воспринимали, как развлечение. Ведь ни смерти, ни боли потерь она никому не несла.
Войны и в самом деле были бесполезны. Они не сократили население ни на йоту.
В конечном счете, они стали испытывать сильную нехватку Лимбуса, они голодали.
Альбер видел тысячи изголодавшихся, ссохшихся, как пожухлые помидоры, фландрейцев стояли в очередях за Лимбусом и уходили ни с чем от опустошенных источников.
Судя по быстро сменявшимся лицам и декорациям, это продолжалось столетиями. Годами они лежали иссушенными, не в силах подойти поближе к источнику и утолить свою жажду, пока кто-нибудь не отпаивал их Лимбусом.
Нужно отдать фландрейцам должное. Они всегда заботились о своих друзьях и близких больше, чем о себе. Те, кто оставался при жизни и был достаточно сильным, чтобы помочь другим, сначала отпаивал тех, кто долгое время уже не получал пищи, и только после этого думал о себе.
Фонокс в то время всё думал, почему природа создала их такими, почему они не заслужили обычной смерти, почему мы не могли умереть, как все другие виды, и почему им приходилось жить в мучении, когда они могли бы просто уступить дорогу новым поколениям. Ведь это было так легко, что практически гениально. Самое простое, что могла сделать жизнь во благо новых поколений – это взять и оборваться, раствориться во времени. Но у них не было такой возможности.
Возможно, это была ошибка природы, которую они должны были справить? С такой мыслью Фонокс очнулся после очередной летаргии и направился к Флонкси, чтобы вместе отыскать решение проблемы вечной жизни.
- Ты хочешь что? – не сразу понял его Флонкси.
- Я хочу найти способ умереть.
- Но зачем?
- Разве ты не видишь, куда привела нас вечная жизнь? Мало того, что мы сами себя не можем обеспечить всем необходимым, так еще и погубили тысячи других видов на планете, не оставив им места, ресурсов, пригодной для жизни земли. Древо поглощает все питательные ресурсы из почвы, до которых только может дотянуться. Другим видам только и остается, что бежать от него подальше. И бежать больше некуда. Оно повсюду.
Флонкси крепко задумался. Где-то в глубине своего сознания он знал, что Фонокс говорил дело. После непродолжительной паузы он ответил:
- Да, ты прав. Вечность стала причинять больше вреда, чем пользы. Так что ты предлагаешь?
- Будем пробовать убить друг друга по очереди, пока что-нибудь не получится.
- Кто первый?
Так началась череда экспериментальных попыток умерщвления, которая затянулась на несколько лет. Технический талант Фонокса наконец-то пригодился. Что они только не испробовали…
Альберу было больно на все это смотреть.
По очереди они избивали друг друга дубинками, сбрасывали с самой верхушки двухкилометрового дерева, резали, давили, ломали, обезглавливали топорами, отрезали друг другу конечности, глядя как жизненный сок медленно вытекает наружу. Фонокс придумывал и сооружал самые разные орудия пыток и уничтожения, лишь бы только добиться своей цели. Пушки, катапульты, луки, арбалеты, огнестрельное оружие, огнеметы, ядовитый газ – ничего из этого не сработало. Из очищенных от верхнего зеленого слоя крупных листьев они вырезали линзы, которыми усиливали солнечный свет и сжигали друг друга, словно в крематориях. Их влажная плоть никак не хотела гореть, требовалась температура свыше 1600 градусов по Цельсию и даже после этого, они скорее плавились, как резина, нежели горели в буквальном понимании этого слова. Они сооружали огромные жернова и перемалывали друг друга, получая на выходе что-то вроде фруктового фарша, четвертовали друг друга и разносили оторванные части на несколько километров друг от друга. Но ничего не срабатывало. Полуживые части их тел медленно сползались и вновь становились одним целым. В теории можно было бы навсегда лишить фландрейца целостности его организма, превратив его в вечного пленника своего расчлененного тела, но не убить.
Многочисленные пытки и казни пронеслись всего за несколько секунд, но даже так заставили Альбера всерьез задуматься о том, что смерть была даром, который мало кто мог оценить по достоинству. Он также предполагал, что Фонокс не стал показывать ему все воспоминания о том периоде, чтобы не травмировать его психику. И ощущал благодарность за это.
Несколько лет спустя после очередной неудачной попытки убийства, Фонокс и Флонкси стояли друг напротив друга, уставшие и измотанные, близкие к полному отчаянью.
- Я так больше не могу, - сказал Флонкси, - мы просто должны посмотреть правде в глаза. Нас невозможно убить. Природа, Вселенная, все выдуманные и существующие боги не хотят нашей смерти. Давай заканчивать и искать другой путь решения проблемы.
Фонокс не хотел так быстро сдаваться, он чувствовал, что решение где-то есть, где-то рядом, просто им так и не удалось его нащупать.
В чем-то он все-таки был прав. Решение было у них над головой, оно давало им свет и тепло все время их жизни. Просто тогда они еще не знали о том, что звезды могут взрываться.
И все-таки он сдался:
- Хорошо, давай попробуем найти другое решение. У тебя есть какие-то идеи?
- Да. И мне потребуется твоя помощь.
