и, ничего не говоря, полоснула себя по руке. Потом то же самое сделала с Анитой. Схватив за руку Валинью, порезала руку и ей. Девушки соединили кровоточащие руки и произнесли:
– Моя кровь – твоя кровь! Моя боль – твоя боль! Моя радость – твоя радость!
Валинья зажмурилась, чтоб не было видно её слёз, а Анита слезла с колен Гуланы и, пересев к ученице знахарки, обняла её, а та уткнулась ей в грудь, совсем как сама Анита перед этим прятала лицо на груди у Гуланы. Но если там было куда прятаться, то у Аниты даже нос всунуть было проблематично.
– Что это? Что вы сделали? – спросила Вивилиана, а ле Матарилья просто молча смотрел, что делают девушки.
– Теперь Валинья наша сестра, – пояснила Анита. Бывшая ассиша погрустнела, казалось, она вот-вот заплачет. Сёстры-охотницы переглянулись снова и одновременно кивнули. Гулана точно так же неожиданно, как и с Валиньей, сделала надрез на руке Вивилианы, после чего девушки повторили слова обряда. Ошеломлённая Вивилиана послушно повторила их за остальными девушками, тщательно выговаривая незнакомые слова, произнесённые на языке охотниц.
– Что это вы? – спросил удивлённый ле Матарилья.
– Теперь мы все сёстры. Кровные сёстры, – пояснила Анита.
– Так это вы… – начал ошеломлённый парень.
– Да, теперь ты должен согревать не только Гулану и меня, а ещё и Валинью с Вивилианой, – хихикнула Анита, а не менее ошеломлённая Вивилиана переспросила:
– Что он должен делать?
– Согревать тебе постель, – стараясь быть серьёзной, но при этом сдерживаясь, чтоб не захохотать, стала объяснять Анита, – если тебе будет холодно. Но это в том случае, если ты не будешь в одной постели с Гуланой.
– Э-э-э… эм… – невнятно произнёс ле Матарилья, не зная, что ответить.
– Видишь, не хочет, – сокрушённо вздохнула Анита и прыснула: – Придётся нам спать не согретыми. В холоде! Он всё своё тепло будет отдавать только Гулане, а мы бедные и несчастные…
Анита со смехом объяснила причину своего веселья Гулане, Валинья и так поняла. Охотница, довольная тем, что Анита уже не грустит, очень серьёзно ответила:
– Рэнэ мой, но если… – Девушка посмотрела на растерянного юношу и заглянула в глаза Аните: – Если будет холодно, можете приходить к нам греться.
– Гулана разрешила своим сёстрам поцеловать Рэнэ, но только в щёчку! – Анита с хохотом перевела слова Гуланы для покрасневшей Вивилианы. Бывшая ассиша и не такое видела, но свободные нравы народа охотниц, к которому, как она уже знала, принадлежали её новые сёстры, немного шокировали. Валинья стала очень серьёзно объяснять ошарашенной девушке, что это Анита просто подшучивает над Рэнэ. А он обиженно смотрел на баронессу и графиню в одном лице, он-то принимал всё за чистую монету, не ожидая подобных шуток от столь знатной особы.
– Рэнэ, да, я знатная по вашим меркам, но я из того же дикого племени, что и Гулана, – усмехнулась Анита. А когда юноша, не понимая, к чему та ведёт, попытался что-то спросить, девушка его остановила: – Неужели и в самом деле ты думал, что такое может быть?
– Но вы говорили о втором муже и что это общепринято в вашем, гм… племени, – осторожно проговорил ле Матарилья. Анита заулыбалась сильнее:
– Так у нас же дикое племя, второй муж – не роскошь, необходимость!
Граф из цивилизованной Гардарьи растерянно посмотрел на закивавших Валинью и Гулану (ей переводила разговор ученица знахарки), не понимая, шутят девушки или нет.
За этими разговорами пассажиры кареты не заметили, как подъехали к гостинице, расположенной в предместье. Порядок движения поменяли ещё на подъезде к городу – впереди ехала повозка с товаром, в которой сидел Умар Харасин, он и показывал дорогу. Карета ехала последней, а за ней шли кони дружинников Аниты. Она прочитала вывеску:
– «Честная сделка», похоже, это гостиница где останавливаются торговцы. Что ж, может так и надо, сначала осмотримся, продадим наш товар. А потом, может, поселимся там, где и остальные графы. Но с поисками Алиты откладывать не будем.
Новая гостиница отличалась от тех, что ранее встретились на пути, только своими размерами. Войдя в общий зал, Умар Харасин поприветствовал стоящего за стойкой человека, тот ответил:
– И вам здравствовать, почтенный Умар! Что-то вы в этом сезоне рано возвратились. Торговля не задалась?
– Ну что вы, почтенный Ирам. Подвернулась очень выгодная сделка, и я решил ею заняться сам, оставив торговать с народом буша сына. Пора ему уже вести дела самостоятельно.
– Ваша правда, почтенный Умар, давно пора, – согласно кивнул Ирам и поинтересовался: – А кто это с вами? Вижу, что не ваша охрана.
Вошедшие мало были похожи на купеческих охранников. Даже с виду – это были воины, выглядевшие гораздо более опытными и опасными, чем обычные купеческие стражники. Да и девушки, приехавшие с ними, одетые в штаны и двигающиеся как лесные хищники, совсем не походили на местных. Только одна выглядела как жительница Гарданы – обычная девушка в платье, хоть и непривычном для здешних мест. Охотницы же, войдя в незнакомое помещение, инстинктивно насторожились и двигались, словно подкрадываясь к зверю. Харасин поклонился в сторону Аниты, представив ей хозяина гостиницы, а затем назвал и её:
– Баронесса Анита Брасси ло Вадикано Правено-Заровино, графиня леИзолвинья со свитой.
– А-а-а-а… Э-э-э… – растерялся хозяин. Дворяне сюда редко заглядывали, разве только для того чтоб поскандалить и подебоширить, и от таких визитов ничего хорошего ждать не приходилось. А тут столь знатная особа. Утешало то, что её привёл старый знакомый хозяина, почтенный торговец Умар Харасин. Хотя… Его могли заставить это сделать. А баронесса, у которой было две гриссы, вежливо кивнула:
– Почтенный Ирам, не беспокойтесь. Мы не доставим вам неприятностей, если конечно нас не будут задирать. Но обещаю, что и в этом случае громить вашу гостиницу не будем – тихонько зарежем обидчиков.
– А если это будут не простолюдины, а дворяне? – с некоторым страхом спросил хозяин гостиницы, ведь не то что за убийство, только за оскорбление дворянина полагалась смерть!
– А какая разница? Или вы думаете, что если это будут дворяне, то я попрошу помощи у вас? Я могу сделать это сама, – ответила Анита, пожав плечами. Ирам посмотрел на баронессу, конечно, резать будет не она сама, а прикажет своей охране. Хозяин гостиницы перевёл взгляд на невозмутимых дружинников баронессы и поёжился – эти точно, не задумываясь, выполнят любой приказ своей госпожи. От таких гостей лучше всего побыстрее избавиться, вот только как это сделать? А Умар Харасин спросил:
– Почтенный Ирам, торговый зал свободен? Хотя о чём я спрашиваю, судя по тому, как мало у вас посетителей, ещё никто из торговцев не
