им это если и улучшило, то ненамного. Не заметив меня, оба пробежали в сторону тайного выхода, откуда я только что появился.
«Они найдут ту парочку, что я оставил лежать внизу, — подумал я и вздохнул. — Рановато вступать в бой, но что поделать?»
Я приготовил плетение, чтобы накрыть стоящих у перекрестка людей. Хоть те и были экипированы защитными амулетами, но в условиях узкого пространства выбить их не представляло труда.
— Господин офицер! — послышался крик за моей спиной. — Упали в проход! Без сознания лежат!
Сжав зубы, я приготовился начать бой.
— Я же говорил этим олухам, что будет подрыв, — выругался командир. — Окажите им помощь и сторожите ход. Остальные за мной!
На этом группа людей покинула перекресток, направившись в сторону одного из ходов. Двое людей у меня за спиной начали спускаться вниз, чтобы достать бессознательных коллег. Я же осторожно вдохнул, развеял плетение и поблагодарил удачу. Начинать бой было еще рановато. Интересно было другое.
«Они специально взорвали лестницу, чтобы отгородиться от магов, — подумал я. — Значит, Винтерс и другие наверху как минимум хорошенько прижали врага».
Это прибавило оптимизма, хоть для меня ситуация оставалась крайне сложной.
Подождав пару секунд, я осторожно вышел на перекресток. С одной стороны тот был завален обвалившимися бетонными опорами и коммуникациям. Здесь раньше и была лестница наверх.
Сейчас все это было на совесть уничтожено, а путь наверх полностью отрезан. Ожидать помощи от Винтерса в ближайшие минуты не стоило и надеяться.
«Это что, разрешение проблемы с аномалией и Старейшим теперь ложится на мои плечи?» — не поверил я в такое невезение.
Будто подтверждая мои соображения, откуда-то сверху донесся далекий отголосок взрыва, давая мне понять, что там еще ничего не закончилось. Невольно появилась мыслишка развернуться и валить на все четыре стороны. Но я отмел ее.
«Винтерс и люди, что доверились мне, еще здесь, — покачал я головой. — А еще здесь Альбиона».
Несмотря на момент сомнений, ноги уже несли меня в нужную сторону. К сожалению, долго идти спокойно не удалось.
— Веди новую партию! — послышались голоса впереди. — Быстрее, я сказал! Иначе сам пойдешь на алтарь!
— Слушаюсь! — ответил ему напуганный голос.
Я наблюдал, как в коридор вывели два десятка до ужаса напуганных невольников. Те кашляли и ничего толком не видели, но, подгоняемые пинками и зуботычинами, двигались как раз в нужную мне сторону.
«На убой», — подумал я.
До входа в зал, где Старейший творил свою черную мессу, было совсем недалеко. Уже здесь, несмотря на мощнейший защитный контур, я ощущал, как по пространству будто идут невидимые пульсации. Резкие и короткие, они походили на болезненное дыхание.
«Неужели опоздал?» — мрачно подумал я.
Я подавил желание раскидать мешающих мне людей и рвануть к цели. Дождавшись, пока шеренгу пленников выведут из темницы, я догнал идущего позади конвоира. Пыли в воздухе еще хватало, да и спешка заставила действовать кардинально. Нагнав конвоира, я схватил его и, взяв в захват, дернул голову в сторону.
Физическая сила от Злобы не оставила пособнику Старейшего шансов. Тот лишь успел что-то промычать, но звук был поглощен противогазом. Подхватив обмякшее тело, я сорвал с него маску и надел ее на себя. Мой плащ отличался от одежды охраны, но слой пыли, осевшей на нем, уравнял вид. Едва ли кто-то в такой ситуации будет приглядываться.
Отпихнув тело, я последовал за шеренгой. Пока одна часть разума пребывала в шоке от собственной наглости, вторая хладнокровно фиксировала происходящее.
Впереди показалось знакомое бирюзовое сияние, уже виденное мной через Альбиону. Проем, ведущий в главный зал, закрывала полупрозрачная светящаяся пелена. Один за другим в нее вошли конвоиры и невольники. Вздохнув, будто перед прыжком в воду, вслед за ними сделал шаг и я.
Энергетический барьер обтек меня, пропуская в зал. Невольно я сжал зубы, ожидая, что на голову обрушится мощное излучение аномалии. Вместо этого я ощутил удушливый жар. А еще после тьмы коридора свет, исходящий от нанесенного на стены защитного контура, показался ослепляющим.
Я перевел взгляд на центр, где и происходило самое главное. Догадки оказались верными — ритуал уже начался, а ядро будущей аномалии увеличилось в размерах.
Также я увидел знакомый балахон Старейшего. Я бы не удивился, если бы застал того с ритуальным ножом, залитого по горло кровью и убивающего людей, будто быков на скотобойне. Но все было проще. Пленников силой выталкивали на алтарь, к аномалии, дальше она все делала сама.
Протуберанцы темной энергии, словно щупальца кракена, ощупывали приближающихся живых существ. Стоило только темным потокам коснуться несчастного, как тот замертво падал на каменную поверхность постамента — уже не человек, но тело, лишенное души и тепла. Вскоре и оно пропадало, затянутое в черный провал в бездну.
Новая партия невольников, увидев эту картину, зашлась в криках ужаса. Однако конвоиры силой вытолкали их к пьедесталу. Там пленники вдруг стали вялыми, словно их пыльным мешком ударило, явно попав под воздействие ядра.
«То ли это особенность ритуала, то ли Старейший контролирует радиус излучения аномалии, — подумал я. — Иначе тут всем бы мозги уже спалило».
Невольно я вновь взглянул на аномалию. Где-то там, в недрах черной сферы происходило непонятное движение. Само пространство корежилось и плавилось под давлением невероятного процесса. Ощутив желание разглядеть происходящее получше, чтобы понять суть, я невольно поймал себя на ощущении, будто меня куда-то уносит.
— А ну не стой, олух! — одернул меня окрик подошедшего ближе конвоира.
Встряхнувшись, я посмотрел на человека. Благо, маска противогаза скрывала лицо, не давая обнаружить подмену.
— Смени их! — велел помощник Старейшего приглушенным из-за противогаза голосом.
Не поняв толком, что он от меня хочет, я пошел в указанную сторону. Глядя, как охранники сменяют друг друга, я понял, что они таскают невольников по очереди. Видимо, излучение все же давило, поэтому они не могли постоянно заниматься этой работой. Пока одни отдыхали снаружи, таская невольников, другие дежурили в зале, после чего они вновь менялись.
«Вот же как все организовали, ур-роды», — с нарастающим раздражением подумал я.
На моих глазах людей скармливали настоящей бездне. Твари, которые позволяют себе такое, не имеют права на жизнь. Если раньше я еще думал, не слишком ли жесток, то теперь ответ на этот вопрос нашелся сам.
Я послушно встал на позицию, сменив охранников. Пока на моих глазах аномалии скармливали остатки партии невольников, я сделал самое главное, что пока мог —
