— Сами разберёмся. Присаживайтесь.
Снейп вздохнул, переходя из режима «раздражённый» в режим «просто угрюмый». Помолчал.
— Насколько я помню, у вас имелся браслет обнаружения зелий.
— Это так, — осторожно ответил я. Он видел браслет в больнице, наверное, да и редок этот аксессуар только на гриффиндорских запястьях.
— Не могли бы вы проверить ним вот это, — на стол лёг образец.
Вообще-то, просьба на грани фола, и самый вежливый ответ на неё — послать подальше. «Не могли бы вы помочь нам проверить видимость наших ракет вашим ПВО». Но Снейп не может этого не знать.
Я взглянул на образец. Тонкая капиллярная трубка. Сосуд для хранения жидкости, имеющейся в очень небольшом количестве. Понятно.
Задействовав сначала щуп, поднёс к трубке и сам браслет. Загорелись огоньки. Некоторые — впервые.
— Немагических ядов не обнаружено. Вуаль-компонент. Угнетение когнитивных функций, малозаметный класс. Изменение эмоций — ярость, малозаметный класс. Изменение поведения, одиннадцатая группа, малозаметный класс.
— Что за одиннадцатая группа? «Вуаль» — это сокрытие от определения?
— Да. — Я листал инструкцию к браслету. — Одиннадцатая. Действия по программе, заложенной композитором состава. Э… а такое что, возможно?
— Не глупите, — Снейп покосился на брошюру, но смягчился. — Возможно, хоть и требует связей и денег.
Он убрал образец. Помолчал, на что-то решаясь.
— Ваш браслет выглядит довольно новым. Вы можете… приобрести ещё один? Деньги я дам.
Зачем ему, он же мастер зелий?
— Двести десять галеонов, — рассеянно перевёл я эмерон в золото. — Но, сэр, для профессионалов имеются варианты со специализированными…
Снейп поморщился от моей недогадливости.
— Браслет нужен не мне.
Вот оно что. Комплект наследника не на всё срабатывает?
— Виноват. Туплю.
Снейп достал кошелёк.
— Сумма слишком маленькая. Вы уверены, что этого хватит?
— Оптовые партии заказывать не стоит, говорю сразу.
— Почему? — чисто по инерции зацепился зельевар.
— Мне не нужно столько галеонов.
Снейп опешил. Редкое зрелище.
— Это что, ваша работа?
Теперь опешил я. Похоже, с шутками пора завязывать.
— А в инструкцию я заглядываю, потому что склероз одолевать начал?
Зельевар понял, что туплю не только я, но поспешил надеть разражённую маску.
— А стоило бы провериться на склероз, Поттер! Что вы опять сегодня устроили?
— Ну… переходите к «розливу известности и очаровыванию разума» — это я точно улучшать не буду.
— А вам и не надо. Впору промывание устраивать, для удаления излишков.
— Так уже всё готово, похоже, — я припомнил странное поведение окружающих.
— И чем вы слушали неделю назад? Разжёвано было специально с учётом вашего факультета.
Что-то Снейп завёлся. Тяжелое утро? Я вздохнул и сказал уже тише:
— Многое было услышано и исполнено. Но… что мне делать-то было? Пойти на эту дурацкую дуэль? Так она лишь повод, судя по покусанному Лонгботтому. Начать играть в квиддич?
— Чем вам не угодил квиддич? — буркнул Снейп на полтона ниже. — «Молнию» сразу не предоставили? «Нимбус» жидковат?
Я посмотрел на него с подозрением. Не похоже, что он издевается. В отличие от прочей перебранки, этот вопрос его интересует.
— Профессор, я не всегда понимаю глубину вашего сарказма. Гоняться за дурацким шариком на потеху праздной толпе? У меня найдутся занятия поважнее.
— Вот как? Какие же?
— Да… я не знаю, за что хвататься! Один только… неважно, — что-то я разоткровенничался. Обойдёмся без подробностей о Хогвартсе и Тропах. — Я последний в роду. Сколько всего узнать нужно? Законы, расклады, магия. Шкуру и зубы нарастить, союзников найти. Учителей нет, книг нет, высовываться нельзя. Уизлятник прилип. Сказочка о герое. Возня вот эта вся. И я буду по углам приключения искать да на скипидарном венике воздух перемешивать?
Снейп смотрел мимо меня, куда-то очень далеко.
— Ваши бы слова, да… кое-кому услышать.
Он со вздохом вернулся в реальность.
— Время позднее. Когда вы сможете достать этот браслет?
— М-м… браслет будет завтра, а вот инструкция к нему — в течение нескольких дней. Мне перевести её нужно. Если браслет нужен ещё раньше — возьмите мой.
До ночи как-нибудь доживу, а ночью куплю новый.
— Завтра — это быстрее, чем я рассчитывал. Хорошо. Остался последний вопрос.
Он откинулся на спинку стула.
— Попечительский совет проводит расследование инцидента на уроке полётов, и то, куда делись… — тут Снейп осёкся и поправился. — И решает вопрос об обновлении парка учебных мётел. Делу могли бы существенно помочь ваши воспоминания.
— В смысле, показания? Я гот…
— Воспоминания, Поттер. Кусок вашей памяти о происшествии.
— Мне в голову полезет телепат? Однозначно нет! Я буду…
— Да нет же, успокойтесь. Берётся специальный артефакт, «Думосброс», и вы сами выкладываете в него то, что считаете нужным.
— Судя по вашему описанию, артефакт плотно работает с менталом и весьма нетривиален. Следовательно, в нём можно скрыть дополнительный функционал, вынимающий чуть больше или вкладывающий что-то лишнее.
Снейп поднялся и прошёлся по комнате.
— Вы постоянно демонстрируете незнание элементарных вещей наряду со знанием весьма специфических. Хорошо. Сюда будет принесён частный, проверенный думосброс. Заодно уточните некоторые моменты происшествия устно.
Что ж. Надеюсь, Мира справится. Испорчу им игрушку, если полезут без спроса.
— Я согласен.
— Хорошо. Время позднее, отработка закончена.
Глухой голос Снейпа догнал меня у дверей.
— Поттер… спасибо.
Я помедлил.
— И вам, профессор.
Глава 32. В очереди на приём
— Гарри, ты нарушаешь правила! Находясь в Хогвартсе, мы обязаны одеваться в школьную форму.
Без четверти восемь я сидел в Большом зале и приканчивал овсянку с яичницей. В столь ранний субботний час зал был почти пуст. За гриффиндорским столом клевали кашу считанные ранние пташки. Одной из них была Грэйнджер. Уизли дрыхнет в больнице, уроков нет — самое время основательно закопаться в библиотеку.
— В данный момент моя одежда — прямой приказ МакГонагалл, — ответил я, прожевав. — И, Гермиона, выучи уже моё имя. Или я буду звать тебя Мия.
— Как… Не смей!
Я усмехнулся в тарелку с кашей. Нормальная же девчонка, когда дурью не мается.
На мне была надета одна из парадных мантий. Вняв совету Снейпа, я отправил рисунки и выкройки имеющихся у нас балахонов одному рекомендованному мне Северному ателье, попросив сделать что-то похожее, неброское, но прилично выглядящее и нужной расцветки. Отвороты и обшлага чёрной мантии были выполнены из тёмно-фиолетового бархата, поверх которого шла тонкая вышивка золотом. Как им удалось придать золоту солнечный оттенок, а бархату — поистине космическую глубину, суть профессиональные тайны северных портных, но оные, похоже, понимали, что и кому шьют. Пустота и Жизнь, мои личные стихии.
Больше украшений не было. Никакого кича. Удобная и качественно сшитая мантия из интересных, но неброских материалов. Мужской ювелирки я тоже решил не использовать, хотя финансы позволяли: во-первых, не по чину, а во-вторых, её нужно уметь носить.
Разумеется, к мантии прилагались соответствующие ей сорочка, брюки и обувь. Джинсы остались в комнате.
Я уже покончил с завтраком и поглядывал то на циферблат часов в зале, то на пустой преподавательский стол, когда рядом со мной появилась белоснежная светящаяся лань.
Ух ты! Чья же ты, такая красавица? Рука, осторожно протянутая, чтобы её погладить, замерла на полпути. Лань разразилась грубым голосом крайне раздражённого Снейпа.
— Поттер! Я у главных ворот. Где вас лешие носят? Доставить послание.
Забыв про всё, я смотрел на лань. Она не спешила уходить. Повернула голову, скосив один глаз. Это же…
Смутная, очень далёкая картина. Когда ещё не было ни голода, ни боли. Тепло и спокойно, ласковый женский голос и эта светящаяся лань — намного крупнее и выше. Мамино лицо я почти не помню, потому что этот светлый призрак стоял над колыбелью много больше и чаще матери, у которой, наверное, были и другие дела. Что он делал? Охранял? Учил чему-то? Разговаривал?
