компании Женевьевы, которой он собирается доверить роль в своём новом фильме «Пройдёмся по Елисейским полям». Жаклин там тоже будет, но
modus vivendi между двумя супругами предполагает, что двум дамам не придётся играть вместе, ни даже пересекаться где бы то ни было.
И всё же, в один прекрасный день съёмочную площадку охватил ужас, как вспоминает мадам Шуазель: «У Саша было две машины, "кадиллак" и "рено". Он ездил на "кадиллаке", а Жаклин приезжала к нему на студию на "рено". Однажды он позвонил мне из Жуанвиля, чтобы я немедленно привезла ему план мизансцены, который он забыл у себя на столе. Поэтому меня отвезли в студию на "рено". Едва машина въехала в ворота студии Жуанвиля, как по рядам болтавших на площадке актёров, словно ветер, пронеслась волна паники. Наступила минута молчания. Патрон был в своей гримёрке с Женевьевой. Все знали, абсолютно все знали, что "рено" означает появление Жаклин Делюбак. К счастью, не в этот день...»
Летом, после показа апропо (pièce d'à propos — пьеса на злобу дня. — Прим. перев.) «Боже, храни короля» («Dieu sauve le Roy») в Елисейском дворце перед президентом Республики и высшими британскими лицами, Саша решает уехать в Голландию, страну, которая запомнилась ему ещё с его путешествия с отцом. Его спутницу звали Женевьева, с этого момента Жаклин окончательно ушла из его жизни.
Поездка была короткой, а продолжением отпуска — посещение Виллеметца. Женевьева, замечательный наблюдатель, понимает силу чувств, связывающих её будущего мужа и Альбера: «Но было нечто большее, чем Саша и Альбер... Было и то, что было реже — Альбер и Саша, сначала Альбер. Я знала, что Саша любит Альбера. Я также понимала, что он его любит как человека театра. Он посвящал его в свои планы, делился идеями, принимал его советы. Мы с Жанной растроганно слушали их нескончаемые диалоги, их невероятные планы, их смех. Я была тронута этим всеохватывающим восхищением и даже, я бы сказала, этой любовью к Саша».
Затем будет Австрия и Зальцбург. Они слушают Вагнера и встречаются с Шаляпиным. В Вене Саша даже развлекался, снимаясь в массовке фильма Любича «Восьмая жена Синей Бороды».
В сентябре было необходимо вернуться в Париж. В доме на Элизее Реклю удушающая атмосфера. Жаклин, чувствующая, что расставание неминуемо, тем не менее совсем не отреагировала на этот голландско-австрийский побег. Саша сказывается уставшим и больным, и дипломатично укрывается в американском госпитале в Нейи, чтобы в полной мере пережить там свою воображаемую болезнь. Говорят даже, что он гримирует лицо в белый цвет, чтобы войти в роль!
И в качестве достойного выхода он придумывает лечение в Виши, которое позволяет ему отсрочить неизбежное решение. Но в середине октября, хочешь не хочешь, а приходится приступить к исполнению своих обязанностей. Саша и Жаклин приходят к соглашению, и он переезжает в отель «George V», тот же, что выбрала Ивонн, когда она покидала Элизее Реклю.
Но мы всё ещё видим обоих Гитри на сцене в «Безумном мире» («Un monde fou»), где психоаналитик Андре Лефор принимает у себя инженера (Саша Гитри), чтобы развести его с женой (Эльвира Попеско, Elvire Popesco), потому что каждый из них наносит ущерб психическому здоровью супруга. Это отправная точка ряда недоразумений, путаницы между пациентами (и их внебрачными отношениями), всё это происходит в кабинете психоаналитика. Однако, помимо этой водевильной череды эпизодов, Саша Гитри рассказывает историю супругов, которые после десяти лет совместной жизни больше не любят друг друга. Тема разрушения брака, дорогая автору, на этот раз рассматривается под углом безрассудства и неизбежности. Однако его отношение к совместной жизни остаётся прежним — если любви нет, лучше расстаться, чем продолжать притворяться и быть несчастным. Эта более мрачная трактовка — отражение его взглядов как зрелого мужчины на собственный чувствительный разрыв с Жаклин Делюбак, за которой он оставляет роль травести.
***
15 декабря Жаклин переехала на другую сторону улицы. Теперь она на некоторое время поселится напротив особняка Саша, в доме матери. «Баронесса» отметила следующее: «Она была очень спокойной, но очень решительной. Она осталась уравновешенной женщиной, умеющей принимать решения и уважать их». Но супруги в процессе развода, тем не менее, продолжали каждый вечер вместе играть в театре «Мадлен», пока Жаклин не заменили 17 января 1939 года.
1 декабря состоялся национальный выпуск фильма «Пройдёмся по Елисейским полям», в котором Саша изображает учителя, оказавшегося потомком бастарда Людовика XV, также Марата и Наполеона. Он рассказывает своим ученикам историю Елисейских полей, уделяя особое внимание роману между Людовиком XV и его молодой любовницей (Женевьева де Серевиль). На протяжении своего рассказа он успевает очертить всю историю Франции за последние два века. Этот фильм — дань уважения Гитри великим деятелям прошлого, но также и молодёжи, которой он уделяет видное место. Изобретение семьи профессора (членов которой последовательно воплощает сам Гитри) с выдающимся происхождением и судьбой, глубоко связанной с авеню, позволяет Гитри подойти к истории с романтической точки зрения и установить связь между различными историческими эпизодами. Спецэффекты также внесли свой вклад. Эти эффекты в значительной степени основаны на хитрости и механизмах, которые Гитри изобретательно приспособил по образцу тех, что использовались в театре в описываемые времена французской истории.
«Пройдёмся по Елисейским полям» оставил равнодушными многих критиков, которые не посчитали нужным задерживаться на этом новом направлении, которое разрабатывал Саша — исторических фильмах. Тем не менее, один из них, что разбушевался в газете «L’Humanité», Луи Шеронне, совершенно далёк от мысли, что осмеивать можно всё, даже с налётом лёгкости и остроумия: «С такой оптикой, установленной на его камере, нет ничего удивительного в том, что автор пьесы "La Prise de Berg-op-Zoom" сумел запечатлеть Революцию 1789 года на 100 метрах плёнки в виде великих гиньольских подвигов сборища самых низких негодяев и безумных мегер в горячке; и свести 1848 год к своего рода моному (monôme, одночлену, матем. — Прим. перев.), перевороту идиотов, желающих разрушить Париж из-за случайного выстрела».
Саша решил, что четвёртой мадам Гитри станет Женевьева. Ещё в декабре он сказал ей, чтобы отныне она считала Тернэ «своим домом». Тем не менее, в то же самое время, это не помешало ему позволить себе небольшую интрижку с женщиной, которая стремилась стать актрисой. Она станет известна под именем Симона Пари (Simone Paris, Simone Marie-Thérèse Maderon). Этим театральным псевдонимом она обязана Саша и не забудет об этом в своих очень интимных мемуарах: «Он начинает меня раздевать... и тут начинается моё наслаждение... Какая медлительность, какая утончённость, какая торжественность... "раздевание" вдруг становится произведением искусства... и всё это сопровождается искусными и утончёнными ласками... Саша... Любовное сладострастие [...]. Можно поклясться, что Саша учился у гейш!»
Однако, очень скоро он подтвердит помолвку с Женевьевой, но продолжит связь с Симоной, поскольку той весной эти две молодые и красивые
