Владычицы Лазурных Вод.
Рядом с Маликом стояли восемь учеников в тёплых дорожных плащах, их лица раскраснелись от холода, но взгляды оставались решительными. Это была открытая часть их плана — маленькая делегация, направляющаяся прямиком к главным воротам Фростхейма, отвлекающая внимание от тайной миссии Нарайна.
— Впечатляет, не правда ли? — произнёс Малик, обращаясь к Тарену, стоявшему рядом. — Они построили свою столицу на естественном узле силы, где сходятся потоки энергии земли, воды и льда.
— Идеальное место для удержания Владычицы с такими силами, — кивнул Тарен, поправляя шарф, защищающий лицо от ледяного ветра. — Они используют естественные энергетические линии для усиления своего контроля.
Малик задумчиво разглядывал город:
— Да, но у любого решения есть и обратная сторона. Такая концентрация родственных сил делает связь моей сестры с окружающим миром сильнее, даже если она находится в пленении. Вода, лёд, трансформация — вся эта область пронизана её сущностью, даже ослабленной Ключом Подчинения.
Он повернулся к ученикам:
— Нам пора. Скоро стемнеет, а ворота Фростхейма закрываются на ночь. Проверьте ещё раз свои кристаллы связи.
Каждый из учеников коснулся небольшого изумрудно-зелёного кристалла, закреплённого на запястье под рукавом. Эти артефакты, созданные Владыками перед отправлением, позволяли поддерживать скрытую связь между двумя группами и сигнализировать об опасности.
— Всё функционирует, Владыка, — отрапортовал Тарен, закончив проверку. — Мы готовы.
— Тогда в путь, — кивнул Малик. — И помните: наша задача — быть видимыми, привлекать внимание, заставить их сосредоточиться на нас, давая Нарайну и его группе возможность действовать незаметно.
Они начали спуск по извилистой тропе, ведущей к главному тракту, соединяющему перевал с городскими воротами. Малик намеренно не скрывал своего присутствия — его человеческая форма всё ещё излучала лёгкое изумрудное сияние, заметное внимательному глазу, особенно в сумерках наступающего вечера.
В то же время, в нескольких милях к востоку, вторая группа во главе с Нарайном осторожно приближалась к забытому входу в древние шахты. Это был заброшенный штрек, почти полностью заваленный обломками скал и затянутый вековым льдом. Только существо с сенсорными способностями Владыки Перекрёстка могло обнаружить слабую пульсацию энергии, исходящую из этого, казалось бы, непроходимого завала.
— Здесь, — тихо произнёс Нарайн, указывая на едва заметную трещину между двумя массивными валунами. — За этими камнями находится вход.
Элиана, стоявшая рядом с ним, с сомнением посмотрела на каменный завал:
— Но как мы проникнем внутрь? Потребуются часы, чтобы расчистить этот проход, даже с вашей силой, Владыка.
Нарайн загадочно улыбнулся:
— Истинный вход не требует расчистки, Элиана. Это не просто физический проход, а граница между мирами. Один из тех естественных узлов, которые существовали задолго до появления Проводников.
Он приблизился к трещине и положил руку на холодный камень. Изумрудное сияние его пальцев усилилось, проникая между валунами, подсвечивая лёд изнутри странным, призрачным светом.
— Проводники считали эти шахты проклятыми, потому что здесь происходили «странные явления», — продолжил Нарайн. — Шахтёры исчезали или возвращались изменёнными, инструменты обнаруживались в невозможных местах, время текло иначе. Классические признаки близости перекрёстка.
Его энергия проникала всё глубже в трещину, и постепенно формы камней начали меняться — не физически смещаться, а словно терять чёткость, становиться полупрозрачными.
— Они закрыли шахты и запечатали входы, думая, что решили проблему, — Нарайн покачал головой. — Но нельзя просто «закрыть» естественную точку соприкосновения миров. Можно только временно заблокировать доступ, который всегда найдёт способ восстановиться.
С этими словами он сделал резкий жест рукой, и пространство между камнями… перестроилось. Не так, как если бы камни сдвинулись, а словно сама реальность изменила свою конфигурацию, открывая проход там, где только что была твёрдая порода.
— Невероятно, — прошептала Сейра, одна из учениц, сопровождавших Нарайна. — Это… как мы проходили с вами по пограничной тропе, Владыка, но здесь, в обычном мире.
— Не совсем в обычном, — ответил Нарайн, делая первый шаг в открывшийся проход. — Мы находимся на грани, в месте, где два мира соприкасаются. Здесь применимы законы обоих… или ни одного из них, в зависимости от обстоятельств.
Он обернулся к группе из шести учеников:
— Держитесь вместе и следуйте точно за мной. Не сходите с тропы, что бы ни увидели или ни услышали. В таких местах восприятие может быть… обманчивым.
Они вошли в проход, который постепенно расширялся, превращаясь в настоящий тоннель. Стены, изначально покрытые льдом и минеральными отложениями, становились всё более странными — лёд сменился чем-то похожим на застывшую ртуть с переливающейся поверхностью, отражающей искажённые образы проходящих мимо фигур.
Воздух становился теплее, что было удивительно для подземного хода в северных горах, и наполнялся едва уловимыми ароматами — озон, минеральные соли, и что-то ещё, экзотическое, определённо не принадлежащее человеческому миру.
— Чувствуете? — тихо спросил Нарайн, когда они продвинулись глубже в тоннель. — Её присутствие. Слабое, искажённое пленением, но несомненное.
Элиана и другие ученики кивнули — даже с их ограниченными сенсорными способностями они ощущали странную вибрацию, пульсацию, напоминающую отдалённый плеск воды и звон льда.
— Владычица Лазурных Вод, — благоговейно произнесла Элиана. — Её сущность проникает даже сюда, сквозь все барьеры и печати.
Нарайн кивнул:
— Моя сестра всегда была сильнейшей из нас в… проникновении. Её природа подобна воде — текучая, адаптивная, находящая путь сквозь малейшие трещины. Именно поэтому Проводникам пришлось создать особенно сложную систему удержания для неё.
Они продолжили путь, и с каждым шагом окружение становилось всё более странным. Тоннель то расширялся до размеров просторного зала, то сужался настолько, что приходилось протискиваться боком. Повороты и развилки появлялись неожиданно, некоторые проходы, казалось, вели в никуда, заканчиваясь тупиками, которые при ближайшем рассмотрении оказывались оптическими иллюзиями.
Но Нарайн уверенно вёл группу, безошибочно выбирая правильные повороты, словно следуя невидимой карте или слыша зов, недоступный остальным.
После нескольких часов пути они достигли огромной подземной пещеры, в центре которой находилось озеро с водой удивительного лазурно-бирюзового цвета, светящейся изнутри. Свод пещеры был украшен сталактитами из прозрачного льда, которые, несмотря на тепло, не таяли, а словно существовали вне обычных физических законов.
— Подземное Лазурное озеро, — произнёс Нарайн, останавливаясь у берега. — Одно из мест силы моей сестры. Проводники даже не подозревают о его существовании так близко к их
