— Необычно войско для атаки строишь, — хмыкнул Магнус, которому я вкратце уже рассказал, что будет сделано. — Эрик до сих пор себя за ус дергает, до конца не веря в успех…
— Была раньше такая земля, Греция называлась, где было множество городов-государств…
— Так земля и сейчас есть, — недоуменно воскликнула змейка. — Правда этих городов нет или они совсем другие…
— Вот о том и речь. Но ромеи те же — своего рода наследники Греции через Рим изначальный, западный, который «на семи холмах». Так вот, был город, названный Спартой. Воины там были самые сильные, самые умелые. Мало кто из победить мог, разве только горами трупов завалив или найдя предателя, что замыслы из полководцев выдаст. Но и у них было слабое место, как игла Кощеева.
Я говорил про Фивы, про жившего там в давние времена полководца Эпамидонда, сумевшего тактически переиграть спартанских военачальников… А сам не забывал следить за выдвижением полка Зигфрида.
Полк двигался вперед в достаточно плотном строю, но все же растягивался, словно амеба, выбрасывающая ложноножку. Ее цель — охватить полк правой руки врага. Вот уже защелкали арбалеты, пока те самые, из сичла дальнобойных, натягивающихся с помощью ворота. Значит, скоро начнется…
— Зигфрид замедлился, — процедил Магнус. — Теперь, пока будет по рыхлому полю идти, немалые потери будут. Лучники у великого князя всегда хорошие в дружине были. Наши самострелы хороши, но не скорострельны.
— Зато прямо из строя бьют, — резонно возразила Змейка. — Зигфрид выдержит, это его бой, он привык!
Все шло так. как и планировалось. Центральный полк противника вел себя довольно пассивно, а вот левый фланг зашевелился. Командующий почуял, что наш полк правой руки несколько ослаблен и решил попробовать пощупать на прочность. Движение вперед… Наткнувшееся на заградительную стрельбу. И тут еще Стурлассон, понимая ситуацию, стронул с места конный резерв, намекая на возможный обход.
То, что доктор прописал! Полк противника, обозначивший угрозу нашему правому флангу, застопорился. Остановился, позволив сначала втянуть себя в не слишком интенсивную перестрелку, а потом, сохраняя порядок, оттянулся назад. Остались по сути при своих, но это нам и требовалось. Разве что теперь командующий противника узнал, что у нас за резерв и как именно мы можем его использовать. Но оно того стоило! Ведь за время этих передвижений полк Зигфрида вышел на дистанцию, наилучшую для массированного залпа из ВСЕХ арбалетов и последующей атаки-рывка.
Вот и ожидаемое… Залп, проредивший стену щитов, затем бросок вперед и работа метателей «греческого огня». «Зажигалки» взвились в воздух и обрушились на вражеский строй. И удар… Теперь там пошла самая настоящая резня, где все зависит исключительно от воинского мастерства.
Теперь и остальные части нашего войска пришли в движение, медленно, но верно смещаясь в сторону противника и самую малость влево. Зачем? Чтобы ликвидировать наметившееся пустое пространство, не допустить контратаки, способной разделить полк Зигфрида и остальную часть наших войск..
Меж тем охват правого фланга великокняжеского войска приносил свои плоды. Превосходство в численности уже дало результат, равно как и использование нового по нынешним временам стрелкового вооружения. Но следовало усилить эффект… Сигнал! И вот уже наш конный резерв мчится на всей парах, стремясь зайти в тыл и так уже потрепанному правому флангу противника. И если Стурлассону дадут это сделать…
— Нет, на дадут! Часть центрального полка используется в качестве резерва. Перебрасывается волей неизвестного нам командующего на правый фланг. Цель — парировать атаку нашего резерва. Ну а потрепанный правый флагн стремится откатиться. Разорвать боевой контакт. Невыгодно в тактическом смысле. но жизненно необходимо. Все же не зря мы атаковали именно в этом направлении, по участку, где находились самые нестойкие части.
— Они отступают! — как девчонка взвизгнула Роксана, наблюдая за результатом нашей атаки. Сейчас еще Стурлассон ударит!
— Лейфу сигнал… Кружить поблизости, давить на них только возможностью удара, — начал отдавать я приказы. — Зигфриду — ослабить напор. Пусть отходят. Большой полк — можно атаковать! Они ослаблены.
Недовольное шипение Змейки, а вот Магнус кривит губы в знакомой ухмылке. Ему нравится. Чует, что сейчас самое время. Правый фланг противника опрокинут, но переброшенные части его центра выправили ситуацию. Да и Стурдассона они затормозят. Но реагируя на эту серьезную угрозу, противостоящий нам полководец чересчур ослабил центр. Вот его мы сейчас и будем грызть. Планомерно, кусок за куском. Их полк левой руки слишком поглощен взаимным маневрированием с полком Ратмира Карнаухого.
Все правильно, но в этой правильности и проблема. Там равновесие. Ослабят себя помощью центру… мигом получат от Ратмира на орехи. Ну а Стурлассон со своими конниками не даст вернуть переброшенные отряды обратно в центр.
Идет перестроение, явное и очевидное для противостоящих нам. Тактически они уже если не в полной заднице, то на подступе к ней. Следовательно… Пришло время поговорить.
— Предлагаем переговоры, — оскалился я. — Любое перемещение их войск — знак возобновления нашей атаки. И переговорщики идут к нам, никакой «ничей земли».
— Пойдут ли на такое? — призадумался Магнус, в то время как сигналы рога уже засвидетельствовали наши пожелания. — Тогда присланные переговорщики будут целиком в нашей власти…
— Мы держим данные обещания, а вот про Владимира Святославовича такое уже никто не скажет. Его слово и самой мелкой резаны не стоит. А так… они согласятся. Их командующий умный, видит, что ты теперь в выигрышном положении. «Косая атака» принесла плоды, прямо как тогда, в древности, в битве Фив против Спарты.
— Опять ты про этих своих греков, брат!
— Они не мои, — пожал я плечами. — Но лучше учиться на опыте тех, кто действительно был великими полководцами. И вообще, знающий историю опирается не только на опыт своего поколения, но и на опыт прежних, живших задолго до него. Мир, он ведь как спираль. Не кольцо, но все, что видим сейчас, с некоторыми отличиями уже было раньше…
— Ну все, Мрачного словами играть потянуло, — воздела глаза к небу Роксана. — теперь только прибытие переговорщиков спасет нас от долгих речей!
Заметив страдальческое выражение на лице, валькирии, я не удержался и, притянув к себе, поцеловал. Змейка пару раз возмущенно трепыхнулась, но поняв, что все равно уже все все видели, решила получать удовольствие, давая волю уже своим рукам. Да так, что теперь уже мне пришлось буквально отцеплять расшалившуюся воительницу. И видеть тщательно скрываемые улыбки на лицах хирдманов охраны. Про Магнуса и не говорю, тот откровенно скалился. Спасло от комментариев лишь то, что предложение насчет переговоров было принято.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
