темным полотном дороги. Дорога шла далеко в сторону от красно-коричневой дороги и постепенно растворялась в зелёном покрове долины.
Раздосадованный, Адам ткнул пальцем в сенсор открывания двери и поднявшись, выпрыгнул наружу и тут же съёжился от зноя, будто кто-то невидимый направил на него какой-то тепловой излучатель.
Преодолевая стремление запрыгнуть назад в салон стелта, он прислонил руку ко лбу, всматриваясь в городскую окраину, но и это не принесло ему новой информации — город по-прежнему просматривался не достаточно чётко.
Вдруг, в сиреневом небе над городом появилась чёрная точка и описав несколько замысловатых фигур, скользнула вниз. Сердце Адама дрогнуло.
«Шхерт на своем летательном аппарате, — скользнула у него тревожная мысль. — Может там он не один?» — появилась у него уже обнадеживающая мысль, что это совсем не тот шхерт, который приходил к кузнецу и он его не узнает.
Он принялся внимательно всматриваться в небо над городом, но никаких точек больше не наблюдалось. Тогда он начал осматривать горизонт и когда повернул голову в левую сторону, невольно отшатнулся — на него летела большая чёрная птица, широко раскинув свои огромные крылья. Она летела настолько низко, что Адаму показалось, что она неминуемо заденет его.
Рука Адама молниеносно выхватила катран и воздух прочертился синей вуалью. Птица, будто поняв его намерение, взмахнула своими огромными чёрными крыльями и заложив крутой вираж, отвернула в сторону. Мощный поток воздуха ударил Адаму в грудь. Он пошатнулся, но устоял.
«Чёрт возьми! — мысленно выругался Адам, засовывая катран в ножны. — Такое впечатление, что я им чем-то нравлюсь, что они, где бы я не оказался, норовят напасть. Может не на меня, а на кузнеца? Проклятье! Может, действительно он прогневал небесного властелина этой планеты и тот решил, во что бы то ни стало, его убить?».
Частое появление больших чёрных птиц озадачило Адама. И вероятно, что та чёрная точка над городом могла быть отнюдь не летательным аппаратом, а подобной птицей.
Покрутившись и ничего угрожающего для себя больше не увидев, Адам запрыгнул в салон и усевшись в кресло пилота, закрыл дверь и взялся за рыпп.
4
Дорога спустилась в долину и из красно-коричневой превратилась в серо-коричневую, с приближением к городу все больше и больше теряя свою коричневую составляющую, становясь лишь серой. В этой долине, как и в предыдущей, тоже не было цветов, что навевало даже грусть на Адама. Опасаясь угрозы, он непрерывно крутил головой, но ничего тревожного нигде не наблюдалось и в конце концов он успокоился.
Наконец стелт подошёл к перекрёстку и Адам, остановив его, закрутил головой, пытаясь решить в какую сторону двигаться. Перед ним в обе стороны шла дорога, которая вблизи оказалась совершенно черного цвета, гладкая, состоящая из какого-то твердого, явно, искусственного покрытия. Одним концом она входила в город, другой её конец терялся из вида среди невысоких зелёных холмов. Никаких, ни авто, ни летательных аппаратов нигде не просматривалось. Открыв дверь, Адам вышел из летательного аппарата и начал встряхивать ноги, потому что уже долго просидел в стелте и ноги даже затекли. Хотя он был привычен к длительным сидениям в креслах космических кораблей, но кресло в стелте явно было настроено не на большого кузнеца, а на меньшего ростом лекаря и потому сидеть в нём было не совсем комфортно. Крутя головой Адам увидел, что со стороны холмов что-то движется. Он попятился, но видимо он, или слишком поздно увидел это нечто, или его подвёли глаза кузнеца и он не успел спрятаться в салоне, как мимо него, с громким шелестом, проследовало какое-то приземистое овальное движущееся средство, толи летательный аппарат, толи авто. Оно так низко стлалось по дороге, что было совершенно непонятно, что им двигало, так как это был шелест, отнюдь, не колёс. Так же было непонятно, как можно было сидеть в столь низком авто, но вспомнив о летальном аппарате шхерта, Адам с гримасой удивления, долго провожал взглядом движущийся механизм, который вскоре растворился в окраине города. Он опять покрутил головой — других движущихся механизмов на дороге не просматривалось.
«Скорее всего, путь сейчас у меня один — город, — замелькали у него мысли обеспокоенности. — Если это транспортное средство пошло в этот город, возможно я смогу найти там нужную мне информацию о портале. Нужно лишь быть очень внимательным и всё обойдётся. Хотя не очень-то похож этот город на город высокотехнологичной цивилизации».
Вернувшись в салон, усевшись в кресло пилота и взявшись за рыпп, Адам направил стелт в сторону города и проверив надёжность скрытия своего поля, принялся строить механизмы своего поведения при встрече с чужим разумом. Скорее всего так, как он вёл себя в горах, здесь вести себя было навряд ли возможно.
* * *
Чем ближе были первые постройки, тем сильней сжималось сердце Адама, тем тревожнее он вглядывался в окраинную улицу города, пытаясь увидеть его жителей, но улица была пустынна, будто город был безлюден. Даже не было видно и ни одного транспортного средства, похожего на тот механизм, который он встретил, стоя на перекрёстке.
Наконец стелт поравнялся с первым островерхим строением круглой формы. Оно было не очень большое, но и не маленькое, выстроенное из какого-то серого, с розовыми прожилками, аккуратно обработанного камня. Высокая островерхая крыша строения, скорее всего, тоже каменная, была красного цвета и ступенчатой формы. По обе стороны от строения росла высокая зелено-синяя островерхая трава, но не на столько высокая, чтобы не было видно, что делается за ней. Но и за ней никого не было видно.
Казалось, обычное строение, но оно вызвало у Адама некоторую противоречивость. Что-то в нём было неестественно. Он несколько раз скользнул по нему внимательным взглядом и наконец понял — оно не имело окон. Не было видно у строения и двери.
«Хотя, — Адам озабоченно дернул плечами, — двери могут быть и с противоположной от улицы стороны».
Он поравнялся со следующим строением, практически, похожим на первое. Всё в нем повторялось, будто они были клонированы. Копией двух первых было и третье строение и четвёртое…
Адам повернул голову на другую сторону улицы — там была аналогичная картина.
«Чего-то в них ещё не хватает, — вдруг, всплыла у него мысль обеспокоенности. — Эти травяные изгороди… Деревья!»
Он покрутил головой и действительно, на сколько хватало взгляда, нигде не было видно ни одного не только дерева, даже куста.
«Вот почему у них такие крыши, — догадался он, — им камни просто класть не на что, кроме, как на самих себя».
Ситуация складывалась достаточно странной, создавая
