можно выторговать немного больше выгодных условий. Чаще всего, такие агентства продавливают под себя молодых участников, навязывая им кабальные условия. Но происходит это лишь из-за неопытности, отсутствия грамотного менеджера и банального незнания договора, которые многие спешат подписать сразу же! В общем, этот красивый, но жестокий бизнес, в котором нужно держать ухо востро. Но сегодня можешь расслабиться! Алик сказал, защищать интересы Ри и твои, как его собственные. Поэтому все будет в порядке… Я выбью для вас хорошие условия и достойный процент от сделок.
Все-таки я волновалась безумно! Впервые участвовала в подобном. Переживала. Я была удивлена, когда увидела, что вечер для обсуждения важных моментов будет проходить в атмосфере веселой вечеринки в зале ресторана-клуба.
— Здесь всегда так, — объяснила Марина, верно считав мое удивление. — Это, кстати, еще один из важных моментов. Никогда не пей на таких встречах. Даже если тебе кажется, что тебя не унесет с одного бокала шампанского, поверь, не стоит проверять, так ли это. Унесет… Наутро проснешься с гудящей головой и тонной обязательств, на которые ты уже подписалась.
— Надо же, сколько подводных камней!
— Мы просто в море, полном острых рифов… Но это не значит, что ты не должна получать удовольствие от веселья. Все, в общем-то, неплохие и не желают тебе зла намеренно. Просто это бизнес, детка.
— Ничего личного.
— Именно так.
Я послушалась совета Марины и не стала ничего пить из спиртного. Откровенно говоря, и не собиралась! Хватит мне вчерашних посиделок с Алик под один бокал мартини, который был «Честно-честно, всего один бокал!» Но в итоге этот всего один бокал превратился в целую бутылку!
В целом, я хорошо проводила время, чувствуя поддержку Ри и Алика. Марина, как и обещала, была на страже наших интересов. Вечер получился замечательным.
— Пойдем попляшем? — предложил Алик, когда заиграл хит этого лета, заводной трек.
— Думаешь, стоит?
— Стоит. Жизнь продолжается. Жаль, что Дэна нет рядом. Но он строго-настрого запретил мне появляться у его постели с унылым видом и приводить тебя в таком же настроении. Лучше, пусть он порадуется за нас.
Алик все-таки вытянул меня на танцпол и приобнял в танце, опустил руки на мою талию. Парень танцевал превосходно, вел уверенно. Но внезапно я ощутила, как мой затылок начало печь от пристального взгляда.
Это ощущение не покидало меня ни на секунду. Кровь взволновалась, сердце забилось часто-часто...
А потом вдруг произошло кое-что возмутительное!
Я ощутила, как сзади ко мне кто-то приблизился и властно опустил на мои бедра ладони. Алик все еще обнимал меня за талию, но этот наглец, подошедший сзади, прижался и не собирался меня отпускать.
Тело пронзило судорогой узнавания. Эти ладони и пальцы, их касания я узнала, даже не оборачиваясь. Это был Эмин.
— Свободен, Альберт, — сказал он Алику тоном, не допускающим возражения. — Этот танец — мой!
Я задохнулась от возмущения: разве можно было действовать так нагло и идти по головам? Алик же мгновенно отошел, подмигнув напоследок.
Ох, хитрец! Я была на него зла. Он стопроцентно видел, кто ко мне приближался, и не предупредил! А я бы… Даже не знаю, что сделала, зная, что в зале есть Эмин, зная, что он направляется в мою сторону.
Объятия Эмина стали еще крепче и настойчивее. Он практически расплющил меня по своему телу, показывая, насколько его взбудоражила наша встреча. Голова пошла кругом от такого тесного контакта. Его бедра вжимались в мои, он медленно танцевал и создавалось ощущение, что этот медленный танец — просто провокация в чистом виде.
Извернувшись, я хотела шлепнуть его по щеке, но он перехватил мою руку и просто прижался щекой к раскрытой ладони. Вторая рука требовательно оплела талию и дернула меня.
Теперь мы снова были близки. Практически неразделимы. Эмин часто дышал, и стук его сердца отдавался в моей грудной клетке, как эхо.
Глаза в глаза. Прочный канат связи.
Чувственный ритм танца. Наши бедра так близко. Дрожь.
Мурашки по телу…
Беспрестанно екало где-то внутри.
Я плавилась от его взгляда и была раздосадована на себя, что Эмин так сильно меня волновал.
— Аня, позволь мне сказать. Мы не закончили разговор.
— О твоем обмане и нелепых оправданиях? Здесь больше нечего добавить, Эмин. Ты поступил нечестно по отношению ко мне и если бы не досадная случайность, ты бы никогда не признался. Я так и продолжала бы отрабатывать стоимость якобы утраченной ценной статуэтки и греть твою постель между делом!
— Нет. Ты не права. Я хотел с тобой поговорить. Но по закону подлости, все вылезло гораздо раньше.
— По закону справедливости! — возразила я.
— По закону справедливости ты должна дать мне шанс высказаться. Выслушай меня.
— Уже слушала.
— Но не услышала главное! Слышала ли ты, как я говорил, что влюбился в тебя? — напористо спросил Эмин.
По телу прокралась сильная судорога. Жар тела Эмина возрос, и я среагировала на него так же, чувствуя, как его близость заставляла меня пылать. Разумные мысли начали тонуть в мареве восторга после его слов.
— Я в тебя влюбился, — повторил он. — Потерял голову.
О нет…
— Люблю тебя…
Сердце снова выдало мучительную и учащенную дробь вместо привычного ритма.
— Я жалею, что решился на обман. Ты просто была не похожа ни на одну из тех девушек, с кем я имел дело. Ни на одну из них. Все мои привычные методы обольщения на тебе не срабатывали, поэтому я решился на небольшую хитрость. Казалось, все подталкивало меня именно к этому. Я сглупил, мои чувства к тебе гораздо глубже, чем просто желание переспать. Ты лучше всех, с кем я когда-либо имел дело
