черти в это здание не привели.
Но прежде я должен понять, где же Аркашка, холера его забери, припрятал слезу Рода. Сто раз был прав покойный Баженов — если он сам ее местонахождение не выдаст, то искать придется до морковкиного заговения, и все труды прахом пойдут. Жалко же!
— А давай по-другому? — внезапно предложил Стрелецкому Голем, причем уже не звероподобным, а вполне себе нормальным голосом. Громким, резким, басовитым, но без рыканья и завывания. — Ты же, насколько мне известно, завтра в один лесок собрался, что близ озера Сенеж находится, верно? Тот, где не так давно некий шаман поселился, которого в родных краях вне закона объявили.
О как. А это что-то новенькое, до того мне неизвестное. Все же прав я был, не от хорошей жизни Мерген в наши места пожаловал и в лесу не просто так спрятался. Это очень хорошо. Если эту ночь переживу, то непременно попробую вынюхать, что именно он натворил и кто на него зуб точит, а дальше поглядим, как это знание можно будет превратить, в рычаг воздействия или в средство закрепления хороших отношений. Все решает конкретная данная ситуация.
— Положим, — со свистом выдохнул Аркаша. — И что?
— Ты же про меня немало знаешь, верно?
— Мне не так легко говорить, — помедлив, ответил бывший воспитанник Шлюндта. — Обходись без риторических вопросов, ладно?
— Лады, — покладисто кивнул наемник. — Если ты про меня слышал, а это точно так, то знаешь, что я всегда выполняю то, что обещал. Заказ, клятва, просто данное слово — неважно. Сказал — делаю. Меня не останавливают моральные аспекты, гуманистические идеи, родственные связи, мольбы, жалость и прочая чепуха. Даже если заказчик мертв, все равно довожу дело до конца, это принципиальный для меня момент. Собственно, потому ко мне всегда очередь из клиентов стоит, несмотря на очень высокие расценки.
— Все так, — покивал Даня, а после добавил: — Имя Голем — уже бренд.
— И? — выдохнул Аркаша, причем я уловил в его голосе интерес. Похоже, он, как и я, смекнул, к чему подводит беседу этот верзила.
— Я перевяжу твою ногу, а после отвезу туда, куда следует. И даже до нужного места дотащу, если сам доковылять не сможешь. Обратно — нет, но дотуда — да. А если сдохнешь по дороге, то похороню. Как тебе такой вариант?
Замолчал Аркашка, задумался. И ведь есть о чем, что скрывать? Хорошее предложение в его ситуации. Слеза ему сейчас уже на фиг не нужна, смерть стоит за плечом, причем страшная, лютая, а за ней грянет посмертие, которое еще хуже. В чем в чем, а в этом сомневаться не приходится. А то, что Голем предложил, — шанс, причем отменный. И скорее всего, последний, других не будет. Тем более что верить сказанному можно, деловая репутация у него в самом деле безупречная. Хоть и грязноватенькая.
— Ты даешь мне слово, и выезжаем прямо сейчас. Как только доберемся до места, получишь слезу, — наконец выдавил из себя Стрелецкий.
— Не пойдет, — сказал, как отрезал, Голем. — Оплату всегда беру вперед. Другие варианты не рассматриваются.
Еще один фактик в копилку — слеза где-то здесь, в здании. Уже хорошо. Оно, конечно, немаленькое, но если очень заморочиться, то за недельку-другую можно его обшарить от подвала до крыши. Особенно если пригласить стороннюю рабочую силу. Газвану, например, позвонить и десяток его гастрабайтеров нанять по сходной цене. Обычные не подойдут, с них станется, увидев блестящий и явно недешевый камушек, его не мне отдать, а себе за щеку засунуть, причем в самом прямом смысле. А вот которые на Газвана работают, себе подобное не позволят. Не рискнут.
— Если по дороге попрошу меня убить, сделаешь это, — наконец снова заговорил Стрелецкий. — Без вопросов и раздумий.
— Всегда пожалуйста, — согласился Голем. — В любой момент. Это проще, чем куда-то ехать. И быстрее.
— Тело сожжешь, — продолжил Аркаша.
— Чуть сложнее, но тоже не вопрос. Надеюсь, без ритуала? Никаких погребальных костров или плотов не понадобится? Бензин в качестве растопки подойдет?
— Подойдет. — Мой бывший спутник, как видно, хотел рассмеяться, но получился сиплый затяжной кашель. — Ладно, согласен. Договор?
И он протянул руку наемнику.
— Слово, — пожал ее тот. — Что тебе обещал — выполню от и до. Разумовский, ты, получается, свидетель сделки.
— Как скажете, — как всегда покладисто согласился тот. — Услышано и запомнено.
Не сомневаюсь, что, если ему прямо сейчас сказать «забудь, что видел», он не менее добросовестно выполнит и этот приказ. Особенно если еще немного денег подбросить.
— Оплата, — Голем сунул под нос Аркаше свою ладонь, похожую на лезвие совковой лопаты, — как договорено.
— Забирай, — как мне показалось, даже с каким-то облегчением произнес Стрелецкий, засунул руку под куртку, а мгновением позже протянул наемнику небольшой мешочек. — Вот она.
— Да ладно? — неверяще уставился на него Голем, Даня же еле слышно хихикнул. — Ты ее при себе держал? Все это время? Вот так просто?
— Конечно, — не без издевки ответил Аркаша. — Как раз потому, что это очень просто. Слишком. Никто в такое не поверит. Все станут меня допрашивать, пытать, терзать, но никто не додумается просто обыскать.
— Варит у тебя башка, — заметил Голем, развязывая мешочек. — А все равно и добытое не сберег, и в ловушку чью-то угодил. Ага, не соврал, она. Как описывали.
На его ладони блеснула яркой искрой капля света, та самая, которую я уже видел, но так и не добыл на Илеять-горе. Сейчас у меня появился второй шанс закрыть данный гештальт, а третьего вовсе может не представится.
И вот на кой Голему приспичило вставать на ноги именно в тот момент, когда я выстрелил? Прямо как сглазил меня кто-то. Пуля должна была войти ему ровно в висок, либо уложив при этом на месте, либо, если небесное железо окажет на этого верзилу действие не столь разрушительное, чем на вурдалаков, в достаточной мере нейтрализовать. В той, при которой я успею его добить прежде, чем он поймет, что происходит.
А в результате что? Нет, пуля не прошла мимо, она ударила его в плечо. Мало того — случившееся повергло его в пусть секундный, но ступор, он даже артефакт уронил на пол. То, что из раны брызнула кровь — это
