А головушка у тебя все-таки на место пока не встала. Ну да ничего, до свадьбы заживет. - А потом она поднялась, обошла стол, наклонилась ко мне и тихо сказала: - Знаешь, как я после всего этого боялась знакомства с родителями Олега? После того, как они ту девушку почти в семью уже приняли. А тут я. А когда мы приехали, свекровь обняла меня и на ухо сказала… сказала… Я знала, что она сказала неправду. Но за эти слова я ей благодарна была всю жизнь. Знаешь, что она мне сказала? – Я замотала головой. А Ольга Аркадьевна наклонилась ниже и прошептала мне на ухо: - Именно о такой невестке я и мечтала.* * *
После этого судьбоносного разговора мы встречались с Ольгой Аркадьевной еще раз. Снова цветочки, да. В смысле, выставка цветов. А после мы обедали в каком-то модном ресторане с космическими ценниками. Я снова вспомнила это слово «мезальянс», его трудно было не вспомнить, когда ты едешь в дорогой машине, обедаешь в ресторане со стеклянной крышей, а твоя собеседница небрежно крутит на пальце кольцо с бриллиантом. Ну, наверное, это бриллиант, я не эксперт. Я понимала, что шанса заплатить за свою часть обеда мне не дадут. Но я дала себе твердое обещание, что не возьму ни копейки их денег. Если от меня будет хоть что-то зависеть в этом вопросе, конечно.
* * *
В аэропорт мы ехали с Ольгой Аркадьевной уже с устойчивым ощущением сообщников. Людей, у которых есть что-то, известное только им двоим. И мне это чувство ужасно нравилось. Правда, оно стало вытесняться другим.
Две недели. Они все-таки застряли в Токио на две недели. И хотя была переписка, звонки – и видео, и обычные, и я очень многое теперь знала о столице Японии – все равно моего волнения это не отменяло. Я его увижу. Я его скоро увижу.
А он увидел меня первым! Налетел откуда-то сбоку, обхватил за спину, прижал крепко и закружил. Мой вопль долетел до каждого уголка Пулково, по-моему. А когда Даня меня все-таки опустил на землю, я могла только открывать и закрывать рот и хлопать глазами. А Данька смеялся, обнимал меня обоими руками и что-то шептал мне. Но я временно оглохла. Да как же это…
- Чудеса японской реабилитологии, - ответил Олег Анатольевич на мой незаданный вопрос, пока Даня обнимал мать – все так же крепко и все так же двумя руками. – Я ставил на сыне бесчеловечные эксперименты. Надо ж было понимать, что за технику я собираюсь покупать.
- Да, я был самый настоящий лабораторный Даня! – с улыбкой подтвердил Данил. А потом снова подхватил меня на руки и закружил. Но я еще успела расслышать, как Олег Анатольевич говорит жене:
- Ну вот видишь, зажило даже раньше свадьбы.
* * *
Он снова кружил меня, подхватив на руки – в этот раз посредине прихожей. А я лишь счастливо попискивала.
- Ты скучала по мне? - Даня наконец остановился и крепче прижал меня к груди.
- Очень.
- Тогда пошли скорее сбывать мои мечты.
Я не рез потом вспомнила слова Ксюши про сексуального маньяка. Или, может быть, это побочный эффект от японской реабилитационной медицины? В общем, когда Даню перестало что-либо сдерживать, он… он… Ой.
Да, у него теперь было рабочих обе руки. И ребра, видимо, больше не беспокоили. И он оторвался на мне всласть. Двумя руками и всеми десятью пальцами. Языком. И еще одним непарным и бескостным органом. Нет, может, правда, его там в Японии напичкали чем-то… Японской виагрой какой-нибудь. По-моему, на мне не осталось ни одного не тронутого им места. По-моему, я побила все рекорды бесстыдства. По-моему, мы могли бы подарить режиссерам порно несколько ценных идей.
И если вы думаете, что я жалуюсь – то нет. Я хвастаюсь. Потому что это было так… Как-то так, в общем.
И только сильно после, когда мы лежали, горячие, влажные и еще слегка задыхающиеся - я сообразила.
- Данил Олегович!
- Ого, - хмыкнул Даня. – Меня по отчеству, а я голый. Как-то непривычно.
- Ты. Опять. Трахнул. Меня. Без. Презерватива.
Он покаянно выдохнул и прижал меня к себе.
- Твоя правда. Я к черту на хрен про все забыл. Это ты виновата. Зачем ты надела эти сводящие меня с ума трусы?
- Я?! – больше всего я оскорбилась за свое белье. – Это самые обыкновенные трусы! Черные! И даже не кружевные!
- Ничего не знаю, - Данина ладонь сползла с моей поясницы вниз. – Меня они дико заводят.
- Ну, знаешь, что?!
- Все знаю, милая, - по движениям его руки я понимала, что на диалог Даня решительно не настроен. – Праздники кончились, ЗАГС работает. Завтра же пойдем.
- Чего?! – я таки вывернулась из его цепких лап и села на кровати. Подумала – и подтянула на себя одеяло. - ЗАГС?!
- Ну да, - безмятежно отозвался абсолютно голый Данил. – Ну все равно ж надо, Лиль. Рано или поздно придется.
Я несколько секунд открывала и закрывала рот. Теоретически я понимала, что мне сейчас только что сделали предложение. Практически же…
- Ты полагаешь, что каждая девушка мечтает выйти за тебя замуж?! – наконец выпалила я. – Что ты такой ценный приз, что… что… - у меня от возмущения не находилось слов. Возмущения его снисходительно вздёрнутой бровью и усмешкой на красивых губах. – А вот шиш тебе, а не ЗАГС!
Данил сел. Оперся локтем о согнутое колено.
- Ты хочешь, чтобы я тебя уговаривал? – сощурился он. – Упрашивал? Умолял?
Я вдруг вспомнила кольцо с рубином на пальце Валерии. Я не хотела кольцо. Но ее-то он уговаривал!
- Но Леру ты уговаривал!
- Я ее не любил.
На этом месте у меня внезапно кончились аргументы. Где логика, я вас спрашиваю, где?! А Данька меня обнял. И зашептал
