мне тоже стоит об этом подумать. Хотя вряд ли Натаниэлю понравится.
Внутри у меня все сжалось. Все вокруг, даже такие мелочи, напоминало мне о том, что мы не имеем ни малейшего понятия о происходящем на Земле. Во Вселенной не хватает печенья. Я открыла непонятно расположенный ящик, в котором на «Пинте» хранили кухонную утварь, вытащила лопаточку и стала перекладывать печенье в миску.
Когда я закончила, все уже были в сборе, в разной степени готовности к собранию. Витавшие в воздухе ароматы кофе и печенья напоминали о доме. Я уселась рядом с Леонардом, который потянулся за печеньем с широкой улыбкой.
Де Бер двинулся было к миске с печеньем, но вдруг остановился. Уголки его рта опустились. Он сел рядом с Хайди с одной лишь чашкой кофе. Ну и зря.
– Ну что, ребята, – Паркер постучал по маркерной доске. – Вы можете обратить внимание, что мы снова делим экипажи по первоначальной схеме, но с парой корректировок. Йорк возьмет на себя обязанности второго пилота на «Нинье», а здесь Фёгели будет тренироваться с Шамун, чтобы освежить свои медицинские навыки. Шамун по-прежнему будет сюда прилетать в случае чего-то серьезного, но, надеюсь, нам удастся немного сократить количество вылетов на «пчелке».
Грэм поднял руку.
Паркер дернул подбородком.
– Говори.
– Мне просто интересно, если мы преследуем цель снизить количество вылетов на «пчелке», почему мы снова разделяем экипажи? Разве не лучше всем остаться здесь? Особенно учитывая обстоятельства.
– Наша цель заключается в том, чтобы все добрались до Марса, а потом вернулись на Землю в целости и сохранности, – Паркер постучал по доске: – До потери связи ЦУП хотел, чтобы «Нинья» снова полностью функционировала и была укомплектована экипажем, поэтому так мы и сделаем.
Де Бер заерзал на стуле, но Дон опустила ладонь ему на колено и сама подняла руку. Только ждать разрешения Паркера заговорить она не стала.
– ЦУП планировал распределить состав не так. Де Бер должен был перейти на борт «Ниньи» и присоединиться к отряду для высадки на Марс.
Ага. Так вот в чем дело. Меня пробила холодная дрожь. Опять я заняла чье-то место, а у де Бера нет никаких оснований идти на попятный.
Бенкоски шагнул вперед, резко махнув ладонью.
– На данный момент ЦУП не владеет информацией в полной мере, так что состав будет именно таким.
– Верно, – Паркер хищно улыбнулся и повернулся к де Беру. – После собрания у нас будет встреча пилотов и штурманов. Нужно обсудить предстоящую корректировку курса. Де Бер… Ты будешь конспектировать. Я теперь знаю, что у тебя хороший почерк.
* * *
Отталкиваясь ногами, я плыла по круговому коридору «Ниньи» в сторону капитанского мостика. В руках у меня был пакетик с куском шахматного пирога. Когда передо мной возник коммуникационный модуль, я ухватилась за поручень и по инерции скользнула внутрь. Флоренс парила в невесомости в своем спальном мешке. Она переместила мешок сюда на тот случай, если с Земли придет какой-то сигнал, чего не было вот уже три недели и один день.
Она продолжала вышивать, и теперь на звездном поле ее работы угадывалось созвездие Ориона. Флоренс вставила иголку в уголок.
– Чем обязана?
– Принесла тебе немного пирога.
Я подтолкнула пакетик в ее сторону, и он, вращаясь, поплыл через модуль.
Флоренс, широко улыбаясь, подхватила его.
– Я тебя обожаю.
Я фыркнула.
– По крайней мере, прямо сейчас, – она подмигнула, – если и дальше будешь привлекать меня своим пирогом…
– Пирог привлек.
– И нет тревог… – она открыла пакет и втянула ноздрями запах, – хотя я серьезно. Можешь считать, что тебе удалось меня умаслить. Чего надо?
– Ничего, – я осеклась, когда она одарила меня многозначительным Взглядом с заглавной буквы. – Ладно, раскусила. Ты прогоняла мой план по корректировке курса через компьютер?
– Каждый раз это делаю, все по протоколу. Кстати, ему ни разу не удалось тебя подловить, – она прищурилась: – А что?
– Просто… для подстраховки? Приходится работать без всех этих цифр с Земли…
– Все хорошо, Эльма. Ошибок нет.
Я сглотнула.
– Спасибо. Может, тебе как-нибудь помочь? А то ты тут в заточении.
Она пожала плечами, словно ей было все равно до изменения графика дежурств, согласно которому в коммуникационном модуле теперь всегда должен был находиться член экипажа.
– Хм. Зато мне теперь не нужно заниматься стиркой. И Паркер организовал мне сменщиков в лице Рафаэля и Леонарда.
– Все равно… Ничего не нужно?
Флоренс мягко похлопала ладонью по интеркому.
– Если что, я позову. И как только от них будет весточка, тоже.
Чем дольше сохранялось молчание, тем больше мы все переживали. Но вместе со страхом, растущим в груди, расцветала и доброта. Точно так же люди сплотились после падения метеорита.
Господи, пожалуйста. Пожалуйста, только бы не очередной метеорит.
– Ладно. Мне пора на мостик. Просто хотела занести тебе по пути пирог.
– Я тебе очень признательна, – она прицепила пакетик к стене. – Порадую себя, как закончу шить этот кусок.
Махнув рукой, я оттолкнулась и вылетела из коммуникационного модуля. Потом ухватилась за поручень, чтобы подняться на мостик. Мне хотелось там оказаться раньше Паркера, чтобы он не смог меня упрекнуть за опоздание.
Я влетела в люк командного модуля и остановилась, кусая нижнюю губу изнутри. Занять кресло второго пилота на мостике было не так уж страшно. Оно располагалось всего через сиденье от места штурмана. Но все-таки я остро ощутила отсутствие Терразаса. Я вцепилась руками в спинку его кресла. Что бы он сказал?
– В этом выпуске наши бесстрашные искатели приключений…
За моей спиной послышался вздох Паркера. Я застыла на месте, залившись румянцем, потому что он стал свидетелем того, как я занимаюсь глупостями. Он прочистил горло.
– Наши бесстрашные искатели приключений приближаются к Марсу… Он был хорошим парнем.
– Ага.
Паркер положил руку мне на плечо.
– Ты справишься, Йорк.
И конечно, глаза у меня тут же наполнились слезами. Я вытерла их рукавом, пока они меня не ослепили.
– Ну, у меня нет такого актерского таланта, – я обогнула сиденье и уселась на него. Всего на метр левее моего привычного места, а словно совсем другой мир. – Ты видел план корректировки?
Ну, разумеется, он его видел. Вопрос был почти оскорбительным, но мне нужно было чем-то заполнить повисшую тишину. Паркер опустился в свое кресло и пристегнулся.
– Вроде все в порядке. Просто немного отличается от первоначального плана полета.
Чего и следовало ожидать, и все же… Я не привыкла переживать за свои расчеты.
Рафаэль немного изменил конфигурацию командного модуля, чтобы мои штурманские приборы оказались в пределах досягаемости с кресла второго пилота. В числе прочего, он подключил карданный стабилизатор моего секстанта к разъему широкоугольного датчика.
