окровавленные руки.
– Не принцесса, старик. Королева, – поправил его Рэнни.
– Что ж, пусть так, – равнодушно согласился знахарь. – Если сумеет удержать власть.
Элин и сама понимала шаткость своего положения. Ей не удалось совершить главного – отправить в преисподнюю Терлики; а значит, предстоит как минимум ещё одна схватка. Только теперь фактор внезапности утерян; а верных ей линиров меньше, много меньше… Поддержат ли старейшины её право на престол? А сильнейшие кланы невидимок – Медные Пчёлы, Дети Ночного Ветра, Плывущие-в-Тумане?
– Выдели треть наших солдат, – распорядилась девушка. – Они станут гонцами и глашатаями. Они расскажут правду о том, что совершил мой брат. Пусть во всём городе знают: ныне власть узурпатора свергнута, и под сенью священного мау-курру воцарилась истинная королева. И вот ещё что. Тот, кто выдаст мне Терлики, живого или мёртвого, станет моей правой рукой. Тот, кто укрывает это ничтожество и помогает ему, роет себе могилу. Имя его будет забыто, деяния втоптаны в грязь, а клан повержен.
– Треть? Но нас и так слишком мало… – попробовал было возразить Рэнни.
– Пускай те линиры, что верны мне, придут сюда, к этим стенам. Пускай защищают свою королеву. Посмотрим, так ли Терлики популярен, как думает он сам.
Что ж, неплохой ход, оценил Рэнни. Фроги его собственного клана, Синие Молнии, поддержат Элин: после его ухода они потеряли всякое влияние, подвергались притеснениям… И таких семейств немало: слабые поодиночке, вместе они представляли силу, с которой нельзя не считаться. Если только сумеют забыть мелкие свары друг с другом, хотя бы на время. Но что скажут старейшины? История с похищением Элин вряд ли была для них тайной – если и не знали наверняка, то догадывались… И всё же предпочли власть Терлики. Да, Гридо Серебряный Смех был тем ещё ублюдком, но кое в чём он был прав… Никогда ещё во главе линиров не стояла женщина. Королеве придется заключить брачный союз, хочет она того или нет. С кем-то, кто обладает силой и авторитетом… Медные Пчёлы? Пожалуй, это решение напрашивается – самый многочисленный из кланов Потаённого Королевства… Но в прошлом она отвергала их предложение, причём дважды! Плывущие-в-Тумане скорее поддержат Терлики: они всерьёз рассчитывали выдать одну из своих дочерей за короля. А Дети Ночного Ветра будут колебаться до тех пор, покуда не станет ясно, на чьей стороне перевес. Они всегда были расчётливыми и осторожными… Да ещё поди знай, какие сейчас расклады – он слишком долго был вдали от дома…
* * *
Ослепительный луч прожектора скользнул над самой головой – и упёрся в то, что до этой секунды казалось тёмной массой кустарника, в которой можно замечательно спрятаться. Сквозь ячейки маскировочной сети я успел рассмотреть высокий борт с рядами заклёпок. Субтеррина! Секретная техника – о ней даже знать не полагается; а уж стоит часовым засечь нас поблизости, огонь откроют без предупреждения.
Я оглянулся. Деваться было некуда. Подняться во весь рост – и мы тут же превратимся в отличные мишени. Вернуться ползком обратно? Даже если произойдёт чудо и нас не засекут сразу, бежать всё равно не получится – а схватив нас второй раз, вояки церемониться уже не станут. Пережить ещё один допрос с пристрастием? Благодарю покорно; с меня хватило и Бледного Кроста. Лучше уж пуля…
– Парни, за мной! Головы не поднимать!
До маскировочной сети было метров десять. Мы одолели этот путь в рекордные сроки, умудрившись остаться незамеченными, – вот это, я понимаю, везение! Прижавшись к холодной стальной обшивке, я оглянулся. На меня уставились перепуганные глазищи Гаса; сзади сопел Морфи. Вжимаясь в топкую почву, мы проползли вдоль борта, обогнули скруглённый нос машины – и лишь тогда я рискнул подняться на ноги. Рядом, в нескольких шагах, возвышался бесформенный, укутанный сетью силуэт; невдалеке угадывались ещё несколько. У самого дальнего вдруг блеснул свет – кто-то зажёг переносной фонарь. Яркое пятно, покачиваясь, двинулось в нашем направлении.
Тревожно перекликающиеся голоса раздавались всё ближе. Ещё две-три минуты – и они будут здесь. Спрятаться негде. Рвануть наобум? Как раз и сорвём пару-тройку сигналок, чтоб по нам уж точно не промахнулись…
– Давайте залезем наверх! – прошептал Гас.
– А? Что?
– Ну, на эту штуку… Тут скобы какие-то, типа лесенки…
Взобраться на субтеррину, залечь – и молиться, чтобы тебя не заметили под маскировкой? Идейка была так себе, но лучше, чем ничего.
– Давайте. Только во весть рост не вздумайте подняться.
Стараясь производить как можно меньше шума, я вскарабкался на палубу, лёг ничком – и едва только собрался перевести дух, как в полушаге от меня раздался металлический скрежет. Вслед за тем из открывшегося люка высунулась чья-то голова.
Я действовал рефлекторно. До сих пор мне не приходилось бить хук из положения лёжа – но удар вышел отменный, хлёсткий и стремительный. А главное, он отправил в нокаут незадачливого вояку – тот моментально обмяк и провалился внутрь. Стремясь развить успех, я прыгнул следом.
Узкий, увитый трубопроводами, скупо освещённый коридор был пуст – по крайней мере, отрезок длиной метра четыре, до ближайшей переборки. Моя жертва валялась в отключке. Я вытащил из его кобуры пистолет, сунул за пояс – и сноровисто, будто заправский гангстер, связал парню руки за спиной его же собственной форменной курткой. Всё это я проделал машинально, без единой мысли в голове – и опомнился лишь в тот момент, когда свернул комком его панаму, чтобы сделать кляп. Должно быть, постоянное общение с негодяями дурно на меня влияет.
В отверстии наверху появилась испуганная физиономия Морфи.
– Давайте оба сюда! И люк задрайте! – шёпотом приказал я и на цыпочках двинулся вперёд.
Возле переборки я остановился и приложил ухо к двери. Металл хорошо проводит звуки – чей-то голос бормотал за ней. Слов было не разобрать. Значит, там по меньшей мере двое… Ну ладно. Взяв оружие наизготовку, я медленно, миллиметр за миллиметром, принялся поворачивать штурвальчик на двери.
– …И вот генерал… Ты представляешь? Зачерпывает, значит, манеркой из того самого котла, куда прыгнула лягушка, берет ложку и начинает есть! Все так и замерли! А он говорит нам: мол, вы чего стоите? Подходи на раздачу! И целых два взвода принимаются за еду – отказаться нельзя, выплеснуть нельзя, начальство смотрит! Видела бы ты, какие взгляды бросали парни на кашевара! Он в болото готов был провалиться! Что? Ну да, и я тоже, а куда денешься… Нет! Слава владыкам преисподней, в моей манерке этой лягухи не оказалось…
Весёлый голос болтал беззаботно – а вот ответных реплик слышно не было; значит, он в наушниках. То, что на базе творится всеобщий шухер, до парня ещё не дошло. Судьба вновь давала мне шанс. Я перестал таиться и направился к приоткрытой двери. Шаги гулко бухали по
