Огонь!
Орудия танков загрохотали и били прямо по толпам чудовищ, окруживших бойцов.
Следом взревели зенитки «Вихрь». Бойцы, которые только что вместе с ранеными отступили за танки, бросали своих товарищей на землю и с яростью бросались на ящики с боеприпасами, откуда хватали автоматные рожки и вновь возвращались на линию огня.
— Получайте твари!
— На! На! Тварь! Умри сука!
Отовсюду слышались гневные оскорбления и яростные крики бойцов, которые через слово переходили на мат.
Отступившие миномётчики также подбежали к ящикам и, развернув установки, начали забрасывать в них снаряд за снарядом.
Все грязные и в промокшей насквозь от пота одежде, они продолжали вести огонь как сумасшедшие.
Линген заражался этой атмосферой и, глядя на приближающуюся волну тварей, выхватил табельный пистолет и открыл огонь в сторону тварей.
Вряд ли он мог хоть кого-то убить из пистолета, но стоять так без дела, когда вокруг тебя солдаты так яростно сражаются, было не по нему.
Когда патроны кончились, он вытащил обойму из кобуры, перезарядил оружие и вновь открыл огонь.
Кристиан, стоявший рядом, также вытащив свой пистолет, начал стрелять вперёд, желая убить хотя бы одну из этих злобных тварей.
Позади генерала, который был в пылу сражения и среди грохочущих танков не мог ничего услышать, начали открываться ворота, и оттуда выбежали солдаты, которые до сих пор занимались зачисткой города от сил Барнса.
Они так долго хотели поддержать своих товарищей здесь, что включались в бой, как только пересекали ворота. Идя вперёд, бойцы на ходу стреляли в монстров и, отбрасывая пустые магазины, втыкали новые и вновь продолжали стрелять.
Наташа, забравшаяся на одну из стен, уселась поудобнее и, подложив свою куртку под винтовку, начала целиться в самых крупных тварей, которые казались ей самыми опасными.
Даже в шуме танковой стрельбы и взрывов мин её оружие можно было хорошо слышать.
Каждый выстрел в чудовищ, похожих на горилл, делал в них дыру размером с кулак.
Девушка была спокойна, как айсберг. Не было ни возбуждения, ни страха. Она хладнокровно передёргивала затвор и загоняла новый патрон в ствол своей винтовки, нажимала на спусковой крючок и повторяла это раз за разом.
Солдаты внизу уже перешли в ближний бой и старались удержать врага от прорыва внутрь, где находились миномётчики и зенитчики.
Кто мог, стрелял, кто не мог — хватал сапёрную лопатку и бросался на этих тварей.
Благо Наташа позаботилась о том, чтобы крупные монстры не могли подойти ближе. И хотя потери среди бойцов были чудовищными, но пока ситуация оставалась контролируемой.
Линген с Кристианом подобрали брошенные на землю автоматы и, вернувшись к ящику, выхватили оттуда магазины, и теперь могли действительно быть полезными.
Внезапно по рации адъютанта послышался голос Руслана.
— Держитесь. Осталось недолго!
Никто из них не знал, что это значит, да им уже было и не важно. Они смирились с тем, что сегодня здесь умрут все, потому что солдат осталось меньше трёхсот, а пауков и собак не осталось вовсе.
Вся расчищенная площадь была вымощена трупами чудовищ в два, а в некоторых местах и в три ряда.
У линии обороны они лежали, собранные стеной, ростом с взрослого человека.
Линген вёл огонь по чудовищам, когда вдалеке на стене, позади монстров, начали появляться роботы-пауки и, спрыгивая на землю, они врывались в бой. Вскоре уже вся стена была облеплена этими роботами, и они сплошным потоком нападали на зомби.
Генерал почувствовал каплю воды на руке, за ней ещё одну и ещё. В следующую секунду, как из прорвавшей плотины, на них полил дождь.
Солдаты продолжали сражаться, атакуя и в ближнем бою, и в дальнем, а роботы-пауки всё быстрее приближались к их позиции, снимая давление с войск.
Бойцы падали без сил, но всё равно пытались подняться, чтобы продолжить сражаться, опасаясь, что из-за их слабости могут погибнуть товарищи.
Но, как и сказал Руслан, оставалось недолго. С каждой секундой пауки всё быстрее приближались к позициям обороняющихся и зачищали остатки монстров, которые уже не представляли никакой опасности.
* * *
Август Симараги, который находился за пределами города и уже почувствовал, что все его чудовища были убиты или будут убиты очень скоро, скинул капюшон, демонстрируя своё синее лицо.
Мужчина посмотрел на небо, пытаясь ощутить капли дождя, но, к сожалению, он ничего не чувствовал.
На самом деле, он не ощущал не только капли дождя, но и эмоций, которые должны быть у человека, чей план рухнул.
Только теперь Август понял, что больше не является человеком, а лишь чудовищем, которому не место среди людей.
— А может, это людям не место на этой планете? — Говоря сам с собой, спросил он.
Вновь накинув капюшон, Симараги развернулся и пошёл прочь от города, в котором ему казалось, больше делать нечего.
Глава 37
Генетика
В Тирольской бухте, там, где ещё совсем недавно шёл ожесточённый бой, где до сих пор валялись трупы людей и монстров, сваленные перед танками, теперь бродили роботы-пауки, выискивая затаившихся чудовищ или тех, кто пытался сбежать отсюда.
Выжившие солдаты СССР собрались на небольшом пятачке, который был огорожен танками и зенитными орудиями. Некоторые из них сидели, а другие лежали на земле, стараясь хоть немного восстановить силы после тяжелого сражения.
Сержант Александр Лебедев, весь в чёрной крови монстров, сидел, облокотившись на катки танка, оглядываясь по сторонам в поисках своих товарищей.
Со стороны ворот шестого района в его сторону направлялся сержант Кондратенко с автоматом в руках, который, казалось, весит тонну, настолько тяжело ему было держать его.
Подойдя ближе и рухнув рядом, он положил автомат на коленки, молча вытащил пачку сигарет из нагрудного кармана и протянул товарищу.
Двое, помогая друг другу, закурили, продолжая озираться по сторонам.
— О таком меня не предупреждали, — выпуская клубы дыма, констатировал Максим.
Александр кивнул, соглашаясь с ним. Он был уверен, что никто не говорил, что в этом мире будет настолько сложно.
Мимо солдат прохаживался генерал Линген вместе с адъютантом, жестом призывая их не вставать и даже улыбаясь, глядя в глаза бойцов.
Два сержанта также кивнули этому упёртому старику, который в критический момент схватил оружие и сам вступил в бой.
Для человека, что не является одним из них, он оказался действительно стойким, и они это оценили, как и тех бойцов, что сражались вместе с ним плечом к плечу.
Хотя потери в этом сражении можно назвать катастрофическими, так как из семисот человек призванных и ста шестидесяти солдат из
