повиновения.
Смириться со всем этим было тяжело. Но Яниэр старался, и в конце концов время подарило ему понимание и утешение. Невзирая на душевную боль, Яниэр осознал, что Учитель не мог жить иначе, не имел права. И, учитывая грандиозное величие личности наставника, быть частью его жизни, иметь возможность прикоснуться к огромному красному солнцу — тоже немало… То, что они знали Учителя, уже было величайшим благом и подарком судьбы.
Кроме того, все знали его как Первородного, величественного и грозного Красного Феникса, Великого Иерофанта Ром-Белиата и недосягаемого наместника небожителей на земле. Яниэру же посчастливилось узнать Учителя и другим. Иногда уставшим; иногда растерянным и сомневающимся, допускающим ошибки; иногда чутким, способным понять тончайшие переживания и дать нужный совет. Он был к Учителю ближе, чем кто-либо…
Его светлость мессир Элирий Лестер Лар вдруг пошевелился и открыл глаза, холодные, как океан. Крайняя степень зелени и густой синевы в этих ярких глазах зачаровывала и приковывала взгляд. Таков был подлинный цвет циан, выдающий сильную кровь. Насыщенный, неземной цвет, которого уже почти и не осталось в их мире, — цвет глаз Первородного, что взирали когда-то на чистое небо Лианора… а теперь взирают на него.
Яниэр сделал над собою усилие и улыбнулся проснувшемуся наставнику, привычно удержав на лице спокойное и приятное выражение, резко контрастирующее с тем, что творилось сейчас у него внутри.
— Доброе утро, ваша светлость, — мягко сказал он, готовый помочь Учителю одеться. — Вас ждет великий день. Совершенные уже собрались по вашему зову и ожидают слова Красного Феникса Лианора. Готовы ли вы произнести его?
Глава 27
Пион — владыка всех цветов
Эпоха Черного Солнца. Год 359. Сезон зерновых дождей
Едят лапшу в имбирном соусе. День двадцать девятый от пробуждения Леса Колыбели
*киноварью*
В центре главной площади, похожей на огромный цветущий сад, бил подземный источник драгоценной чистой воды. Именно вокруг этого источника, помогающего без лишних хлопот пережить сухой сезон, когда-то давно и возникло поселение лианхэ.
Утро было влажное и туманное. Этим утром великое множество людей пришло сюда послушать речь Красного Феникса Лианора, милостью высших сил явившегося к ним из самого небытия.
Его светлость мессир Элирий Лестер Лар медленно обвел очами собравшихся и подал знак стоящему чуть позади Яниэру. Тот должен был представить его полным именем и высокими титулами: ныне утерянными, которые он собирался возвратить, и новыми, которые ему даровал Илиирэ.
— Перед вами его светлость мессир Элирий Лестер Лар, Совершенный, трижды рожденный, по воле богов вернувшийся из великого запределья, — повинуясь приказу, торжественно провозгласил Первый ученик. — Великий Иерофант Ром-Белиата, наместник небожителей на земле, верховный жрец храма Закатного Солнца, глава Красного ордена, обладатель священного цвета, называемый также Красным Фениксом Лианора!
Воистину, сегодня был великий день. Не отрывая глаз, Элирий внимательно смотрел на стройные ряды выстроившихся пред ним Совершенных и чувствовал, как по сердцу разливаются тепло и затаенная гордость. Подлинные наследники Утонувшего острова, прямые потомки небожителей и первых могущественных чародеев, способных воплощаться драконами. Богоизбранный народ, его народ… сквозь все испытания, сквозь столетия преследований и гонений им удалось пройти и не потерять себя. И пусть Лианор обрел могилу в морской пучине, а Ром-Белиат был стерт с лица земли захватчиками и временем… Но дважды лишившись благословения, дважды лишившись дома, Совершенные сохранили достоинство, честь и веру и теперь вновь были готовы объединиться под его рукой.
Это ли не чудо, не бесценный дар богов?
— Я — хранитель благословения небожителей на земле, наместник пресветлого владыки Илиирэ, и моими путями правит непобедимое солнце Надмирья, — негромко начал Элирий, уверенный, что каждое сказанное им слово будет услышано; каждое слово останется в каждом сердце навсегда, словно стрела, с ювелирной точностью поразившая цель. Его светлость мессир Элирий Лестер Лар не сомневался: Совершенные запомнят все. Все, что сегодня случится здесь. В этот нестерпимо жаркий полдень голос его пролился прохладною, живою водою, способной утолить жажду всех страждущих. Наконец утолить эту злую жажду, терзавшую мир сотни лет. — Будьте со мною. Ступайте со мною на великую землю ваших предков. Вкусите мою лотосную кровь и никогда не знайте поражения!
Элирий знал: в его крови таится сила нового возрождения. Ее хватит не только на немногочисленный орден Красных жриц Агнии, но и на новое поколение жрецов для Красного ордена, который он восстановит… конечно, если на то будет воля Илиирэ. Если его действия и жертвы будут угодны пресветлому владыке миров. И, конечно, если он и в самом деле доживет до окончания процесса трансмутации. До него оставалось всего-то десять дней, но эти десять дней могли оказаться слишком длинны. Когда они наконец истекут, сила его крови достигнет апогея… но уже сейчас она достаточно сильна. И уже сейчас она хранит в себе благословение, а потому нет необходимости ждать.
Красный Феникс замолчал, и все склонились пред ним. По рядам пошла стремительная волна: приветствуя вернувшегося из небытия наместника небожителей, признавая его священную власть, Совершенные почтительно падали ниц и замирали, ожидая следующих слов.
Казалось, все складывается как нельзя лучше: народ принял своего пастыря, признал явившегося к нему из прошлого мессира Элирия Лестера Лара с такой превеликой готовностью, будто без устали ожидал его все эти четыре сотни лет. Однако кое-что все-таки тревожило, подспудно тяготило душу, не давая в полной мере радоваться долгожданному моменту воссоединения.
— Поднимитесь, — подумав немного, великодушно разрешил Элирий. — Наступает новый день, и в Лесах Колыбели начинается новый годовой цикл. Это время больших перемен, и по воле небес оно станет также временем зарождения новой эпохи. Внимайте же моему слову: пионы должны расцвести снова. Ром-Белиат возродится из пепла и будет наследовать Лианору! Возвратить благоволение небожителей к Запретному городу и приблизить новый расцвет цивилизации Совершенных — таково мое призвание и мое единственное желание. Готовы ли вы навсегда покинуть эти края и идти за мной в священную землю ваших предков?
Его светлость мессир Элирий Лестер Лар сделал невольную паузу, переводя дух, и с замиранием сердца произнес следующие слова. Он буквально заставил себя проговорить их, силой вытолкнул их из горла:
— Я знаю, что времена изменились. — Чеканный голос его пронизывал влажный туман. — Если кто-то из вас не желает держать клятву верности, что давали мне ваши отцы, пусть скажет об этом, и я освобожу его от исполнения долга без последствий клятвопреступления. Нас больше ничего не будет связывать.
Волнение его было легко понять: в
