остальные его мнение вполне разделяли. Но вот произвести впечатление на гостей – почему бы и нет? Отец иногда любил эпатировать малознакомых людей. Как он считал, если их выдернуть из привычной среды и посмотреть на реакцию, можно узнать много нового и важного.
Надо сказать, места, по которым они проезжали, не произвели на экипаж никакого впечатления. Омск все же на диво провинциальная планета, и тот факт, что ныне это промышленный, научный и военный центр, мало что менял как в менталитете жителей, так и в архитектуре улиц. Подобным спутники Истомина всю жизнь любовались. Зато вид небольшого, уютного особнячка родителей пилота произвел на них впечатление. Точнее, не сам вид, а понимание того, кому принадлежит все это.
– Чего кукситесь? – усмехнулся Истомин, делая приглашающий жест. – Я вроде бы и не скрывал, что из дворянской семьи, причем довольно обеспеченной.
– Но меньше всего мы думали, что твой отец – князь Полосков.
– И что?
– Адмирал, – Вероника начала загибать пальцы, – герой нескольких войн, кавалер высших орденов, несметно богат, один из высших сановников Империи. Родственник императора, в конце концов…
– Ого! Неплохо разведка у вас работает. Только не все правда. Насчет несметных богатств слишком преувеличено, есть люди много богаче. Насчет высших сановников – так всего лишь военный губернатор сектора, таких в Империи полтора десятка. Ну и старше по положению человек пять, не меньше. Да и насчет родственных связей… Они непрямые, шесть поколений назад один из мужчин рода Полосковых женился на ненаследной княжне, сестре тогдашнего императора.
– Все равно…
– Для тебя это что-нибудь меняет? Нет? Тогда пошли, не стойте на пороге.
Он шел к дому, и воспоминания накатывали одно за другим. В этом немного диковатом, никогда специально не обустраиваемом саду они с отцом играли в войну. А потом отец, подхватив его, высоко подбрасывал и ловил. Буря восторга… А вон там фонтан, никогда не работавший, но всегда со свежей водой. Рядом обломки какой-то скульптуры неизвестного происхождения. Помнится, в детстве он регулярно смотрел на этот памятник и вздыхал. Жаль мужика. Говорили же ему сделай прививку от столбняка!
Чуть дальше поляна, на которой они жарили шашлык… Отец имел всего две ценности в жизни – служба и семья. Он мог отказаться от любого политически важного приема, чтобы провести вечер дома. И послать кого угодно, вне зависимости от его погон и положения в обществе, если считал, что действия этого человека противоречат интересам его страны. Только сейчас Истомин начал понимать, какое счастливое у него было детство.
Родители ждали его на большой открытой веранде, сидя за столом. Ноздри еще издали защекотали ароматы дымка из старинного самовара и свежей выпечки. Мама постаралась. Вот удивительно – где он только ни побывал, в каких ресторанах ни питался, а вкуснее, чем готовит мама, ни разу не встречал. Загадка природы, однако.
– Ну что, блудный сын, вернулся? – спросил отец, вставая и шагая ему навстречу. Без кителя он выглядел обманчиво сухощавым, но только для тех, кто не видел, как адмирал завязывает узлом стальной прут толщиной в палец. Вообще, отец умел производить на людей впечатление, не соответствующее его истинному лицу, а потом раз – и сюрприз! Для кого-то приятный, для кого-то – совсем наоборот. – Как, нагулялся?
– Я еще даже не начинал толком, – вернул ему шутку Истомин.
Отец фыркнул:
– Прямо как я в твои годы. Мать бы хоть пожалел – считай, две недели ей ни строчки не писал, не звонил…
Мать, которая к этому моменту встала и, облокотившись на перила, рассматривала сына и его спутников, грозно сдвинула брови и с суровым выражением лица сердито погрозила непутевому сыну пальцем. Увы, получилось не слишком убедительно.
– Сам понимаешь, не мог я…
– Нет слова «не мог», есть «плохо старался». Кстати, представь мне своих друзей. А то стоят как не родные.
Истомин представил. Всех троих в строгом соответствии с правилами этикета, намертво зазубренными еще в детстве. Отец, слушая его, даже кивал одобрительно, а потом сделал приглашающий жест:
– Прошу!
Ну что же, раз столь высокий чин приглашает, отказываться невежливо. Для кармы опять же вредно. Так что гости поднялись по скрипучим, чуть рассохшимся от времени ступеням и сели за стол. Последним зашел сам Истомин, и на лестнице отец, поймав его за локоть, громким шепотом сказал:
– Ты у нас прямо охотник на крокодилов. Одна девушка страшнее другой.
Гостьи подпрыгнули на месте и густо покраснели. Истомин рассмеялся:
– Не надо паниковать. Это у папы обычная проверка на стрессоустойчивость. Он подобным образом всех моих подруг когда-то прокачивал. Да и друзей тоже.
– И как, прошли мы тест? – чуть громче, чем обычно, поинтересовалась Доната.
– Понятия не имею. А что?
– Ну… Теперь я хотя бы понимаю, у кого ты научился подобной манере общения.
– Ага. Я достойный ученик своих родителей.
– А…
– Да, мама умеет и похлеще.
Девушка не удержалась и прыснула в кулак. Остальные тоже рассмеялись, а затем адмирал резко посерьезнел:
– Вот вы болтаете, смеетесь, а на столе пироги стынут. Непорядок…
Этот намек был понят совершенно правильно, и следующие полчаса собравшиеся посвятили чаепитию, отдавая должное мастерству хозяйки. И лишь когда последний, сам Истомин, соскучившийся по домашней кухне, отвалился от стола с набитым пузом, адмирал заговорил вновь:
– Итак, давайте подведем итог. Задача выполнена. Груз… Да-да, сынок, не надо кривиться, с формальной точки зрения эти высокородные детишки – не более чем груз.
– Да знаю я.
– Вот и хорошо. Итак, груз доставлен. Попутно раскрыта, полностью или частично, пока неизвестно, разведсеть британцев. Захвачен высокопоставленный офицер разведки, мы его скоро выпотрошим. Жаль, адмирала Брэдфорда взять живым не удалось. Я бы с удовольствием с ним побеседовал – достойный был противник. Плюс укреплены связи между Империей и Веселой Ниццей. Плюс вскрыто слабое звено у нас.
– Это про Александру?
– Да она-то что. По сути, обычный человек, очень преданный своему учителю. Никифоров – он, как мне сообщили, давненько работал на британцев.
– Но почему?
– Не знаю точно. Было за ним что-то в далекой молодости, но что именно, наши следаки не говорят. Впрочем, это и не важно. Так что рейд можно считать удачным. Поздравляю с погонами капитан-лейтенанта, сынок. Ну и орден, но это чуть попозже. Дадут по итогам операции, вручать награды всем будет лично император. Традиции, сам понимаешь. Заодно и познакомитесь. Как, вернешься на флот? Восстановят без проблем.
– Нет, останусь в МЧС. Понравилось мне там, да и работа нужная.
– Что же, достойный выбор. Продолжим. Жан… как вас там?
– Жан-Пьер-Мишель-Бюсси.
– Я про фамилию. Уж извините, не запомнил.
