Упири вышли на сцену. Тонка осмотрела выключатели, которыми регулировалось освещение сцены, и включила первый ряд софитов. Ослепленные ярким газовым светом Упири застонали и закрыли глаза руками. Тонка прикрутила газ, и сцена утонула в красноватом полумраке. Вампирша подошла к одной из ламп, чтобы выяснить, как наилучшим образом использовать их для организации взрыва.
Внезапно она замерла. Что это? По театру промчался ледяной ветер, и что-то наподобие черного тумана вдруг застлало ей глаза. Тьма непроглядной пеленой затянула все вокруг. Лампы с шипением погасли. Упири, стоя спиной к спине, столпились на сцене, оскалив зубы и выставив вперед когти, готовые защищаться от невидимой опасности.
Тонка сделала несколько шагов вперед и, покрутив головой, принюхалась. Затем она повернула лицо к зрительному залу, остановилась, расправила плечи и немного вызывающе задрала подбородок.
— Значит, мои дозорные не ошиблись. Вы покинули свои мрачные горы и приехали в Вену. Вам наскучило одиночество? Вы решили немного развлечься в праздничном водовороте Вены? Тогда вы как раз вовремя. Открывается бальный сезон, и до самого карнавала Вену охватит танцевальное безумие. Повсюду будет множество ароматных разгоряченных тел! Разве это не то, что вам так нравится, повелитель Дракула?
Хотя у Тонки подкашивались ноги, она старалась держаться прямо и даже сделала шаг вперед. Вампирша слышала, как стонали за ее спиной остальные. Они сгибались под силой, придавившей их, словно огромный обломок скалы.
— Тонка де Упири! Да, я помню, что ты всегда была бесстрашной и непочтительной. Тебе никто не говорил, что твой дерзкий язык может внезапно послужить причиной твоей ранней кончины?
Боль накрыла ее так внезапно и была такой сильной, что ноги Тонки все-таки не выдержали и вампирша упала на колени. Казалось, ее голова сейчас разорвется. Неужели такое возможно? Неужели он был настолько могуч, что мог давлением своих сил разорвать ей череп? Тонка застонала, обхватила себя руками и начала раскачиваться, пытаясь хоть как-то облегчить свои мучения.
Боль прошла так же внезапно, как и появилась. Тонка, съежившись, сидела на краю сцены, боясь даже пошевелиться.
— Такой ты мне больше нравишься.
Голос прозвучал ближе. Он был где-то там, между рядами зрительного зала, который теперь закрывала пелена непроглядной тьмы.
— Вы мои дети! Но все вы, похоже, забыли об этом. Вы должны уважать и слушаться меня!
Тонка не знала, сможет ли она встать. Все ее тело дрожало, поэтому она предпочла остаться в прежней позе, но смело ответила:
— Мы ничего вам не должны. Все это давно в прошлом. Мы отреклись от вас и основали собственные семьи. Ваше время прошло. Поймите это. Каждому отцу однажды приходится осознать, что его силы на исходе и пора уступить место молодым и сильным потомкам.
Хотя Тонка была готова к новому приступу боли, он был таким яростным, что она не удержалась от крика.
— Тебе кажется, что мои силы на исходе?
Он снова отпустил ее, но Тонка уже не могла подняться.
— Вы отреклись от меня и не захотели больше прислушиваться к моим мудрым советам. И что из этого вышло? Вы стали слабыми и разучились пользоваться магией. Вы преследовали и уничтожали друг друга, а теперь ваша кровь настолько испортилась, что у вас больше не рождаются потомки. Я ваш общий прародитель, но даже родителям иногда нужно посмотреть в глаза жестокой правде и признать, что их потомство выродилось.
— Что вы собираетесь делать? — выдавила из себя Тонка.
— Вместе с новой родоначальницей основать семью со свежей и сильной кровью, члены которой будут почитать отца и повиноваться ему. Подумайте об этом. Еще не поздно вернуться и снова начать покорно выполнять мои приказы. Покиньте Вену этой же мочью. Я не хочу, чтобы вы мешали мне в осуществлении моих планов, и не допущу этого. И я также не потерплю, чтобы вы нарушали равновесие между кланами, пытаясь возвыситься над остальными. Идите! Возвращайтесь на родину и заберите с собой моих пернатых шпионов. Я заметил, что вороны следовали за мной от Трансильвании до самой Вены. Вам не положено вмешиваться и мои дела. Будьте готовы подчиниться моим приказам, и тогда я, возможно, смилуюсь и приму вас обратно. Но не медлите, потому что мое терпение уже давно на исходе. А теперь исчезните!
Яркая вспышка ослепила вампиров, по залу прокатился рокот, я затем в театре снова воцарилась тишина. Непроглядная тьма отступила. Сила повелителя развеялась. Он ушел.
Упири долго молчали. Наконец Малка осмелилась заговорить с Тонкой, которая, преодолевая боль, поднималась на ноги. Она двигалась словно старуха.
— И что нам теперь делать?
— Мы подчинимся его приказу: вернемся на родину и созовем большой совет Упири. Происходящее здесь касается всех нас, и теперь мы столкнулись с проблемой посерьезнее, чем пара зазнавшихся родственничков. Все это может обернуться для нас смертельной опасностью.
Йеско вопросительно посмотрел на вампиршу.
— Что за опасность? Повелитель?
Тонка закатила глаза.
— Он сказал все, что нам необходимо было знать, но то, что до тебя ничего не дошло, меня не удивляет. Пойдемте, мы снова проиграли, но думаю, нам сейчас стоит подумать над другой угрожающей нам опасностью.
— И ради этого мы, не закончив дело, вернемся на родину? — возмутился Милан, которому такое предложение понравилось не больше, чем остальным.
— Да, — проскрежетала Тонка. — А что еще нам остается?
— Но ведь это займет всего пару часов, — попыталась переубедить ее Аурика. — Мы столько ночей ждали этой возможности.
— Подыхали от скуки в этом склепе. А теперь должны просто так отказаться от решающего удара?
— Да, — с горечью ответила Тонка. — Если мы воспротивимся приказу повелителя, он нас уничтожит. И не думайте, что это не в его власти. Он ясно дал нам понять, что нас ждет, если мы ослушаемся.
— Если прежде нам удастся выполнить задание, то оно того стоит, — ответил ей Бранко.
— Возможно, — вздохнула Тонка. — Но мне бы не хотелось доводить до этого. Если мы не уедем, то следующим вечером больше не проснемся. Дракула научился преодолевать дневное оцепенение. Да, днем он слаб, но может, если ему нужно, подняться из гроба. Он уничтожит наши тела, прежде чем солнце опустится за горизонт.
Остальные Упири удрученно молчали.
Не произнося ни слова, они вышли из театра. Тонка подозвала к себе воронов, и они все вместе отправились в долгий путь на восток через бескрайние просторы венгерской Пусты[18] к стране за лесом — Трансильвании. Лишь старый одноглазый ворон и один из его пернатых спутников остались в Вене. Возможно, им все же удалось узнать, что задумал повелитель.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
