конечно! Нас уже пытались убрать, и это явно было лишь разминкой. Больше всего меня вывело из себя, когда отец заявил, что просто поговорит с Машей и попросит её не покидать стен академии. Гениально! Для неё любой запрет — это приглашение с красной ковровой дорожкой. Ну что ж, придётся смириться. Ехать — так ехать в этот ресторан… Зато закажу себе там много разной и вкусной еды.
Мы вышли к дороге, и однокурсники двинулись к своим машинам.
— Ребят, может, кто-нибудь Добрыню подбросит до ресторана? — крикнула Маша, стоя рядом с Викой. — А то, пока он пешком дойдёт, утро наступит.
— Да и правда, — подхватила Вика, завязывая волосы в хвостик. — Добрыня не поместится в моей.
Маркиза сегодня решила прокатиться на какой-то смешной для меня машинке — гоночной модели. Если бы я в неё сел, днище бы заискрило по асфальту.
— Без обид, конечно, — ухмыльнулся Матвей. — Но может, реально на самокат Добрыне скинемся?
— Да брось, Добрыня, вырубай свою гордость, — заголосил Рома, жонглируя ключами. — Садись в мою тачку, зачем тебе пешком топать?
— Да не, всё нормально, — я отмахнулся. — Я на своей поеду!
— Братец, ты меня пугаешь, — Маша удивленно округлила глаза так, будто я только что сообщил ей о конце света. — Ты, видать, на турнике слишком долго висел.
Я лишь молча достал из кармана ключи с изображением клыков и завёл своего «Вепря». И нет, это не настоящий кабан. Мой «Вепрь» — мощный чёрный внедорожник, настолько массивный, что людям ниже полутора метров понадобится лестница, чтобы в него залезть. Не зря я сегодня слинял с одной пары и приобрёл его на кровно заработанные деньги: жизнь коротка, а желание кататься сильнее.
Достать такую тачку — задача была не из лёгких. Изначально это была военная модель, а для гражданского использования их сделали всего две штуки. У меня внедорожник С-класса, полностью бронированный. Пусть и гражданский вариант, зато сохранил многие военные прибамбасы, и главное — мой вес выдержит. Если кто-нибудь решит расстрелять меня из базуки, ему не повезет.
Под изумлённые взгляды и отвисшие челюсти однокурсников я медленно сел в машину. Яркие фары ослепили всех на миг. Похоже, теперь многие захотят обсудить со мной эту зверюгу, особенно моя сестра, так что пора делать ноги, пока меня не забросали вопросами. В ресторане можно будет всё обсудить на сытый желудок, а сейчас у меня в животе такая пустота, что там эхо гуляет. Сидя в своём бронированном монстре, я решил разбавить тишину:
— Увидимся в ресторане! Эй, кто быстрее? — крикнул им напоследок.
— Охренеть! — выдавил из себя удивленный князь.
— Ты где такую колесницу стянул, Добрыня? — Маша уже двинулась ко мне, но не успела.
Машина рванула так, что асфальт чуть не задымился. Разогнавшись до сотки за пару секунд, я боковым зрением ловил мелькающие фонари. Пусть я и скучаю по своей прошлой жизни, но кое-какие радости этого мира успел оценить. Одна из них — машины. К своим годам я научился разбирать и собирать их с закрытыми глазами, да и вожу не хуже профессионалов. Отличная штука: хоть на дуэль мчись, хоть от погони уходи. А если повезёт, то и то, и другое одновременно.
Можно было бы взять любой другой авто, но я захотел именно этого зверя. Правда, не думал, что «Вепрь» мне осилить. Редкая модель, военная разработка, и даже моему отцу пришлось бы ждать лет сто. Но дружбан Гриша Распутин — человек с особыми возможностями. Его семейка дружит с императорской фамилией, а это открывает многие нужные двери. Я прямо спросил, сколько боёв нужно провести, чтобы на такую машину заработать. По его совету наметили четыре подряд. Но всё пошло еще лучше: и провел шесть поединков. Ну, зато было весело, да и бабла поднял в разы больше, чем ожидал, и не всё на «Вепря» спустил. Даже немного на жизнь осталось. Крупные суммы пришли от ставок и менеджеров — друзей Гриши. Он уговорил их поставить на меня, раз самому нельзя по правилам. Там вообще многие любят принимать спонтанные решения: на ринге и слабак может победить… если соперник забудет прийти или случайно споткнётся о собственную совесть.
Теперь я при деньгах и могу гонять по городу вдоволь. Осталось только до ресторана долететь и заказать всё, что есть вкусного в меню. Вот тогда уж точно будет полный кайф… Ну, или пищевое отравление. Но риск — благородное дело.
Посреди дня
В Перми
Сигнализации на покорёженных машинах визжали так, будто пытались перепеть сирены апокалипсиса. Дорогу у перекрёстка заставили джипами, выстроенными полумесяцем. Пули свистели сквозь дым перестрелки, а гильзы со звоном падали на асфальт. Артур Добрынин то высовывался, то нырял обратно за распахнутую дверь машины, отстреливаясь и бормоча проклятия.
— Ещё чуть-чуть, парни! — крикнул Артур своим людям, быстро перезаряжая обойму. — Подмога уже в пути!
— Всё нормально, господин! Мы продержимся! — кивнул ему рыжебородый боец.
Но Артур, сосредоточенный и угрюмый, продолжал отбиваться, задаваясь вопросом, как они вляпались в эту чёртову перестрелку. В центре города, среди бела дня, враги решили устроить бойню. Неужели князь губернии ослеп, и не видит, что творится у него под носом, — подумал он, осыпая матом не только пули, но и законы физики, которые явно были не на его стороне. Ведь это они должны были первыми напасть на Безруковых, а не наоборот. Но вместо этого угодили в засаду посреди дороги.
Раненый и окружённый, он беспокоился о своих людях. Каждый сражался до последнего, но ситуация была патовой: стреляли даже из окон соседних зданий. Мысль о том, что их предали и слили информацию врагу, сверлил ему мозг. Но унывать Артур не собирался. Не хватало ещё, чтобы потом болтали, что Добрыниных завалили какие-то там Безруковы — это было бы худшим финалом семейной саги.
Однако реальность неумолима: врагов было до хрена, а силы убывали.
* * *
Мой верный джип урчал, разрывая тишину вечернего города. Я бросил взгляд в зеркало заднего вида и увидел, как одногруппники пытаются обогнать меня. Стараются, бедняги… Стоило ли хвастаться, что я буду первым в ресторане? Теперь они ещё быстрее несутся за мной. Но обогнать меня? Ха! Это как пытаться перехитрить гравитацию. Моя тачка на поворотах тяжелеет на пару тонн — влетаю в них без тормозов, не боясь, что «Вепрь» решит лечь
