куда подальше. Предупреждение, вспыхнувшее за мгновение до удара по спине я предпочёл проигнорировать и выдержать побои, вместо того, чтобы увернуться и продемонстрировать свои возможности.
— Грязный кожаный ублюдок. Из-за твоей лени мне придётся задержаться на работе до поздней ночи! Сейчас я научу тебя трепетать перед своими господами! — урод с палкой начал тарахтеть на своём, не зная, что я его прекрасно понимаю. И запоминаю.
Не понятно, природная ли это жестокость, слабоумие или, быть может, попытка самоутвердиться, но к первому ублюдку присоединились ещё трое. Это избиение грозило перерасти во что-то с печальными последствиями, если бы не вмешательство стражи. Последние просто шли за очередной порцией мяса в перерыве между дежурствами и решили, что я так могу и сдохнуть. Пускай удары четвёрки были тяжелы — я всё ещё имел в голове остатки серого вещества, отвечающего за инстинкт выживания и самосохранения, а потому все жизненно важные органы я прикрыл, насколько сумел. Стража наорала на работников кухни и отправила подальше. Затем они позвали высунувшего любопытную морду Гхугхи из-за угла и велели убираться с глаз долой.
Кажется, этот кусок дерьма меня спас…
*Зафиксировано опасное ментальное состояние. Сдерживайте свою ярость, Иван Тормель! Наши судьбы зависят от вашей стойкости. Не позволяйте эмоциям разрушить наши стремления и надежды. Расслабьтесь, за время вашего пребывания вас избили всего лишь в первый раз! Кажется, вы попали в самый милосердный зиккурат севера.*
Ага, везёт, как утопленнику. Хочется ударить тебя, за этот идиотский оптимизм…
От автора:
P.S. зацените подгон от читателя.
Обычный шайтран. А вы так его себе представляли? Пишите в комментах
Глава 25. Сила великого Эрна
— Господин! Великий и могучий! Любезный и справедливый! Сиятельный и несокрушимый… — начал лепетать перед своим хозяином раб с обрубками пальцев на лапах, когда мы вошли в просторную залу и вместе с Оливией плюхнулись на колени перед этим опасным существом.
Высокие потолки, огромные ряды стоек с магическими светильниками, десятки широкоплечих, закованных в стальные латы шайтранов, и шестёрка магов во главе с ледяным чудовищем. Мне не требовалось поднимать глаза или читать отчёты «Куратора», чтобы понять это. Шесть давящих аур обрушились на меня, стоило лишь пересечь порог этого зала. Они воняли… От них несло магией. Чужой, шайтранской магией. Подобное я уже ощущал однажды, перед тем, как принять на себя удар и впасть в кому. Сила бурлила в окружающих меня нелюдях. Кто бы что ни говорил среди военных экспертов, а простые шайтраны на фоне истинных магов выглядят как дети перед профессорами академии.
Пока трусливая тварь вещала, я ждал. Сотни вариантов развития событий были спрогнозированы и проанализированы, но всего не предугадаешь. Задрожали магические светильники, трусливая тварь заткнулась и после короткого взмаха лапы Эрна исчезла в дверном проёме за нашими спинами. Ещё один жест, заставивший задрожать магические «свечки», и воины в тяжёлой броне, украшенной рунами и символами, с вшитыми, на первый взгляд в хаотичном порядке, драгоценными и прочими камнями и кристаллами, разошлись в стороны, шумно, но синхронно опустив щиты и напоминающие глефу оружие.
— Так значит, это и есть тот самый человеческий маг, что сумел навести столько шороха? На вид — слабак, каких поискать. Один раз стукнешь — сломается. — по правую руку от восседающего на троне Эрна заговорил белый, как лист бумаги, шайтран с огромным количеством наростов на шее — признак старости.
— Премудрый Шуглу, ваше Преосвященство, если он действительно способен поглощать магию — это плохой знак. — стоящий по другую от Эрна руку шайтран в ослепительных золотых одеждах с сотней драгоценных камней осадил своего коллегу.
— Не надо спорить. Мы с вами уже обсудили, что будем делать. Можете приступать. — дал указание Эрн очередным взмахом лапы.
— Переводчица — переводи ему, пусть встанет и идёт в центр круга, после чего станет и замрёт. Сам ничего пускай не делает, ведь непослушание для него может стать смертельно опасно.
Оливия принялась переводить, а я подчиняться указаниям. Став в центр круга, мне приказали полностью обнажиться. Комментируя уродливость людей, они пытались, подшучивая, поднять настроение Эрну. И у них, особенно у самого молодого, одетого в голубые свободные одежды, это неплохо получалось. Моё лицо ни разу не дрогнуло, будучи похожим на кирпич. Затем начались проклятые тесты. Сперва меня обстрелял этот молодой шайтран мелкими ледяными сосульками, которые причиняли вполне реальную боль и урон моему телу.
*Получено повреждение! Получено повреждение! Переохлаждение эпидермиса в районе левой грудной мышцы!* — надрывался ИИ, комментируя повреждения.
Затем меня стали атаковать другими типами магии. Такими же мелкими и лёгкими по степени воздействия. Но от этого не менее болезненными. Молнии, огонь, камни, вода, воздушные лезвия… Ожоги, синяки, гематомы и порезы. Всё било вне жизненно важных органов, мастерски контролируемое шайтранами, запускающими свои заклинания.
Оливия стояла, изредка переводя указания шайтранов. Как мы с ней и обсуждали, она делала вид, что ей все равно.
— Кха… — Я не выдержал очередного болезненного удара и упал на колено, после чего, оцепенев, свалился на каменный пол.
— Кажется, последний удар был лишним. Ну, что скажете, коллеги? — старик обратился к коллегам и начались размышления о моих способностях быть маникеном для отработки заклинаний. Вывод один — хреновая из меня груша.
— Раны, как видите, заживают крайне медленно, я даже вообще не вижу какого-либо регенерационного эффекта. — один из молчавших ранее шайтранов обходил моё судорожно дрожащее тело на ледяном полу и давал свои комментарии.
— На ноге от воздушного лезвия рана перестала кровоточить. Значит, есть какая-то регенерация, но медленная. — обратил внимание молодой.
— Снимите ошейник, Вигорц, подлатай его чуток, пусть наберётся сил, и повторим этот тест уже в условиях работающего у человека магического источника. — отдал распоряжение лениво развалившийся на троне Эрн.
Указание Эрна — закон. Это правило нам вбили ещё в первый день нахождения в этом холодном и мрачном месте. Вот и сейчас этот закон выполнялся беспрекословно. Радостно забегали по каналам реки маны, согревая и насыщая силой моё тело. Но я не дурак, и демонстрировать им без приказа ничего не буду. Не хватало ещё быть воспринятым как угроза.
Острая, как жгучий чилийский перец, боль проникла в меня со стороны ключицы и неистовым напором прошила всё моё тело, заставляя его выгнуться в агонии. Удар в живот от проклятого «лекаря» не сильно помог прийти в чувство, лишь выбил остаток воздуха. Пока я синел, не в силах вдохнуть, внутри меня бушевала буря, а всё поле зрения обволокли угрожающе-тревожные сигналы ИИ
