– Я думаю, ты ошиблась.
Евгения разразилась легким смехом.
– Это было слишком заметно, дорогая. Конечно, это был он. А теперь ответь-ка, что значит он для тебя?
Ровена мгновенно поняла, что была не в силах скрывать свое хрупкое счастье. О, эта великая, кровавая битва при Сашенах! Неужели он мог хоть на минуту поверить, что может быть спасен от нее теперь?
Письмо ожидало Ровену, когда она возвратилась домой. Оно лежало рядом с флакончиками духов на ее туалетном столике. Не обращая внимания на Полину, Ровена схватила его и распечатала. Она почти ненавидела себя за ту радость, которая охватила ее. Ее волнение усилилось.
– Я должен увидеть вас немедленно. Дело не терпит отлагательств. Буду ждать вас вечером в трактире «Лошади Марли», с часов. Если сможете, приходите одна.
– Как не похожа на Квина эта игра в интриги, – подумала Ровена с внезапной досадой. – Почему он просто не позвал меня домой? Он должен был знать, что дядя Анри был бы рад принять его после всего того, что он и Исмаил сделали для Феликса.
Слегка нахмурившись, она снова прочла записку. Был ли это просто романтический жест или тут таилось что-то серьезное? Ничего в поведении Тарквина сегодняшним утром не говорило ни о чем таком необычном. Как бы там ни было, она выполнит его просьбу и встретится с ним.
Она порылась в своем стенном шкафу и нашла плащ, который спрятала от Мадлон на прошлой неделе. Он был черный, с широченными складками и капюшоном, как раз такой, какой нужен, чтобы проскользнуть инкогнито. Эта мысль заставила Ровену усмехнуться. Ах, ведь она должна была в это время нежиться в постели!..
Мысль о том, что она сможет встретиться с Квином наедине, придала Ровене мужества и находчивости. После истории в кафе Сильва дядя Анри запретил дочерям и племяннице выходить из дому без надлежащего сопровождения. Им не разрешалось выезжать в город без сопровождающих, в особенности потому, что Ровена часто выходила одна со своими друзьями-англичанами. Дядя Анри предупредил, что она может быть по неосмотрительности вовлечена в подобную историю.
Ровена решила сказать, что она собирается к Арабелле Гросвенор-Винтон заплатить карточный долг. С собой она возьмет Полину и лакея Джерарда, который прекрасно владеет огнестрельным оружием. Джерард, возможно, и не заметит, что мадемуазель сделает крюк, чтобы встретиться с кем-то в тени «Лошадей Марли», до того как отправится к Гросвенор-Винтонам, которые снимали дом поблизости от улицы Риволи. Полина тоже никому ничего не скажет, она девушка осмотрительная. Дядя Анри просмотрел много горничных, прежде чем остановил свой выбор на Полине, решив, что ее энергии хватит для того, чтобы окружить заботой трех молодых особ, нуждающихся в опеке. Ему понравилось, что она была застенчивой и не болтливой.
«Я не преднамеренно обманываю его», – подумала Ровена поздним вечером, целуя дядюшку в щеку, в то время как он помогал ей сесть в экипаж. Внутри уже сидела Полина, а на козлах рядом с кучером устроился Джерард.
– Будь осторожна! – предупредил дядя Анри.
– Я только съезжу к Арабелле, – ответила Ровена.
Она выглянула из окна экипажа и опять поцеловала его.
– Обещаю, что не буду задерживаться допоздна.
– Смотри, не опаздывай!
Он стоял, наблюдая за удалявшейся каретой, маленький, толстенький человек, который вдруг показался Ровене старым и перегруженным заботами. Смерть Феликса заметно состарила дядю Анри и тетю Софи, и все же социальные потрясения этой осенью в Париже пошли им на пользу. Дела дяди Анри пошли в гору, если судить по вышколенным лакеям и горничной, которую Анри нанял на прошлой неделе. Он собрался нанять еще горничных для каждой из девушек, так что бедная Полина не выглядела безмятежной.
– Вы чем-то озабочены, Полина? – спросила Ровена.
– О, нет, мамзель! – ответила Полина. – Что вы!
– В эти дни в городе было много волнений, – важно продолжила Ровена. – Действительно, может быть, для проезда не нужно будет специального разрешения.
Кучер медленно тронул и заглянул в карету.
– Пожалуйста, попросите месье Таверне пересесть к нам, – строго сказала ему Полина. – Я и моя хозяйка боимся ехать одни.
Ровена слышала все учащающееся дыхание Полины. Она скользнула взглядом по лицу девушки в свете проплывавших мимо фонарей и увидела, что та покусывает губы и старательно расправляет складки на юбке. Ровене стало смешно. Ее настроение все улучшалось. Ах, Полина, не только вы страстно хотите увидеться с милым сегодня ночью! Джерард перебрался к ним и, смущаясь, сел напротив. Он не разговаривал и не смотрел на них. Тем временем карета неслась вперед, сворачивая налево, на улицу Риволи. Потом она снова повернула налево, проехав большую часть пути до дома Гросвенор-Винтонов, громыхая по улице Святого Флорентина и, замедлив ход, доехала до конца большой площади, которая вот уже двадцать лет была известна как площадь Согласия.
– Вы не могли бы на минуту остановиться? – обратилась Ровена к кучеру, когда они миновали площадь. – Я увидела человека, с которым мне надо поговорить, – она бросила взгляд на Полину и Джерарда, но они, без сомнения, не слышали ее слов. Глаза Полины были опущены вниз, тогда как Джерард с нескрываемым желанием смотрел на ее склоненную голову.
Ровена засмеялась и, подобрав юбки, побежала через улицу.
Ожидание и нетерпение охватили ее, как безлунная тьма. Запыхавшись, она остановилась в тени гордых гарцующих «Лошадей Марли», даже не взглянув на красоту этих статуй. Она огляделась вокруг, с трудом пытаясь успокоиться.
– Мисс де Бернар!
Ровена была в смятении. Человек в черном капюшоне, чьи черты показались ей знакомыми, выступил из темноты. Ровена недоверчиво уставилась на него, поднеся руку к горлу.
– Вы! – выдохнула она. – Что вы делаете здесь?
– Конечно, вы получили мою записку? Иначе вы бы не пришли сюда.
– Да, – согласилась Ровена, пытаясь скрыть свое изумление. Ведь ей и в голову не пришло, что кто-нибудь кроме Тарквина мог написать это письмо.
– Извините, Джейми, – она постаралась говорить спокойно. – Что вам нужно?
Он казался удивленным.
– Ну конечно, услышать ваше объяснение этому случаю. С тех пор как я прочитал о нем в «Мониторе», я очень волновался и хотел узнать все от вас самой. Скажите мне, как ваша кузина? Насколько серьезно она пострадала?
Ровена уставилась на него, ничего не понимая.
– Мадлон чувствует себя прекрасно. Это очень мило с вашей стороны – проявлять такую заботу.
– Мадлон? Это была Мадлон? – Джейми схватил ее за руки. – В газете не было сказано, кто из них был там, – я прочитал только, что одна из дочерей Карно.
