— Если отбросить в сторону метафоры, повелительница, то Нанди права. Возможно, подозреваемых не так уж и много, но все же их достаточно для того, чтобы изрядно затруднить поиски.
Финн, лениво круживший по комнате, остановился и презрительно фыркнул.
— Зачем тратить время на тех, других? Ведь и так понятно, кто это сделал. Во всем виновата Майвенн.
Я села на кровати, скрестила ноги, проглотила кусочек «Милки вэй» и с горечью заметила:
— Майвенн не может контролировать воду. Кроме того, все только и твердят о том, какая она в последнее время слабая и болезненная.
Если честно, я так и не смогла понять, отчего беременность столь изнурительно действует на нее. В старших классах я подрабатывала в ресторане. Там была официантка, которая продолжала исправно сновать с подносом до самого дня родов.
— Майвенн не обязательно делать это самой, — доказывал Финн. — Она только заказчица. Есть и другие, кто ненавидел короля Бурь. Вероятно, она сотрудничает с ними, вот и велела им атаковать вас.
— Как-то это все сложно.
Клянусь, Волузиан в этот момент расплылся в широкой улыбке.
— Поживите при дворе джентри, повелительница, и вы поймете, что подобный план — просто семечки. Тем не менее я сомневаюсь в том, что королева Ивового Царства имеет к этому отношение. Такое не в ее характере. Она не станет убивать без провокации, будет скорее выжидать и наблюдать, чем пойдет на поводу эмоций.
— Если только речь не идет о личных интересах, — коварно прибавил Финн. — Знаете, немного ревности, а потом…
Похоже, проблемы моей личной жизни ни для кого не оставались секретом. Честно говоря, я понятия не имела, с какой скоростью слухи разлетались по Миру Иному, особенно при том, что там не было ни телефонов, ни телевидения, ни Интернета.
Я свирепо уставилась на него.
— У нее нет повода ревновать. Больше нет.
— Согласен, — подтвердил Волузиан. — Кроме того, королева Ив вовсе не девочка-подросток, которая рискнет своими принципами ради мелкого отмщения. Она, как и все ей подобные, слишком умна и безжалостна.
Финн скрестил руки на груди и гневно посмотрел на Волузиана. Смелый жест, учитывая то, что Финн выглядел как персонаж мультика, а Волузиан смахивал на пожирателя невинных младенцев. Таковым он, скорее всего, и являлся.
— Конечно, ты будешь говорить так, потому что пытаешься сбить Одиллию со следа Майвенн. Это ведь весьма упрощает твою задачу, правильно я рассуждаю? Тогда наемники Майвенн сделают грязную работу за тебя. Мы знаем, ты только и ждешь, как бы поскорее убить ее. — Финн ткнул большим пальцем в мою сторону.
Волузиан напрягся. Его глаза превратились в красные щелочки.
— Ты заблуждаешься. Когда я буду убивать нашу повелительницу — а это случится обязательно, — мне не понадобятся джентри. Я и без посторонней помощи разорву ее тело и душу на мелкие кусочки.
Наступила тишина.
— Воистину, повелительница, чудо, что у вас хватает выдержки терпеть все это, — сказала наконец Нанди.
— Довольно! — прорычала я и потерла глаза. — С вами, ребята, иной раз говорить — как сидеть на «Шоу Джерри Спрингера». Очень не хочется признаваться, но я согласна с Волузианом.
Финн попытался было поспорить, но я жестом оборвала его.
— Однако я по-прежнему хочу поговорить с Майвенн. Если она виновна, то, может быть, мне удастся это выяснить. Если нет, есть шанс, что она поможет узнать, кто строит мне козни.
— Вы сошли с ума! — воскликнул Финн. — Выйдете прямо к ней в руки!
— Я непременно учту твое мнение. Нечего его сто раз озвучивать.
Раздраженный Финн испарился. Я покачала головой и повернулась к остальным.
— Покажите, где ближайшая к ее дому точка перехода.
Оказалось, что это в полутора часах езды от Тусона, но я не возражала, учитывая, сколько пришлось бы проехать по Миру Иному, перенесись я из какого-нибудь другого места. Моя правота подтвердилась вдвойне, когда я наконец оказалась в Мире Ином и обнаружила, что замок королевы Ив можно рассмотреть невооруженным взглядом.
Но это утешение оказалось слабым, потому что в ее Царстве по-прежнему царил холод. У меня дома стояла великолепная жаркая погода. Самое ужасное то, что сегодня Пятое мая[11]. Мне следовало провести остаток дня, уничтожая огромные количества текилы, а потом рухнуть где-нибудь под столом в благословенном забытье.
Пусть сегодня здесь было безветренно, но ощущался резкий, кусачий холод. Воздух оказался сухим. Я чувствовала недостаток влаги. В ослепительном свете зимнего солнца лед и снежные наносы сияли хрустальной красотой, которая несла в себе опасность. Если слишком долго смотреть на белоснежный покров, то от этой белизны в глазах начинают плыть темные пятна.
Я поплелась по холодной дороге, невольно восхищаясь красотой замка Майвенн. В отличие от обиталищ Эзона и Дориана, у него не было того массивного, оборонительного вида. Он был… скажем так, прелестным. Изящные, текучие шпили взмывали в небо. Их серебристо-белая поверхность сверкала и блестела на солнце. Весь замок имел закругленное, почти спиралевидное строение, как у цветка каллы. Я подумала, что эта разница, наверное, является результатом женского и мужского правления. А может, у Майвенн просто вкус лучше.
Когда стражники услышали, кто я такая, они откровенно запаниковали и попытались уговорами заманить меня внутрь, где, мол, я буду ждать разрешения Майвенн, но я ответила, что и шага не сделаю, пока не заручусь королевским гостеприимством. Это заняло определенное время, в течение которого количество стражников, окружавших меня, удвоилось. Но Майвенн в конце концов сообщила, что я могу увидеться с ней и буду находиться под ее защитой.
Фрейлина, которая вела меня к ней извилистыми коридорами, всем своим видом и репликами дала понять, что мне не стоило беспокоить ее королеву. Майвенн сидела в уютной, ярко освещенной гостиной. Она расположилась в удобном бархатном кресле, со всех сторон подоткнутая подушками. Тяжелое атласное одеяние окутывало ее, а колени были укрыты одеялом. Даже бледная и растрепанная, королева выглядела шикарно.
Она улыбнулась мне и жестом велела служанке выйти.
— Леди Маркхэм!.. Какой приятный сюрприз. Прошу вас, садитесь.
Я смущенно примостилась в изящное креслице, обитое розовым бархатом.
— Зовите меня Эжени.
Она кивнула, и мы остались сидеть в неловком молчании. Я глядела на нее и не могла избавиться от мысли, что она носила ребенка Кийо. Это создало между ними связь длиной в жизнь, которую я никогда не смогу разорвать. Конечно, ничего такого я не хотела делать. Кийо теперь в прошлом.
