не суждено было сбыться. Только зашла на кухню позавтракать, как меня аж перекосило всю. На всю кухню пахло проклятым кимчи! У нас папа любитель этой корейской капустки. А нынче на рынке можно купить любую корейскую еду, благо корейцев у нас в городе хватает. В смысле, этнических корейцев, а так-то они уже не первое поколение граждане нашей великой и могучей.
У меня даже голова закружилась и нахлынула резкая слабость и тошнота. Понимая, что до туалета я уже не успеваю, рванула к мойке. Только спустя какое-то время стала понимать, что мою ослабевшую тушку бережно поддерживают мамины руки, умывают мое лицо прохладной водичкой, гладят по голове... потом меня тут же усадили возле приоткрытого окна, зачем-то надрючив на меня мамину пуховую шаль. Злополучная капуста срочно перекочевала в мусоропровод на лестничной площадке.
Уфф, вроде полегче стало. Тем временем мама заварила чай для меня, решительно отодвинув от меня банку с молотым кофе, и тут же были готовы тосты, посыпанные крупной морской солью. Чаек был слабенький, но сладкий, в сочетании с солененькими тостами мне понравилось. Мама внимательно посмотрела на меня и спросила:
-Ритуля, и давно тебя тошнит от кимчи?
-Мама, ну я же всегда на дух не выносила ее! Но чтобы так… первый раз, пожалуй.
-Ага- информативно как-то сказала мама и ушла в другую комнату.
Но вскоре вернулась и озабоченно спросила:
-Риточка, а за руль ты можешь сесть? Папа оставил автомобиль на парковке и доверенность на тебя. Мой врач через час нас ждёт, так что собирайся, едем.
Я безропотно двинулась одеваться. Может, мама и права, надо бы сдать анализы, посмотреть что там у меня за анемия и прочие удовольствия. Но, как оказалось, мама записала меня совсем к другому врачу. Мы приехали в женскую консультацию! Ну, мама! Ладно, ещё раз схожу, выслушаю про один шанс из тысячи для меня иметь собственного ребенка, потом ночью поплачу.
Врач, пожилая доброжелательная женщина, очень внимательно выслушала мою эпопею про аварию, операции и диагноз, поставленный мне в областной клинике. Потом осмотрела меня и велела для полной точности сейчас же сходить на УЗИ. Из этого кабинета меня провожала медсестра, видя мою полную невменяемость, благо кабинеты были рядом, буквально в двух шагах.
Я держала в руках заключение и распечатку скана, и таращилась в них с пониманием ребенка с глубоким умственным отставанием. Там, русским по белому было напечатано – «беременность 16-17 недель, маловесный плод, отклонений в развитии не обнаружено, мужского пола». То есть, как это? А 16 недель - это сколько месяцев? Сейчас я была даже не в состоянии сообразить этого.
Мама встревоженно ожидала меня у кабинета. Увидев мое ошалевшее лицо, молча, за руку, как ребенка, затащила меня к врачу, не обращая внимания на возмущение очереди. Они с врачом что-то там обсуждали, а я пребывала в своем мире. Наконец, посчитала, что это значит четыре месяца. То есть, Новая Зеландия. Вот не зря мне понравилась эта страна!
Очнулась я тогда, когда меня окликнули, и явно не в первый раз. Врач, глядя на меня, пыталась донести до меня инфу:
-Маргарита, я понимаю, что вам нелегко сейчас принять решение, но поймите правильно - срок уже очень большой, и ни один врач не возьмётся за операцию прерывания беременности. К тому же, при вашей патологии, возможно, это ваш единственный шанс иметь своего ребенка! Подумайте и примите верное решение!
Ээ… погодите, это она сейчас мне намекает, чтобы я не решилась на аборт? Она с ума сошла? Да мне плевать на всех отцов в мире, главное, этот ребенок будет моим! И пусть Тэхи не узнает никогда, и фиг с ним, но малыш будет со мной! И я с возмущением вскинулась:
-Доктор, вы что? И мыслей таких не было! Давайте меня сейчас поставим на учёт, а завтра с утра я быстренько прибегу на анализы и все обследование пройду!
И врач, и мама с облегчением засмеялись. В общем, получила я карту и кучу направлений, с наказом о правильном питании, отдыхе и умеренных! физических нагрузках. Только вышли в коридор, как мама, достав телефон, принялась названивать папе и кричать в трубку, как будто пыталась без аппарата докричаться до него:
-Сережа, что ты сейчас делаешь? Стоишь? Сядь немедленно! Представляешь, у нас скоро внук будет!! Что? Что делать? Ну, можешь вечером цветы Риточке принести. Вот она подсказывает, что торта хочет, рубленного. Без него домой не приходи!
Возмущавшаяся до этого очередь из беременных дам с мужьями и родственниками, услышав мамино соло, дружно засмеялась и захлопала в ладоши. Меня поздравляли совершенно незнакомые люди, и это было так приятно!
И с этого момента я развернула бурную деятельность. Вечером, за торжественным чаепитием с совсем чуть-чуть помятым тортом (папа, смущаясь, признался, что совсем чуть жулькнул пакет с вкусняшкой в автобусе), я объявила родителям:
-Дорогие мои! Теперь нам нужна более просторная квартира! Что мы будем ютиться в двушке? Нам с Тимкой (именно так я уже решила назвать сына-Тим) нужна отдельная комната и побольше, да и вам тоже. И кухня нужна приличная. Но хотелось бы в этом районе - и ясли рядом и школа. Так что завтра, мама, идём к риэлторам, времени у нас не то чтобы много.
Родители переглянулись, и мама решительно сказала:
-И искать не надо! Через два подъезда на втором этаже продается четырехкомнатная, год уже. Хозяева уехали в Краснодар, а здесь продать не могут, спроса у нас в городе на такие квартиры нет. Но там ремонта много. А пока мы свою продадим…
Я махнула рукой:
-Ничего не продаем! Хватит у меня денег! И на ремонт тоже!
Самое долгое оказалось утверждение перепланировки в отделе архитектуры. Из небольших четырех комнат мы сделали хорошую, просторную трешку. Потом наняли бригаду рабочих... оставили только стены от старой квартиры. Сменили абсолютно всё - от сантехники и электропроводки до полов и потолков. Купили новую подходящую мебель, новый текстиль.
Пока не была заметна беременность, я ещё торопилась выполнить обязательства перед компанией - подыскивала песни, записывала треки, отправляла редакторскому отделу. Если те одобряли, то дальше в дело вступали юристы и финансисты. Отправили мне и три заказных песни. Пока я их разобрала, пока записала в студии у Насти…
К концу шестого месяца беременности началась тревога у моего врача. Мало того, что ребёнок очень плохо набирал вес, оставался таким же маловесным, так и ещё и у меня ухудшились
