часто. Ариэна едва сдерживалась, чтобы не расхохотаться или не отпустить что-нибудь язвительное, когда девицы расписывали, в какой благоговейный трепет приводит их Маттар. На самом деле она просто пугала их, и они бегали в Пещерный Храм, чтобы пощекотать себе нервы.
Ариэна жалела, что всё реже и реже удаётся поговорить с Дамеей. Силы постепенно оставляли старую паучиху, а зимой она почти всё время спала. Но главным препятствием было не это.
«Она становится сильнее, – сказала Дамея, когда Ариэна однажды связалась с ней, сидя в библиотеке за очередным томом «Хроник». – Та, которую зовут Маттар, чувствует моё присутствие и противодействует мне. Я тебе уже говорила, что каждая из нас всегда была хозяйкой своей территории и не любила, когда в её владения вторгалась другая. Да мы и сейчас этого не любим, просто сейчас мало кого из нас интересует чужая территория. А раньше… Если судьба какого-нибудь ура зависела от другого ура, а такое 6ывало не так уж и редко, аранхи договаривались о6 обмене информацией. Аранхи никогда не отказывали друг другу в помощи, но эта… Эта тварь какой-то выродок. Она очень агрессивна и не терпит моего присутствия. Она нашего племени, но при этом очень от нас отличается. И не только размером. Уроды встречаются среди всех живых существ. Думаю, и мы, аранхи, не исключение. Сейчас она спит, но, к сожалению, спит она редко. Иногда я с трудом выдерживаю её атаку. Я не могу пробиться к тебе, теряю способность слышать и видеть то, что ты мне хочешь передать. А если я попробую там появиться, боюсь, она вообще уничтожит меня. Всё это кажется странным, но, похоже, она набирает силу, а ведь она тоже очень стара и должна слабеть. Она как будто нашла новый источник силы. Я беспокоюсь за тебя. Не лучше ли те6е вернуться в 3елёный Ур?»
«Ну уж нет. Тут интересно. Меня вот только бесит, что этот противный старикан не даёт мне древних рукописей. А ведь среди этих свитков могут оказаться книги, которые писали и иллюстрировали аранхины. Те, что действительно были избранницами. Но я, кажется, придумала, что можно сделать. Сад по ночам охраняется, но я знаю, где перемахнуть через стену, чтобы дозорные не увидели. Я тут как-нибудь незаметно открою окно на третьем этаже, а когда стемнеет, заберусь через него. Никто же не знает, что я могу летать. А библиотеку почти не охраняют. Тут только один человек у входа. Иногда он прогуливается вокруг здания, но редко. В общем, мне нетрудно будет сюда пробраться, никто не заметит…»
«А ты сейчас никого не замечаешь? – спросила Дамея. – Я чувствую – рядом с тобой кто-то есть».
Теперь и Ариэна это почувствовала. Она сидела в одной из дальних комнат второго этажа и так увлеклась сперва книгой, а потом разговором с аранхой, что абсолютно ничего не слышала. Вообще-то бояться тут было нечего, и Ариэна сама не понимала, почему появление незнакомца вызвало у неё смутную тревогу.
Когда она обернулась, он стоял в дверях, как будто не решаясь войти. Он был высок и очень строен. Длинные волосы обрамляли узкое бледновато-смуглое лицо, которое многие сочли бы красивым. Прежде чем Ариэна успела понять, что в этом лице её отталкивает, незнакомец шагнул в комнату и заговорил с ней мягким, дружеским тоном:
– Извини, если напугал. Ты казалась такой отрешённой… Ты как будто мысленно беседовала с кем-то невидимым. Я уж было решил не тревожить тебя и подняться по другой лестнице, но ты меня всё-таки заметила.
– Все имеют право здесь ходить, господин, – пожала плечами Ариэна. – Это же зал библиотеки, а не мой личный кабинет.
– Приятно видеть девушку, которая интересуется историей, – промолвил незнакомец, мельком взглянув на лежащую перед ней книгу.
– Господин Хорус другого мнения на этот счёт.
Гордая осанка и изысканный наряд вошедшего говорили о том, что он человек богатый и влиятельный. Скорее всего, это был один из высших аранхитов. Если бы он по просьбе Ариэны велел Хорусу дать ей древние свитки, старик бы, наверное, не стал ему возражать, но она не решилась вот так, сразу, обратиться к незнакомому человеку с прось6ой. Несмотря на то, что он просто излучал доброжелательность. А может быть, как раз поэтому.
– С возрастом Хорус стал ворчуном, но всё, что можно, он тебе даст.
Теперь, когда незнакомец стоял рядом, Ариэна поняла, что ему должно быть не меньше тридцати. Он был так строен и моложав, что в первое мгновение показался ей двадцатилетним юношей.
– История – это интересно, ну а те скучные книги, которые нужны мне, в самом последнем зале, – он произнёс это едва ли не извиняющимся тоном – словно боялся, что она обидится, если он так быстро её покинет.
Наверное, ей надо было сказать в ответ какую-нибудь ничего не значащую любезность, но Ариэна растерялась. Незнакомец с улыбкой отвесил изящный полупоклон и отправился в соседний зал – здесь на всех этажах была анфиладная планировка. Двигался он легко и грациозно, как профессиональный танцор, в каждом его жесте сквозила непринуждённость и даже какая-то беззаботность, но Ариэна потом целый вечер не могла забыть цепкий и холодный взгляд его тёмно-карих глаз. «Ты как будто мысленно беседовала с кем-то…» Неужели он догадался?
«Да нет, не может быть, – успокаивала себя Ариэна. – Он просто так выразился».
И всё же она не решилась перед уходом открыть одно из западных окон. С этой стороны к зданию библиотеки подступала кемеровая роща – так близко, что в ветреную погоду могучие ветви касались стен и осторожно скреблись в окна. На третьем этаже почти никто не бывал, и шторы там всегда были плотно задёрнуты. Обходя библиотеку в конце дня, Хорус сроду бы не заметил, что какое-то окно не закрыто на задвижку. Старика Ариэна не боялась, но она не могла отделаться от мысли, что незнакомец незаметно следит за ней. Он сказал, что ему нужен последний зал второго этажа. Скорее всего, он там и сидел, а может, уже ушёл, спустившись по другой лестнице, но Ариэне казалось, что, едва она подойдёт к окну и притронется к задвижке, как он появится перед ней и со своей милой, непринуждённой улыбкой поинтересуется, зачем она это делает.
Через несколько дней Ариэна увидела его в Большой Храме, где он читал проповедь. Он был аранхитом-толкователем и лучшим проповедником Ур-Маттара. Его звали Галиан.
