мчалось на скоростях, многократно превосходящих скорость света через целые скопления и кластеры галактик, игнорируя все физические законы и, в частности, доплеровский эффект. Никакого красного смещения не происходило. Все галактики можно было рассмотреть так, словно скорость составляла какие-то несколько тысяч километров в час и не более. Спиралевидные, эллиптические, неправильные, карликовые или просто гигантские, они выстраивались в несколько ровных линий, которые позже сформировали один продолговатый тоннель, стенки которого состояли из одних только галактик и их скоплений. В конце концов, галактики сблизились друг с другом настолько, что расстояние между ними перестало существовать, все цвета смешались в один, и тоннель окрасился в белый цвет с одной маленькой черной точкой в самом его конце.
Неизвестно сколько он пробыл там. Но вот по стенкам тоннеля начали расползаться темные пятна. Они становились все больше, пока черный цвет вновь не стал доминирующим. Галактики, что вначале льнули друг к другу, подобно колоссам спелой пшеницы, начали отдаляться. Разрывы между ними становились все больше и больше, долгая беспроглядная тьма разделяла их на многие миллионы световых лет. В темноте они потухали одна за другой, пока, наконец, в ней не осталось ничего, за что мог бы зацепиться глаз. И тогда все обернулось вспять, процесс потек в обратном направлении. В темноте появлялись мельчайшие белые точки, что стали увеличиваться в размерах и формировать звезды, созвездия, галактики и их скопления, пока горячий их свет не вытеснил тьму. Галактики закручивались веерами, пока не отошли на задний план, и перед Фоноксом не появилась родная Фландрея и Акрукс, что освещал ее поверхность. Фонокс прошел сквозь перистые облака, прошил насквозь кору великого древа, незаметно проскочив между ее атомами, и ворвался в блестящее море из спящих.
Следующее, что он увидел, было лицо одной из фландреек. Ее левые щупальца поддерживали его под голову, а правые подавали Лимбус в чаше прямо к его рту. Он жадно пил, и тело его наполнялось силой.
- Сколько времени я проспал? – все, что он смог спросить.
- Восемь тысяч лет и четыре столетия.
- Что с Флонкси и остальными первородными? – слова с трудом выходили из его пересохшего горла.
- Тише, пока что просто пей. Все потом, все потом, - нежным голосом успокаивала его незнакомка.
Он громко глотал и видел, как вокруг него ото сна пробуждали других фландрейцев. Все они медленно восстанавливались и выглядели такими же обворованными, как и он сам. Их точно лишили Вселенского знания и отправили обратно в бренный мир материальных вещей.
Дальше воспоминания перепрыгивали с одного на другое обрывочно и беспорядочно.
- Фонокс не соврал, когда сказал, что в монтаже у него опыта не было.
В сопровождении двух первородных Фонокса привели к Флонкси. Тот обосновался на широкой площадке поверх одной из массивных ветвей, откуда мог править целым миром.
- Привет, Фонокс. Давно не виделись с тобой. Я успел даже по тебе соскучиться. Как поживаешь?
- Не нужно только этой фальши, ладно? Ты сам приказал бросить меня в яму к остальным и по твоей вине я провел там тысячи лет.
- О, не нужно так сердиться на меня. Это было уже очень давно. Я тогда был совершенно другим фландрейцем. Сейчас я бы не стал с тобой так поступать, - для Флонкси на самом деле прошли тысячелетия. Фонокс же помнил все случившееся так, как будто оно произошло сегодня.
- Так зачем ты пробудил меня ото сна? – Фонокс говорил так, словно злился не за то, что его заставили заснуть, а за то, что заставили проснуться.
- Дело все в том, что мы вступили в контакт с другой цивилизацией.
- Кто-то другой разумный есть на планете?
- Нет, я имею в виду инопланетную цивилизацию.
- Ты не шутишь? – недоверчиво переспросил Фонокс.
- Я бы не стал тебя будить, чтобы повеселить своими шутками. Все абсолютно серьезно.
- Кто они? Когда был контакт? И чем закончился?
- Мы не знаем, кто они. Они отправили своего гонца. Это что-то вроде автоматического посыльного устройства. Оно доставило сообщение для нас девяносто лет назад.
- Что было в этом сообщении? И причем здесь я вообще?
- Галактическое содружество хочет испытать нас. Они оставили нам свое устройство и что-то вроде координат. Мы думаем, что они хотят, чтобы мы прилетели туда через космос.
Фонокс начал быстрее отходить от сна. Такая новость способна была расшевелить кого угодно. Его пытливый ум начинал работать все активнее.
- Они обозначили какие-то сроки?
- Да, у нас было сто лет, чтобы придумать, как это сделать.
Фонокс прокрутил в голове все озвученные цифры и заключил:
- Выходит, что теперь остается всего десять лет? Для этого меня разбудили? Чтобы я мог разгадать эту загадку, которую вы не смогли осилить за девять десятилетий? Думаете, что у меня получится сделать это всего за одно?
Флонкси не торопился признавать свою слабость, но, в конце концов, согласился:
- Да, мы не справились. Поэтому и позвали тебя. Ты всегда проявлял склонность к инженерии. Кроме того, ты один из древнейших фландрейцев, один из самых умных из нас. Я полагаю,
