и морская прогулка явно не удовлетворили его жажду приключений.
— Кай, давай ещё раз на качели!
Я покорно вздохнул. Казалось, этот день никогда не закончится. Но когда я увидел, как его лицо светится от счастья, все мои жалобы показались мелочными. В какой-то момент я так увлёкся, что сам начал активно принимать участия во всём, куда он меня тащил.
На рассвете следующего дня, когда первые лучи солнца только начинали золотить крыши домов, я отправился за каретой и... за Майей. В тайне я очень надеялся, что она передумает.
Трактир встретил меня знакомым теплом очага и ароматом жареных колбасок. Хм-м, позавтракать что ли. А то так вкусно пахнет, — мелькнула манящая мысль.
— Привет, Барни, — уселся я за стойку, чувствуя, как мой желудок собирается объявить о том, что хочет кушать на всю округу. — Я за каретой и Майей, а ещё порцией этих вкусно пахнущих колбасок.
Хозяин заведения при моём виде кисло улыбнулся, налив мне кружку свежесваренного отвару.
Чего это он такой? Может, случилось чего. Ладно, захочет — сам расскажет.
— Доброе, господин маг, — прошептал он, озираясь по сторонам. — Говорят, сам Торгус в город прибыл.
— И не только он, — ответил я громче, чем нужно. — С ним ещё и Ридикус Огнебровый.
За моей спиной раздался громкий стук опрокинутого стула. Оглянувшись, я увидел лишь спину поспешно удаляющегося Дони — того самого, что носил на лице шрам, явно полученный от огня.
— Пока твоя дочь не пришла, расскажи, чего это он так на Ридикуса реагирует? — приглушил я голос.
Барни вздохнул, потёр ладонью подбородок.
— Дело было так... Господин маг как-то заглянул к нам с барышней, выпил немного лишнего. Болтал громко. Веселился. В какой-то момент Дони подошёл к нему, схватит за одежду и вышвырнул — ему, видите ли, показалось, что тот насмехается над ним. Он же не знал, что выкидывает не кого-либо, а самого мага огня.
— Господин Ридикус, когда его вышвырнули, вернулся и дал Дони огненного леща, — Барни сделал выразительный жест, — что тот три дня на стену не мог смотреть. Сказал маг при этом: «Меня ещё ни разу ниоткуда не выкидывали».
— М-да уж. Ладно, не прибил.
— А Ридикус действительно насмехался? — поразился я.
— Кто его знает, — трактирщик развёл руками. — Хотя вряд ли. На следующий день маг пришёл извиняться за применение магии, но и сам Дони так же просил прощения за свои действия.
Я поднял бровь, ожидая продолжения, но тут дверь из кухни скрипнула, и появилась Майя — с решительным взглядом и желанием покорить мир, одетая в лёгкое платье, а в руках маленькая сумка с пожитками. За ней шла заплаканная женщина — видимо, мать.
— Привет, готова? — спросил я.
— Доброе утро, Кай, — коротко бросила она, сжимая в руках узелок с едой на дорогу.
Я огляделся и наклонился ближе:
— Послушай. Я всё-таки маг. Со мной случаются неприятности. Могут пострадать и те, кто работает на меня. Может, передумаешь? Тут спокойно. Со временем выйдешь замуж, родишь детей.
— Нет, — её голос не дрогнул. — Не откажусь от будущего с вами. Верю, что всё будет хорошо.
Женщина за её спиной разрыдалась ещё сильнее и скрылась на кухне.
— Как знаешь, пошли, что ли, — я взял её крохотный скарб, даже у меня сумка и то больше. — Удачи, Барни, ещё свидимся.
Эх, жаль, что так всё вышло. Мне так хотелось колбасок.
На улице уже запрягали лошадей. Утренний туман стелился по мостовой, словно предвещая долгую дорогу. Где-то впереди меня ждала академия, новые испытания, бизнес, Каменикус, тёмный властелин, обелиски... и, возможно, ответы на все вопросы. А ещё на меня легла дополнительная ответственность за нового члена команды. И когда я совсем с этим разберусь, я без малейшего понятия.
Пока карета мерно покачивалась на неровностях мостовой, я обрисовал Майе перспективы нашего сотрудничества. Рассказал о планах создания сети таверн, о концепции, о том, как вижу будущее дело. О том, кем вижу её в моём предприятие. Её глаза загорелись таким огнём, что мои скромные планы сделать её главным поваром рассыпались в прах.
Майя сыпала идеями — точными, выверенными, практичными. Каждая мысль была словно отточенный клинок, вонзающийся прямо в суть проблемы. Я сидел и… Такое ощущение, что это она попаданец, а не я. После получаса езды картина в моей голове полностью перестроилась и сформировалась заново. И теперь у меня на неё совсем другие планы.
«Такой управленческий талант — и просто поваром?» — мелькнуло у меня. Это было бы преступлением. Человек должен заниматься только тем, что ему нравится. Тогда он выдаёт куда лучший результат. А мне как человеку, который хочет зарабатывать, нужны именно такие люди. Потому главное — каждого пристроить туда, где он принесёт мне больше денег.
Немного подумав, я взял, да и озвучил ей все свои идеи.
— Ты будешь лицом моего предприятия, — объявил я, наблюдая, как её щёки розовеют от волнения. — Мы приведём тебя в порядок — салоны, платья, уроки этикета. Сводим к лекарю, подправим волосы. Научу тебя искусству переговоров и агрессивного маркетинга. Чай «Прозрения» станет нашим секретным оружием. Сделаю из тебя акулу бизнеса. Надо чтобы ты прочла книги, которые я тебе дам, и всё запомнила, — я говорил со скоростью автомата, а она только сидела и кивала, заодно хлопала своими большими ресницами. До меня дошло только потом, что она ничего из мною сказанного не поняла от слова совсем. Наверное, кроме того, что мне не нравятся её волосы. Вот я болван. А я всё ехал и понять не мог, чего она их постоянно трогает и пытается убрать. Ох, Женя, ну ты и….
Вообще, я уже у себя в голове вообразил, как через несколько лет эта робкая девчонка превратится в грозу для всех таверн столицы. Но вместе с этим осознавал — ей потребуется защита. Личный маг, бывший военный, снабжённый артефактами... Благо, после последних событий у меня их оказалось немало. Стоить это будет недёшево, но, если всё пойдёт как надо, денег у нас будет предостаточно. А ценные кадры надо защищать.
Кстати, что касается артефактов. Пора бы научиться самому их создавать, — подумал я, вспоминая, как кусаются цены на качественные изделия именитых артефакторов, да и неименитых тоже. Потому обязательно буду ходить на курсы артефакторики в академии.
