На ее лице отразилось замешательство. Нет, и чистилище, и ад выглядели в ее представлении совсем не так.
Лучиано робко попытался снова приблизиться к ней.
— Это произошло лишь потому, что я очень люблю тебя и мечтаю быть с тобой. Я просто не хотел тебя терять, понимаешь?
— Ты убил меня, потому что любишь?
— Ты не мертва. По крайней мере не по-настоящему. Закончилась только твоя человеческая жизнь. А теперь начинается новое существование в мире вампиров, вместе со мной, со всеми нами!
Кларисса посмотрела на Лучиано, но Алиса не поняла, действительно ли девушка его узнала. Казалось, она с трудом разбирала его слова и не могла понять, что они значат.
— А если я не желаю этого? Я хочу, чтобы ты вернул меня в мою семью! Я хочу жить как прежде. Пожалуйста, сделай это хотя бы ради любви, в которой ты мне клялся!
Лицо Лучиано исказилось, словно от боли.
— Я не могу. Это необратимо. Отныне ты ночное существо, как и все мы. Ты больше не принадлежишь к миру людей. Теперь мы твоя семья. Я обещаю, что никогда тебя не брошу и буду заботиться о тебе целую вечность.
На лице девушки появилось задумчивое выражение.
— Да, однажды ты уже говорил мне что-то подобное, но тогда я не поняла, что это значит. Целую вечность?
Кларисса хотела сказать что-то еще, но этому помешал новый приступ боли, такой же сильный, как предыдущий. Хиндрик подбежал к кровати, чтобы усмирить девушку.
— Уходите, — донесся до наследников его голос, заглушаемый криками Клариссы. — На следующий день ей станет лучше. Пусть Матиас или Дарио ненадолго заглянут сюда и принесут с собой немного крови. Думаю, до завтра Кларисса израсходует все свои силы и будет такой слабой, что ей не помешает небольшая порция этой укрепляющей жидкости.
Алиса кивнула и помогла Францу Леопольду вытащить сопротивляющегося Лучиано на улицу. Матиас и Дарио уже привезли гробы и ждали наследников в прихожей.
— Пойдем, нам нужно возвращаться. Слышишь, звонят колокола собора? Скоро начнутся занятия. Нам нужно поторопиться, если мы не хотим опоздать.
— Занятия, — фыркнул Лучиано. — Какое мне теперь дело до занятий?
* * *
Было далеко за полночь. Театр на Рингштрассе давно закрылся, и последние рабочие сцены уже разошлись по домам. Тонка подвела своих Упири к черному ходу.
— Откройте дверь!
Это было заданием для Йеско. Сил у этого вампира было как у троих, а вот соображал он, как казалось Тонке, слишком медленно. Хорошо хоть Йеско наконец-то понял, что если он будет оставлять каждую ночь трупы на улицах города, это не пойдет на пользу их миссии. Что Упири делали в предместьях, Тонке было все равно. Главное — они прятали человеческие останки так, чтобы их не сразу нашли. Сама вампирша тоже каждую ночь убивала людей. И делала это с удовольствием. Больше всего ей нравились дети. Хрупкие маленькие дети, кровь которых обладала таким сладким и пикантным вкусом. Жители пригорода плодились, словно кролики, и не знали, как прокормить свое многочисленное потомство. Две трети детей зачастую умирали еще в раннем возрасте от различных заболеваний. Кому какое дело до того, что еще парочка малышей погибла от ее укусов? Ах, наслаждаться их последним взглядом было особенным удовольствием. Тонка знала, что играет с огнем, но именно это и делало убийство таким захватывающим. Если она зайдет слишком далеко, то пропадет и какой-то крохотный человеческий детеныш утащит ее с собой в бесконечную тьму. Сделает ее безвольным существом, обреченным вечно скитаться между мирами. В этом случае Тонка никогда больше не сможет почувствовать пьянящий вкус крови, ради которого стоило подниматься каждый вечер из гроба.
И кому только пришла в голову эта странная идея — выпивать у человека столько крови, чтобы он оставался в живых? Тонка не понимала, как вампирские кланы могли заключить такое соглашение. И даже Дракас присоединились к этому непостижимому договору. Нет, остальные кланы уже отжили свой век и не достойны больше претендовать на место в этом мире. Природа искореняла то, в чем она больше не нуждалась, — слабых и больных. Упири лишь помогали ей в этом.
Тонка и ее спутники вошли в тихий, покинутый всеми театр. Пахло пылью, горячим газом и множеством людей, побывавших на сегодняшнем представлении. Тонка повела Упири на четвертый ярус. Какое-то время она молча стояла и ждала, пока остальные вампиры оглядятся вокруг. Возможно, их ослабевшим сородичам из других кланов потребовалось бы освещение, но Упири обитали в темных карпатских лесах и отлично видели в темноте.
Наконец Тонка начала рассказывать остальным о важных деталях.
— Это помещение идеально подходит для нашей цели. Смотри те, больше половины мест для зрителей находятся здесь, в третьем и четвертом ярусе. Ряды, которые расположены внизу, очень узкие, и там отсутствует центральный проход. Все дело в том, что этот театр возводили на очень маленьком участке земли. Поэтому архитекторы вынуждены были сделать его неестественно высоким, что значительно поможет нам в осуществлении нашего плана. Идите за мной. Обращайте внимание на узкие коридоры, множество лестниц и поворотов и, конечно же, на двери! Гардероб расположен внизу, в полуподвале, а это значит, что все зрители сначала спускаются туда, а потом поднимаются на свои места по разным лестницам. Кроме того, тут всего один центральный трубопровод, по которому газ подается ко всем лампам, включая освещающие сцену софиты.
Тонка провела вампиров по партеру обратно к сцене и, зайдя за последние кулисы, объяснила, где кто должен будет стоять и что нужно делать.
— Если мы успешно закончим все наши приготовления, то завтра прогремит большой взрыв и весь театр в мгновение ока превратится в огромный огненный шар, из которого никто не сможет выбраться. А если кому-то все же удастся сбежать, мы подождем этих счастливцев у выхода и перебьем их раньше, чем они поймут, что произошло. Если я не ошибаюсь, нам удастся уничтожить всех одним ударом, и чем больше пойдет с наследниками слуг, тем лучше. Чем более мощным окажется этот удар по враждебным кланам, тем труднее им будет прийти в себя. Единственная причина, по которой они объединились, исчезнет, а вместе с ней — и надежда на будущее. Возможно, остальные кланы сразу же набросятся на Дракас, которых посчитают виновными в этом несчастье, а спустя некоторое время между ними завяжется кровопролитная борьба. Нам останется лишь наблюдать со стороны и ждать, пока они достаточно ослабнут. Тогда настанет наше время. Жалкие остатки других кланов будут вынуждены подчиниться нам, а тех, кто не захочет этого сделать, мы устраним.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
