не спала. Работала несколько часов подряд.
Лукас: Рад слышать. Сколько слов написала?
Рози: Много ☺
Лукас: Моя ты умница.
Лукас: Наверняка утомилась? Зря я перебил тебе сон.
Мало того, что бешено отчаянно колотилось сердце, так теперь еще застучало в висках — я отчаянно выдумывала предлог, чтобы не отпускать Лукаса.
Рози: Не беспокойся. Голова никак не выключится, так что заснуть я все равно не могла.
Рози: Можешь составить мне компанию?
Рози: Пока не начнет клонить в сон?
Лукас: ☺ Серьезно? Хочешь, чтобы я оставался на связи?
Рози: Ага.
Лукас: Считай, что тебе повезло — развлекать я умею прекрасно и вообще парень компанейский.
Лукас: Ну, в основном.
Рози: Знаю.
Рози: Ты всегда компанейский — даже когда строишь из себя ворчуна.
Вместо следующего сообщения всплыла фотография — селфи. Лукас на снимке хмурился, обиженно надув губы.
Лукас: Ворчуна? Вот такого?
Лукас: Кстати, все равно выгляжу хоть куда. Даже сексуально.
Он ничего не выдумывал — смотрелся и правда потрясающе. Пока я любовалась, пришло новое сообщение.
Лукас: Можешь меня тоже поразвлечь?
Лукас: Пришли фотку.
Лукас: А то тревога от разлуки не рассеется.
Лукас: Боюсь забыть твое лицо.
Рози: Ты никак со мной флиртуешь, Лукас Мартин?
Лукас: И что, получается?
Нервно усмехнувшись, я сделала селфи и отправила его.
Лукас: Хм… Ты никак лежишь на полу? Почему?
Оп… Так была поглощена мыслями о Лукасе, что все остальное упустила из вида.
На экране появилось еще одно фото. На этот раз он вытянул руку как можно дальше, чтобы сфоткать себя издалека. Я впилась глазами в снимок. Так-так. Лежит на кровати поверх покрывала. Без рубашки. Великолепная грудь — в центре кадра, татуировку тоже видно.
Лукас: Вот, учись. Смотри, для чего нужна кровать, Ро. Для того, чтобы на ней валяться.
Рози: Спасибо за урок, профессор.
Лукас: Что сказать? О способах использования кроватей могу поведать многое.
Рози:?
Хм. А чему я, собственно, удивляюсь? Ответ на реплику Лукаса можно было дать и более остроумный. И даже на грани приличия. Однако в голове у меня царил полный кавардак.
Лукас: Я тебя чем-то удивил, Ро?
Я занесла палец над экраном, однако медлила, гадая, как ответить. Пока размышляла, Лукас меня опередил:
Лукас: Забыла, что случилось утром? Я вот не забыл.
Лукас: Только об этом и думаю.
Лукас: Хотя нет. Еще вспоминал о нашем совместном душе. О том, как ты мило кончила.
Я, покраснев, вытаращилась на экран. Жар спустился от лица на шею, на грудь, а потом разлился между ног. Не могла найти подходящих слов для ответа.
Лежала терзаясь, однако ничего путного не придумывалось. Отлично. У нас секс по переписке. Я ведь, на минуточку, писательница; набросать горячую сцену — не вопрос. Могу быть дерзкой и сексуальной. Могу выдать череду пронизанных чувственностью сообщений.
И все же ничего в голову не приходило. Вообще ничего. Мелькали образы: утро, мы в постели, под одеялами. Душ, обнаженный Лукас, изливающийся мне на живот. Более эротичного эпизода в моей жизни не случалось.
Наверное, я слишком долго предавалась размышлениям: на экране всплыло новое сообщение от Лукаса.
Лукас: Рози?
Рози: Я здесь.
Лукас: Прости, я идиот. Вовсе не собирался устраивать секс по телефону, клянусь.
Рози: Точно не собирался?
Лукас: Нет.
Хм, печально. Я ведь против подобного варианта нисколько не возражала. Просто мне требовалось немного больше времени, чтобы настроиться.
Лукас: Начал писать, потому что до ужаса соскучился. В квартире мертвая тишина… Пусто, даже в компании с Тако. Как-то неправильно. Хочу, чтобы ты вернулась.
Сердце ухнуло так, что стало больно в груди.
Хочу, чтобы ты вернулась…
Ведь и я в своем собственном доме чувствовала себя точно так же. Рану мне уход Лукаса нанес чудовищную. И вот оказалось, что мы с ним оба в полном упадке.
Рози: Я тоже по тебе скучаю.
Очевидно, во всем, что касалось этого мужчины, у меня напрочь отсутствовал инстинкт самосохранения, потому я ответила без тени сомнения. Хотела, чтобы Лукас обязательно прочел эти слова. Будь мы рядом — выкрикнула бы их в голос. Кричала бы, пока не сорву горло.
Рози: Я тоже хочу, чтобы мы были вместе, Лукас. Чтобы ты был здесь. В моей постели…
Лукас: …
Лукас: Лучше бы ты этого не говорила.
Рози: Почему?
Вверху экрана появилось три точки, помигали, потом исчезли.
Я замерла. Ждала минуту, две.
Три, пять, десять, пятнадцать.
Полчаса.
Лукас не отвечал.
Неужели уснул?
Может, проголодался, решил перекусить? Зная его, вполне можно предположить, что на кухне сейчас творится таинство: уж точно Лукас не просто открыл пакет с хлопьями и вытащил из холодильника коробку молока. Даже по утрам этим дело не ограничивалось.
Или, может…
— Господи Иисусе! — сказала я в гулкую пустоту. — Ты вообще хоть что-нибудь соображаешь, Рози?
Чертыхнулась, осознав, что, во-первых, веду себя до крайности нелепо, во-вторых — невольно вскочила на ноги и хожу туда-сюда с гудящей от зарождающейся боли головой.
В комнате, напугав меня, раздался звонок домофона, и я уронила сотовый. В тот же миг засветился экран.
Лукас: Это я.
Оставив смартфон валяться на полу, я уставилась на дверь, потому что…
Лукас был здесь.
Я кинулась в прихожую, нажала на кнопку открытия подъезда и, задыхаясь — вовсе не от стремительного рывка, — распахнула настежь дверь квартиры.
Через несколько секунд на лестничной площадке возникло самое прекрасное на свете мужское лицо. Человек, который стал моим самым любимым мужчиной в Нью-Йорке, в Штатах, в целом мире, сделал шаг вперед.
— Вот почему, — выдал он свою фирменную улыбку.
Ослепительную, счастливую улыбку, от которой у меня немедленно запорхали бабочки в животе, по коже побежали мурашки, а нервы словно оголились.
— Видишь ли, я не решился бы прийти без приглашения, да еще и за полночь. Поэтому и написал, мол, лучше бы ты не говорила, что соскучилась.
Моя душа запела.
— Однако ты сказала, — медленно пробормотал Лукас.
Не тратя времени на раздумья, я бросилась к нему на шею. Забралась бы, как по дереву, но отдавала себе отчет: его нога может не выдержать. И все же обвилась вокруг мускулистого
