белы ручки в палату. Мама поехала домой, за моими вещами. Но когда мама приехала через пару часов, нагруженная, как мул, нас вызвала к себе в кабинет заведующая отделением. Она долго листала мою карту, смотрела анализы, смотрела в окно, наконец, сказала:
-Знаете, Маргарита Сергеевна, вам необходимо лечение в областном перинатальном центре! К сожалению, здесь мы не можем вам обещать, что все хорошо закончится. Угроза жизни для вас и вашего ребенка очень высока. А у нас нет таких специалистов и оборудования. Да и ребенок ваш… очень маловесный. По предварительным данным вес плода сейчас 1200 грамм. Это очень мало для вашего срока.
Глава 45
Глава 45
Я решительно сказала:
-Хорошо, раз так необходимо, то я согласна. Когда надо выезжать?
Заведующая вздохнула ещё тяжелее.
-Понимаете, Маргарита Сергеевна, вертолетом до Иркутска не долететь, далеко. Поезд идёт почти сутки. Автобус, конечно, меньше по времени едет, но не в вашем состоянии.
Мама испуганно спросила:
-А если своим автомобилем? У нас комфортабельный, Риточке можно лежать удобно.
Завотделением покачала головой.
-К сожалению, нужно иметь необходимую аппаратуру и врача. Самый лучший выход - самолет санавиации. Но тут проблема. Финансирование за прошлый квартал мы уже выбрали все, а за этот нам ещё не перечислили. Что делать – просто не понимаю. Я и так уже звонила везде, куда могла. Но финансирование областное, а туда приходит трансфертом из Москвы. Минимум ещё неделю. А у вас, боюсь, этой недели нет.
Думала я недолго.
-Сколько стоит полет этого самолёта до Иркутска?
Заведующая удивлённо взглянула на меня.
-Миллион двести тысяч рублей.
Такие деньги у меня были, но это впритык пока. От компании я пока что ещё не получила гонорар за записанные песни. Конечно, они его перечислят, но позднее. А сейчас эти деньги у меня были отложены на прожитие, да и для малыша мы пока что ещё ничего не покупали. Но жизнь Тимки, да и моя тоже, важнее. И я твердо сказала:
-Доктор, вызывайте санавиацию! Я оплачу самолёт из своих средств! Надеюсь, это не запрещено?
Врач с облегчением выдохнула, вопрос решился положительно.
-Хорошо, Маргарита Сергеевна! Я закажу самолёт на утро. Ночь мы вас сможем поддержать. Я сейчас дам вам реквизиты для оплаты, можете переводить деньги.
И взялась за телефон, согласовывая и утрясая вызов санавиации. А мы с мамой принялись считать проклятые ноли в длинном счёте. В конце концов, нам этот математический трюк удался, деньги перевелись, заведующая все согласовала, самолёт в девять часов утра, значит, в восемь утра меня с мигалками скорая повезет в аэропорт. Мама обещала приехать к этому времени с папой, проводить меня.
Так и вышло. Погрузили меня в достаточно комфортабельную машину скорой, там даже каталка была не на полу. Со мной в салоне ехала и врач. Была ещё одна машина скорой. Пользуясь моментом, на этот борт ещё двоих пациенток погрузили - женщину с предполагаемой тройней и родившую вчера преждевременно с недоношенным малышом в специальном боксе-кювезе. Конечно, я не возражала против таких попутчиков, сама с такими проблемами… Зато в самолёте было аж трое врачей - реаниматолог, акушер и педиатр. Оборудованный всем необходимым Як-42 (специализированная модификация Як-40) доставил нас в областной аэропорт, там прямо к трапу подали две скорые, и опять со всей светомузыкой мы помчались по Иркутску.
И опять все по новой понеслось - только успела зайти в палату, как меня сгребли и поволокли по всем мыслимым кабинетам - от обычной клинической лаборатории до УЗИ и МРТ, и скриннинга. Едва потом приплелась назад, точнее, привезли на кресле-каталке. Кажется, ничего хорошего для меня и Тимки не светило, потому что каждый последующий врач хмурился все сильнее.
Соседкой по палате у меня оказалась, вы не поверите! самая настоящая попадья, матушка Ирина. Улыбчивая, спокойная, моложавая женщина. Я сразу не поверила, когда она сказала, что ей сорок лет! И у нее пятеро детей, сейчас они ожидают шестого ребенка, но поднялось давление, и ее положили в перинатальный центр под наблюдение.
Когда меня привезли в палату, всю в растрепанных чувствах и на измене с изжогой, именно матушка Ирина сумела привести меня в более-менее стабильное состояние. Она сказала:
-Успокойся, девочка! Ты сейчас вредишь не столько себе, сколько своему ребенку! Думай не о себе, а о нем! Ты здоровая дева, а он маленький и беспомощный. И полностью зависит от тебя, от твоего состояния. И ему тоже страшно. Только он ничего не может сделать, а ты можешь. Успокойся и уже этим поможешь ему! Господь никогда не посылает нам больше испытаний, чем мы можем выдержать. Значит, ты можешь это выдержать.
-Вы не понимаете, матушка! Мы, ребенок и я, мы просто убиваем друг друга! Я не даю ему развиваться, он забирает у меня все, что ему надо, и отравляет меня, заставляя отказывать мои почки. Оказывается, мы несовместимы по белковому комплексу. Мы оба не доживём до положенного срока!
Матушка Ирина пожала плечами.
-Значит, тебе сделают операцию раньше, чтобы сохранить вам обоим жизнь, вот и все! Тебя поэтому сюда и отправили, потому что здесь лучшие врачи-педиатры. Выходят твоего крошку. Я говорила, что у меня пятеро детей? Вот пятый мальчик у нас приемный, но я чувствую, что он самый родной мой. Девочка, совсем молоденькая, лет шестнадцать всего, призналась моему супругу, что беременная и в отчаянии, родители ее выгонят. Хотела уж руки на себя наложить. Грех это великий! Мы уговорили девочку оставить эти ужасные мысли и обещали забрать этого малыша себе. Но роды оказались преждевременными, как и у тебя, в семь месяцев. Мишенька родился совсем крошечным, сам сосать не мог. Выхаживали его здесь, и я тоже здесь с ним была. Но все хорошо закончилось. И теперь наше солнышко - радость для всей нашей большой семьи. Вот и ты верь, что все будет хорошо, даже если малыш родится раньше. Даже если ты атеистка, все равно верь! Для Господа нашего мы все его дети, невзирая на веру и национальность.
После такой решительной отповеди я и в самом деле притихла и отругала себя за панику, и поговорила с малышом. Я давно уже с ним вела разговоры, по мере своих слабых силенок Тимка отвечал мне своими шевелениями в нужных местах.
Ближе к вечеру пришел мой палатный врач и сказал, что на завтрашнее утро назначена мне операция кесарева сечения по жизненным показаниям, и требуется мое согласие. Помня о
