Энге выразила сомнение:
– Мы живем, не имея секретов, и всем делимся между собой.
– Чудесно. Но этот факт не для всех. – Заметив колебания Энге, Амбаласи добавила: – Приведу сравнение. Иилане" не вложит хесотсан в руки йилейбе фарги, еще не высохшей после моря. Иначе умрет сама фарги и не она одна. Преобладание самцов среди сорогетсо может оказаться бедой, отравой для культуры. Ты поняла меня? Согласна?
– Да, – ответила Энге со строгим пониманием важности.
– Прошу тебя хранить научную тайну… до времени. Узнав побольше, мы вернемся к этому вопросу. Согласна?
– Да. – Жестами выражая согласие, Энге добавила: – Следует выяснить истину, определить, как она скажется на нас. И пока мы не выясним это, я буду молчать.
– Очень хорошо. Когда ты соглашаешься со мной, мое уважение к твоему разуму растет. Пришли сюда Сетессеи, чтобы я могла обо всем распорядиться.
…Город пышно рос, но Амбаласи отстранялась от него все дальше и дальше. Когда к ней приходили с вопросами, она впадала в такую ярость и немедленно обращалась к столь крепким выражениям, что многие начали бояться ее. Дочери стали стараться самостоятельно разрешать самые насущные вопросы. И скоро обнаружили, что это возможно лишь потому, что в Угуненебе было мало удобств, привычных для старых крупных городов. Город не поглощал отходы, не перерабатывал их, даже воду приходилось носить из реки – удобств в городе не было. И все же лучше жить здесь, чем томиться в садах. Они приспособятся. И хотя Дочери спали вповалку под густыми ветвями и питались только угрями и разной рыбой – это неважно. Гораздо ценнее еды и питья была для них никем не ограничиваемая возможность беседовать о заветах Угуненапсы, искать правду, обнаруживать знамения. Наполненная и чудесная жизнь!
Энге приходилось едва ли не на весь день забывать даже о существовании Угуненапсы, в трудах она пыталась постичь сорогетсо, научиться их речи. Еассасиви более не приходил, но Энге удалось завести разговор с другим сорогетсо, застенчивым и боязливым. Доверие его она купила терпением и дарами – едой. Ее звали Мооравиис, что, похоже, означало «оранжевая». Причиной тому было пятно на гребне. Она была самкой, и Энге обнаружила, что может общаться с нею.
Медленно она начала понимать их. Модификаторов оказалось немного, смысл в основном передавался изменением окраски. Подметив несколько звуковых ключей, Энге обнаружила, что с Мооравиис можно обсуждать основные понятия. Наступило время подключать к работе и Амбаласи.
«Беспримерная возможность», – показывала она руками, приближаясь к ученой, которая немедленно оставила работу и сделала жесты усердия и покорности. Энге была польщена, она предполагала, что ученая давно уже забыла услужливые жесты.
– Прошу объяснений, – произнесла Амбаласи.
– Немедленно. Моя информатка сообщила, что один из ее сородичей – она не указала на его пол – получил серьезную рану. Я известила Мооравиис о том, что одна из нас умеет восстанавливать тела. Мооравиис пришла в возбуждение. Я думаю, она отведет нас к раненому.
– Великолепно. Я изучала их общение в твоей записи. – Выпрямившись, Амбаласи проговорила в истинной манере сорогетсо: – Помощь-дана, личности-лечить, благодарность.
Энге восхитилась.
– Великолепно. Надо идти в джунгли. Я только опасаюсь за твою безопасность. Может быть, лучше взять Сетессеи, она тоже умеет лечить, и для первого раза…
– Нет, пойду я! – повелительно произнесла Амбаласи.
Энге поняла, что не следует пытаться переубедить ученую.
Амбаласи нажала на выступ, расположенный на шкуре животного-для-переноски. Пасть его распахнулась, обнаружив внутри аптечку. Тщательно проверив содержимое, Амбаласи добавила несколько нефмакелов покрупнее, для серьезных ран, и кое-что еще, что могло понадобиться. Удовлетворившись, она закрыла его и повернулась к Энге.
– Теперь неси, нам не нужно свидетельниц. Иди первой.
Сорогетсо дожидалась в реке, высунув из воды только голову. Когда она заметила Амбаласи, в глазах ее промелькнул страх. Она направилась к другому берегу протоки. Иилане" последовали было за нею, но сорогетсо заметно опережала их в скорости, и оранжевый гребень быстро потерялся из виду. Амбаласи заметила, как та вынырнула вдалеке у берега, и с громким плеском устремилась за ней. Обремененная медицинскими инструментами, Энге следовала за нею. Выкарабкавшись на берег, она не могла перевести дух. Мооравиис тем временем оказалась на краю леса и, убедившись, что они следуют за ней, исчезла за деревьями.
Торопясь за нею, они быстро потеряли Мооравиис из виду, но вскоре заметили, что идут по нахоженной тропке. Она поджидала их на другом конце перелеска возле ручья.
«Стой!» – вспыхнула ее ладонь, движения головы свидетельствовали, что неподалеку опасность. Обе иилане" разом остановились, опасливо оглянулись, но не увидели ничего страшного.
«В воде», – показала Мооравиис и, широко раскрыв рот, разразилась тонким дребезжащим воплем. Когда она повторила его, из-за ручья донесся похожий ответ. Ветви кустарника на другой стороне зашевелились, показались два сорогетсо и с сомнением поглядели на другую сторону ручья.
«Опасно-незнакомцы, много-страх», – показал один из них.
«Смерть Ичикчи больше опасность», – твердо ответила Мооравиис. После некоторого колебания, повинуясь жестам Мооравиис, они развернули застывший возле берега ствол поперек потока. Мооравиис отправилась первой, впиваясь когтями ног в кору и держась руками за ветви. Энге ждала Амбаласи, чтобы пойти впереди, но неподвижное тело ученой ничего ей не говорило.
– Я пойду первой, – сказала Энге, – надеюсь, что нам нечего опасаться.
– Глупость и непонимание, – ядовито отозвалась Амбаласи. – Нам не пристало опасаться этих простых созданий. Безмолвие мысли и наблюдение сковало меня. Ты заметила, что они сделали?
– Конечно. Повернули бревно, чтобы мы смогли перебраться через поток.
– Мысль глупейшей фарги! – вспыхнула гневом Амбаласи. – Твои глаза видят, но мозг ничего не понимает. Они воспользовались объектом как устузоу, а не как иилане". Теперь ты поняла это?
– Конечно. Радость-откровения, признание-в-глупости. Хотя внешне они подобны нам, но остались на уровне, чуть превышающем возможности животных, и не имеют представления о знаниях иилане".
– Это очевидно. Особенно когда тебе укажут. Пошли.
Они перебрались по мосту, стараясь держаться осторожно, как сорогетсо. На полпути Амбаласи остановилась и поглядела в воду. Сорогетсо испуганно окликнула ее, и, сделав отрицательный жест, Амбаласи направилась к берегу.
– Видимой опасности нет, – заметила она, с великим интересом наблюдая, как, цепляясь за торчащие ветви, сорогетсо тянули бревно на прежнее место, стараясь не оступиться.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
