Тайна Иви
— Что мы будем делать сегодня вечером? — спросила Латона, войди в комнату для завтраков и усевшись за стол рядом с Брэмом.
Филипп поспешил занять свободный стул с другой стороны от нее. Девушка приветливо улыбнулась ему, а он в ответ начал щедро накладывать ей на тарелку конфеты, которые, как он знал, нравились Латоне больше всего. Рядом с Брэмом сидела старая баронесса фон Шей, за ней — ее сын Гунтер. По другую сторону стола разместились барон Фридрих, его невестка Майнхильда — мать Филиппа и Клары — и профессора ван Хельсинг и Вамбери. Лишь Клара, как всегда, отсутствовала. Если мать ей это позволяла, она никогда не выходила из спальни раньше полудня. Латона не понимала, как можно добровольно просидеть в своей комнате полдня?
— Филипп предложил пойти в театр на Рингштрассе, — ответил на вопрос Латоны барон. — Сегодня во второй раз показывают «Сказки Гофмана».
— О да, мне нравится Оффенбах. В Париже мы видели его «Орфея в аду».
Вспоминая вечер, проведенный в обществе Брэма и его друга Оскара Уайльда, Латона мечтательно улыбнулась. Брэм посмотрел ей в глаза. В Париже им пришлось многое пережить. Это был захватывающий период в их жизни, который навсегда связал Брэма с Латоной, нравилось ей это или нет. Брэм стал частью ее жизни. Он заменил ей дядю и стал даже ближе Кармело, который всегда держался немного обособленно.
Филипп наблюдал за Брэмом и Латоной. На его лице застыла ревность.
— Говорят, вчерашняя премьера прошла с большим успехом, — сказал юноша, возвращая Латону к реальности. — Отзывы критиков довольно хорошие. Я уже просмотрел их сегодня в утренней газете. Мы ни в коем случае не должны пропустить это представление, после того как театр, который долго оставался закрытым, наконец снова принимает зрителей.
— На сегодняшний вечер наверняка уже не осталось свободных лож, — высказала опасение баронесса. — Ты же не хочешь, чтобы наши гости сидели в тесном партере?
Филипп пожал плечами.
— Я думаю, еще можно как-нибудь достать билеты. Бабушка, с вашими связями нет ничего невозможного! — сказал он. Филипп откровенно льстил.
Старая баронесса, как всегда, не смогла устоять перед шармом своего внука.
— Дай подумать… Либены заказали ложу на сегодня, но я не думаю, что они пойдут в театр. Анна только вчера сказала мне, что чувствует сильную слабость и не собирается выходить из дома еще несколько дней. Ее вновь одолела бессонница, и она близка к очередному приступу истерии, — сказала баронесса и сочувственно покачала головой. — Анна чрезвычайно чувствительная художница и страдает оттого, что не может жить так, как требует ее душа. По моему мнению, ее мучают не телесные страдания. Анна уже пробовала лечиться с помощью гипноза и других методов. Возможно, ей помог бы этот новый молодой врач, который полностью посвятил себя изучению душевных расстройств. По-моему, его зовут Зигмунд Фрейд. Анна говорит, что этот врач собирается провести исследование на тему истерии.
— Мы давно знакомы с Либенами, — обратился к Латоне Филипп. — Они непременно разрешат нам воспользоваться их ложей. Анна, о которой только что рассказала бабушка, урожденная Тодеско. Она всегда хотела стать художницей и совершенно не собиралась вступать в брак. У нее настоящий талант! Я видел несколько ее работ. Ее портреты настолько детально и правдиво передают внешность и характер изображенного на них человека, что их можно принять за фотографии! Анна также отлично играет в шахматы, ей удавалось обыгрывать многих талантливых шахматистов. Я показался себе последним глупцом, когда она уже через пару ходов поставила мне мат, — засмеялся Филипп. — Кроме того, Анна пишет стихи. Мысль о том, чтобы стать светской дамой, всегда была для нее невыносима. Анна сбежала к своей сестре Фанни в Лондон, но отец заставил ее вернуться и выйти замуж за Леопольда Либена. Какое-то время они жили во дворце Тодеско возле оперы, а потом переехали к родителям Леопольда во дворец, расположенный на Рингштрассе рядом с новым зданием Бургтеатра, которое, надеюсь, скоро откроет свои двери зрителям.
Баронесса строго посмотрела на внука.
— Ты решил стать достойной заменой своей сестре и вместо нее приправлять наши завтраки, обеды и ужины светской болтовней?
Филипп смущенно опустил глаза.
— Прошу прощения, — пробормотал он. — Я собирался рассказать Латоне еще о том, что Франц Ландтманн открыл на первом этаже дворца изысканную кофейню. Самая элегантная и большая кофейня Вены, как он сам ее называет. И я хотел предложить как-нибудь туда сходить.
Старая баронесса ухмыльнулась. Она просто не могла больше сердиться на своего любимого внука. И все же она решила сменить тему беседы и повернулась к ван Хельсингу.
— Насколько я слышала, вы снова покидаете нас?
Профессор кивнул.
— Да, я уезжаю завтра утром. Поскольку моя помощь тут больше не нужна, я с радостью принял заинтересовавшее меня предложение нашего уважаемого профессора Вамбери отправиться вмеете с ним в его родную Венгрию. Если быть точнее, мы собираемся поехать в расположенную на востоке Венгрии Трансильванию и добраться до самых диких уголков Карпатских гор.
— Это звучит чрезвычайно интригующе, — сказала баронесса, приняв к сведению тот факт, что еще один из ее гостей собирается уезжать.
Не только Латона заметила, как заблестели глаза Брэма, когда он услышал об этом путешествии. Ван Хельсинг посмотрел на ирландца и предложил ему сопровождать их с профессором Вамбери.
— Это будет увлекательная поездка. Наш венгерский друг собирается показать мне родной дом Влада в Сигишоаре и провести меня до самой крепости Поенари, если не будет сильных снегопадов. Разве вы не хотели бы там побывать?
Латона почувствовала знакомое волнение, по коже побежали мурашки.
— О да, Брэм, давайте поедем в Трансильванию! Это отличная мысль. Там вы уж точно найдете ответы на многие мучающие вас вопросы. А после этого вы сможете приступить к работе над книгой, которую давно уже собираетесь написать.
Латона видела внутреннюю борьбу, отражавшуюся на лице Брэма. Едва ли что-то волновало его больше этой поездки, но Брэм также понимал, какую опасность влекло за собой путешествие по следам самого могучего из всех вампиров. Даже если они собирались всего лишь пролить свет на его тайны. Брэм повернулся к Латоне и с глубоким сожалением покачал головой.
— Нет, это путешествие не для юной девушки. Я не могу взять на себя такую ответственность.
Латона фыркнула. Догадывался ли он, какие поездки они совершали с дядей Кармело? И не только для того, чтобы изучать вампиров! Но девушка ничего не сказала. Она знала, что ничто не заставит Брэма изменить свое решение. Он лишь ответит, что ее дядя каждый раз подвергал их обоих смертельной опасности и в конце концов погиб. И Брэм будет совершенно прав. Нет, именно потому он присматривал за Латоной. Девушка подавила вздох. Разве он не знал, каким захватывающим иногда бывает привкус опасности?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
