До конца дня путники прошли вверх по течению Доса километров десять-двенадцать, расположились на ночлег. Из соображений осторожности решили вовсе отказаться от костра, выставляемые по очереди часовые ограничивались только частым "шипением" из карибского свистка.
Утром двинулись дальше — цепочкой по одному.
Крест тронул Дениса, идущего первым, за плечо:
— Командир, давай я первым пойду. Предчувствия мучают нехорошие, нутром чую, что впереди поджидает какая-то пакость…
Денис всегда уважительно относился к предчувствиям и прочим душевным тревогам, поэтому без споров отправился в хвост колонны, благо перед ним теперь шла Марта. Во-первых, просто приятно было смотреть на её узкую сильную спину и на то, что располагалось немного ниже спины. А, во-вторых, на поворотах маршрута всегда можно было чуть приотстать и немного поцеловаться…
За этим увлекательным занятием их и застал врасплох вернувшийся назад Иван.
— Кых-ххх! — вежливо кашлянул юноша. — Я ужасно извиняюсь, дон Оскар, но мой отец просит вас срочно подойти. Извините ещё раз, что появился не во время! — добавил уже с явной ехидцей в голосе.
Крест показал рукой вперёд:
— Видишь, впереди — гигантским полукругом — выстроились зелёные кочки? Сучья валяются всюду, а вон там, такое впечатление, что сапогами натоптано. На что это, по-твоему, похоже?
Денис внимательно присмотрелся, прикинул направление этого "полукруга", вспомнил в уме топографическую карту.
— Такое впечатление, что это элементарное минное заграждение: ширина "боевой полосы" метров двадцать-тридцать, функционально отсекает от реки тот высокий холм, куда мы намеривались взобраться.
— И я того же мнения, — довольно кивнул Саня. — Причём, сразу видно, что ставили это заграждение приезжие, не знакомые с местными природными особенностями. В тропиках на взрыхлённой земле трава растёт гораздо быстрее, поэтому и получилась такая ясная картинка: каждое зелёное пятно — это мина и есть…. Тоже мне, деятели! Надо же было…
— Да Бог с ними, — прервал друга Денис. — Нам это только на руку. Предлагаю пойти вдоль этого полукруга, максимально приблизиться к холму, потом я схожу на разведку, осмотрюсь. Пройти через эти мины-кочки — раз плюнуть.
— Почему ты? Я тоже хочу! — заныл Крест. Давай жребий бросим — по-честному…
По жребию идти выпало Кресту. Вечернее солнце лениво дремало на нижнем секторе голубого неба, в ветвях деревьев приветливо перекрикивались птицы, словно желаю друг другу доброй ночи. Идеальное время для действенной разведки: давно уже было замечено, что красивые и яркие закаты действуют на часовых успокаивающе…
Санёк вернулся обратно уже в полной темноте, освещая минное заграждение карманным фонариком. Марта и Иван уже сладко посапывали на подстилке из широких пальмовых листьев, завернувшись в брезентовые плащ-палатки.
— Там, на самой вершине холма, у бошей расположена зенитная установка: такая длинная штуковина, сваренная из стальных прутьев и полос, направленная в небо градусов под пятьдесят по отношению к горизонту, — доложил Крест. — В этой штуковине закреплена серебристая ракета: метра три длинной, диаметром сантиметров пятьдесят-шестьдесят…. Рядом расположен радар. Такая вогнутая сетка, которая медленно вертится вокруг своей оси…. Около радара, метрах в десяти, построена маленькая "будка" — два метра на три. Двое часовых бродят по площадке, бородатые анекдоты без устали травят друг другу. Автоматы за плечами, видимо, дисциплина притупилась окончательно. Таких молодчиков снять бесшумно — одно сплошное удовольствие…. Метрах в ста пятидесяти от радара — две хижины средних размеров. Одна, я думаю, жилое помещение, другая — склад. Сколько человек там может находиться? Да, шесть-восемь бойцов, не больше…. В отношении горного озера Мартина оказалась права: там действительно высокая бетонная плотина и две гидростанции. До них от холма — километров десять-двенадцать всего…
Денис задумчиво взъерошил волосы на затылке.
— Придётся мне на рассвете самому сползать туда.
— Зачем? — обиделся Крест. — Думаешь, что я что-то упустил, типа — не доглядел?
— Не в этом дело. Просто нужно понять, смогу ли я самостоятельно запустить эту ракету. Вернее, не просто запустить, а чётко попасть в намеченную цель…
Солнышко медленно выползало из-за линии горизонта, в небе разливалась приветливая розовая заря, над землёй клубилась лёгкая дымка, оседая на лице мелкими капельками холодной росы. Поднявшись вверх по холму на три четверти, Денис решил немного схитрить. Он залез на высокий платан, возвышавшийся над другими деревьями, уже привычно смахнув мачете со своего пути парочку светло-зелёных змей, всмотрелся в нужном направлении. Бетонная, светло-серая плотина находилась в прямой видимости. Два серебристых потока воды, между которыми было всего-то метров четыреста, низвергались вниз со стометровой высоты. Что же, было над чем подумать…
Один из часовых мирно спал, свернувшись калачиком возле чуть дымящихся углей небольшого костра, другой сидел на просторной деревянной скамье, уставившись в толстую книгу. Денис чуть подкрутил регулировочное колёсико бинокля, выяснилось, что бодрствующий моф был большим поклонником Шиллера.
Денис перевёл бинокль на ракетную установку, минут через пять понял, что ничего хитрого в её устройстве не было: колесо перемещение платформы в горизонтальной плоскости, такое же, но с другой стороны, отвечающие за перемещение рамы с ракетой по вертикали, пусковой механизм, окуляры прицелов…
Необходимо ещё было ознакомиться со складскими запасами этого зенитного подразделения. Денис осторожно подполз к дверям склада, с помощью отмычки открыл нехитрый замок. Ящики — большие и маленькие, длинные и кубические, картонные коробки, предусмотрительно снабжённые белыми квадратными бумажками с поясняющими надписями. Тушёная кенгурятина, компот из абрикосов, гвозди — сотка…
На узких, трёхметровых по длине ящиках тоже присутствовали "этикетки". На десяти из них значилось: "MG — 132, аммонал", на трёх других — "MG –132F, зажигательная".
"Всё же, немецкая аккуратность, безусловно, заслуживает большого пиетета!", — отметил про себя Денис.
Разработать план эффективной диверсионной операции — дело куда как непростое. Уничтожить намеченный объект — это только половина дела.
Желательно ещё и живыми выйти из рискованной передряги, с минимальными людскими потерями.
Сперва сложили две половинки карты в единое целое, ещё раз внимательно изучили местность, где должна была проходить будущая операция.
