class="p1">Он ей не поверит, но ни слова об этом не скажет.
Арт говорит ему подвинуть руку: «Алекс, убери руку», — и он стонет, когда выполняет её просьбу. Затем её ладонь оказывается на нём, и та кажется такой горячей, что будто его ошпаривает. Каким-то образом ему удается не кричать.
Три дня спустя они натыкаются на знак, указывающий им на озеро Гершель.
Арт заявляет:
— Туда. Нам надо туда.
Алекс возражает:
— Мы должны продолжать ехать. Мы должны убраться как можно дальше.
Артемида Дарт Вейдер качает головой.
— Нет. Алекс. Нам нужно ехать к озеру. Я это знаю. Ты должен мне доверять.
Он доверяет. Она — единственное, что у него осталось.
Так что он сворачивает на дорогу к озеру и…
Нэйт медленно моргнул, чувствуя себя так, словно только что очнулся от самого яркого в жизни сна.
Артемида храпела, положив голову Алексу на плечо.
Алекс наблюдал за ним.
Ни один из них не произносил ни слова в течение, казалось, нескольких часов.
Затем:
— Она… Как ты…
Алекс произнёс:
— Не знаю. Это… то, что она делает. Связь. Узы. Со мной. С тобой.
— Мы должны вернуть её домой, — сказал Нейт, и он сомневался, что когда-либо в своей жизни верил во что-то сильнее. — Мы должны найти способ вернуть её домой.
Он не ожидал, что Алекс поднимет руку. Нейт не ожидал, что ладонь приблизится к его лицу. Пальцы проскользнут по его щеке. Подбородку. Большой палец погладит его по губам.
Нейт подался навстречу прикосновению, потому что это было единственное, что он мог сделать.
Он слегка повернул голову и запечатлел мягкий поцелуй на ладони Алекса.
Глаза Алекса расширились, но он не отстранился.
Нейт взял руку Алекса в свою. Он подвинулся немного ближе, чтобы ему удалось прижать к своей груди ладонь Алекса. Та была тёплой.
Алекс облегчённо выдохнул и закрыл глаза. Нейт увидел, как мгновение спустя он заснул, устроив предплечье на Арт.
Вскоре после этого Нейт тоже погрузился в сон под морем звёзд и ярко сияющей кометой.
На следующее утро, завтракая яичным порошком, который на вкус был словно дерьмо, Арт объявила:
— Ты знаешь, куда мы должны отправиться.
Алекс провёл рукой по лицу.
— Ты уверена?
Она медленно кивнула.
— Это… я думаю, это нужно сделать. Перед отбытием.
Нейт перевёл взгляд между ними.
— Мне это не понравится, да?
— Седлай, напарник, — сказала ему Арт. — Впереди трудные дни.
Космический телескоп «Хаббл» — автоматическая обсерватория (телескоп) на орбите вокруг Земли, названная в честь американского астронома Эдвина Хаббла. В США температуру измеряют в градусах Фаренгейта. То есть 100°F — это примерно 38°C.
Глава четырнадцатая
Пять дней спустя Нейт таращился в окно на чёрную повозку, которую тянула запряжённая в неё лошадь. Внутри повозки восседало двое мужчин в тёмной одежде и широкополых шляпах. У обоих были густые бороды. Они помахали, когда пикап проезжал мимо них. Арт радостно помахала в ответ.
— Это, наверное, шутка, — выпалил Нейт, когда они миновали знак, приветствующий их в Берд-ин-Хэнд, штат Пенсильвания.
Алекс фыркнул.
— Боюсь, что нет.
— Он теперь амиш[1]?
— Нет. Но здесь довольно много амишей. И меннонитов[2] тоже. Кажется, это место ему подходит… после всего. Здесь предпочитают избегать технологий любого рода. В этом есть смысл, если задуматься.
— Нет в этом никакого смысла. Буквально никакого.
— Постарайся не принимать всё близко к сердцу.
Нейт медленно повернулся и уставился на него.
— Да, да, да, — произнёс Алекс с лёгкой улыбкой на лице. После той ночи в Бесплодных землях она стала показываться всё чаще. Нейт не жаловался. Ему нравились морщинки, которые появлялись вокруг глаз Алекса, когда тот улыбался.
— Как думаете, я смогу покататься верхом на лошади? — спросила Арт уже, должно быть, в сотый раз. — Если, конечно, у него есть лошади. Но ведь он живёт на ферме, так? У него должны быть лошади. Это же, считай, как закон.
— Не думаю, что это совсем верно, — поделился с ней Нейт.
Она закатила глаза.
— Ты этого не знаешь. И… — У неё перехватило дыхание. — О, чёрт возьми, а что, если у него есть свиньи? Значит, будет и бекон?
— Ты только вчера ела бекон, помнишь? Ты сказала официантке в кафе, цитирую: «Тащи ещё добавки, дорогуша».
— После этого она так странно на меня уставилась.
— Наверное, потому, что ты назвала её дорогушей.
— Однажды я видела, как это говорили в кино. Захотелось самой попробовать и посмотреть, что из этого получится. Оглядываясь назад, у меня не было сил[3], чтобы себя сдержать. — Она мечтательно вздохнула. — Свиных отбивных.
— Ты такая странная, — заметил Нейт, не уверенный, что когда-либо говорил подобные слова ещё серьёзнее. Порой она вела себя так по-человечески.
— Ой, прошу, если бы тебе в течение столетий приходилось питаться одной лишь энергией, пока у тебя, наконец, впервые не появились вкусовые рецепторы, ты бы сказал то же самое.
А потом наступали другие моменты, когда она вдруг выдавала подобное дерьмо.
— Иисус, — пробормотал Нейт.
— Всё ещё его упоминаешь, — нахмурившись, сказала Арт. — Почему одни люди произносят его имя попусту, а другие используют веру в него, чтобы заставить себя думать, что они лучше всех остальных?
— Я даже не хочу обсуждать с тобой эту тему, — заявил Нейт. — Это бессмысленно.
— Но, Нейт.
— Нет. Абсолютно нет.
— Позже, — вмешался Алекс. — Мы почти на месте.
Нейт взглянул на него.
— Ты в этом уверен? Я имею в виду, он даже не знает, что мы едем. Ты сказал, что у него нет телефона.
— У него нет телефона. Но…
— Он знает, — заверила Арт. — Он знает, что я к нему иду.
— Как? — спросил Нейт, сомневаясь, что ему на самом деле хочется получить ответ.
Арт ему подмигнула.
— Это не ответ.
— Знаю. Я тренируюсь быть загадочной. Получается?
— Ты пришелец с другой планеты. Тебе не нужно быть ещё загадочнее.
— О. Вау. Я ещё никогда об этом не задумывалась с такой точки зрения. Хм. Мне нужно переосмыслить парочку вещей. Подожди-ка.
Нейт вздохнул и снова посмотрел в окно.
Берд-ин-Хэнд оказался не настолько крупным, чтобы называться городом. Он больше походил на деревню, потребовалась всего пара минут, чтобы проехать по нему от начала до конца и оставить позади. Перед Алексом на руле лежала раскрытая карта, и он время от времени поглядывал на неё с хмурым выражением лица. Арт сидела между ними, сложив руки на коленях, и тихо напевала себе под нос.
Через десять минут после Берд-ин-Хэнд Алекс произнёс:
— Я не знаю, где это место. Может быть, мы его уже проехали.
