Дверь отворилась, и оттуда вышли двое.
– Мы здесь в безопасности?
– Дом принадлежит другу моего друга. Никаких взаимосвязей не выявить.
Куин проследил взгляд Купера и увидел на пороге Шеннон и Натали. Даже отсюда была заметна напряженность в их позах.
«Моя бывшая жена и моя новая… А и вправду, кто она мне?»
Похоже, Куин увидел то же самое:
– Лучше подойти к ним, прежде чем в дело вступят ножи.
– Да. – Купер зашагал к дому, но обернулся. – Бобби, спасибо. Я твой должник.
– Ага. – Куин заулыбался. – И ты должен мне больше, чем одну выпивку.
Купер рассмеялся.
Увидев бывшего мужа, Натали напряглась. Ее мысли были, как всегда, очевидны. Купер увидел радость и облегчение от того, что он жив и здоров, и гнев за то, что ей пришлось пережить в течение последних шести месяцев. У Шеннон была повязка на ухе и кровь на рубашке.
– Привет, – сказал Купер, переводя взгляд с одной на другую.
– Ты не ранен? – спросила Натали.
– Нет. Целехонек.
– Все закончено?
– Да. Закончено.
– Ты окончательно вернулся со своего задания?
– Да, – сказал Купер и увидел, как Шеннон заледенела. – Полагаю, нет нужды представлять вас друг другу?
– Обойдемся, – сказала Натали. – Шеннон сама уже представилась. Она забавная.
– Знаю. Вы обе такие. Без вас мне бы не справиться.
Он не знал, что еще сказать, и обе женщины тоже не знали. Натали скрестила на груди руки, Шеннон перенесла вес тела с одной ноги на другую, затем все же произнесла:
– Ладно, я пойду. Оставлю тебя с семьей. – Она протянула руку Натали. – Приятно было познакомиться.
Натали взглянула на протянутую руку, затем обняла Шеннон и прошептала:
– Спасибо. Спасибо тебе.
Шеннон, обняв в свою очередь Натали, кивнула:
– Да. Ваши дети просто чудо.
– И живы благодаря тебе. – Натали отступила на шаг. – Если тебе что-нибудь – что угодно! – понадобится, не раздумывая обращайся. Договорились?
– Договорились. – Шеннон взглянула на Купера. – Полагаю, еще увидимся.
Она сбежала с крыльца и зашагала по мостовой.
Купер поглядел ей вслед и повернулся к бывшей жене. Последние шесть месяцев дались ей непросто. Проще говоря, жизнь Натали в это время превратилась в кошмар. И теперь, похоже, она вновь видела в нем партнера. Снова, вопреки всему, мужа. И ее, безусловно, больно ранило понимание того, что между ним и Шеннон явно что-то есть. А причинять бывшей жене боль было последним, чего сейчас хотелось Куперу. Следовало объяснить ситуацию, рассказать, что…
– Дети чувствуют себя нормально?
– Они… С ними все будет нормально. Хочешь их увидеть?
– О господи, конечно же! – Купер направился к двери, но вдруг застыл. – Одна секунда. Ладно?
Не дожидаясь ответа, он пробежал по мостовой и схватил Шеннон за руку:
– Обожди.
Она повернулась. Прочитать что-либо по ее лицу было сейчас невозможно.
– Что такое?
Купер открыл было рот, закрыл, наконец сказал:
– Мы уцелели.
– Я это уже заметила.
– Мы к тому же спасли мир.
– Да восславимся мы во веки веков!
– Так…
На лице Шеннон заиграло подобие улыбки.
– Да?
– Ну, ты сказала, что если мы уцелеем, то пойдем с тобой куда-нибудь пообедать или поужинать.
– Нет, я сказала вовсе не так. Я сказала, что, если мы уцелеем, ты сможешь спросить меня об этом.
– Ладно. – Купер пожал плечами. – Спрашиваю: пойдешь со мной пообедать куда-нибудь, где не будет пальбы из огнестрельного оружия?
– Даже не знаю. – Шеннон сделала паузу. – А что нам там делать, если пальбы не будет?
– Ну, что-нибудь придумаем.
Купер улыбнулся, и она улыбнулась в ответ:
– Ладно, Ник. Будем надеяться, что скучно нам там не будет.
– Так, значит, договорились?
– Договорились. А теперь иди.
Кивнув, он направился к дому. Через несколько шагов обернулся:
– Но у меня по-прежнему нет твоего…
Шеннон уже не было.
«Как она это делает?»
Ухмыльнувшись, Купер покачал головой и направился к дому. Дверь была открыта, и оттуда слышался голос Натали. Купер вошел внутрь и увидел сразу всех троих.
Тодд и Кейт были бледны и, очевидно, оба совсем недавно плакали. Купер разом понял, что с ними произошло за месяцы, пока он отсутствовал. Они еще не поняли, что с ними случилось, но сегодняшние события уже оставили на них свою отметину. Оба были ранены. Не физически, но тем не менее ранены.
На мгновение у Купера защемило сердце.
И дети не сразу узнали отца. Первой была Кейт: ее глаза расширились. Она посмотрела на Натали, потом вновь на Купера и сообщила Тодду:
– Папа.
А затем и дочка, и сын оказались в его объятиях. Все они одновременно и смеялись, и плакали, и говорили. И именно в это мгновение Купер понял, что был не прав.
Война для него не кончена.
Детям нужен светлый мир, нужно достойное будущее, и пока такое будущее не настанет, за него придется драться. Пока идет война, придется в ней участвовать.
Но сейчас Купер обнимал своих детей, и все остальное не имело значения.
Будущее подождет. Хотя бы недолго.
Благодарности
Испокон веку существует миф, будто книги пишутся одиночками, сидящими в подвале мечтателями с чернильными пятнами на пальцах. В моем случае имеется и подвал, и мечтатель, вот только эту книгу я уж точно писал не один. Посему спешу выразить глубочайшую признательность моим помощникам.
Спасибо Скотту Миллеру. Литагент, друг, соратник не только не ударился в панику при моем безумном левом повороте, но и поддержал: давай пиши.
Спасибо звездной команде агентства «Криэйтив артистс», особенно Джону Кэссиру, Мэтью Снайдеру и Рози Байлоу, раскритиковавшим все шуточки насчет Голливуда.
Спасибо Риме Аль-Забен, Энди Барлетту, Жаки Бен-Зекри, Грейс Дойл, Дафне Дерхэм, Джастин Голенблок, Даниелле Маршалл и всем остальным сотрудникам «Томас и Мерсер» – страстным любителям книг, строящим дивный новый мир.
Судьба послала мне двух творческих партнеров. Первый – Шон Черковер, коллега и гетеросексуальный брат по разуму; эта книга сплошь покрыта отпечатками его пальцев. Все то, что вам не понравилось, могло проникнуть в роман исключительно по его вине. А второй – Блэйк Крауч, на пике высотой тысяча четыреста футов помогший мне превратить крошечный поясняющий фрагмент в развернутый эпизод… а потом и название романа придумавший. Ребята, поднимите за меня кружки.
Спасибо всем, кто прочел рукопись и указал на слабые места. Особенно Майклу Куку, Элисон Дэшо и Дарвину Джонсу.
Спасибо Джероену Тен Берге за дизайн обложки.
Меган Бити и Дане Кайе, талантливым публицистам и спецам по решению любых проблем.
Дэйлу Розенталю из Университета Иллинойса в Чикаго, разобравшему по косточкам глобальный финансовый рынок и создавшему его новую сверхнадежную модель.
Кевину Энтони, сработавшему красивый письменный стол, который мне прослужит до конца моих дней.
Всем, кто так или иначе связан с детективной литературой: книготорговцам и библиотекарям, блогерам и рецензентам, писателям и журналистам – и в первую очередь читателям.
Брату Мэтту. Он проглотил книгу в один присест, чем изрядно повысил мою самооценку. А потом он выдрал все, что не работало на сюжет. Мэт, ты просто супер!
Спасибо Салли и Энтони Сэйки, более известным в моей семье как мама и папа. Вы дали мне все, что нужно.
И наконец, хочу поблагодарить самых любимых: мою жену и нашу дочь Джослин. Без вас ничто не имело бы смысла.
Примечания
1
Hope – надежда (англ.).
2
Первая строфа поэмы «Вопль» (англ. «Howl») Аллена Гинзберга, считающейся самым известным произведением бит-поколения. Перевод Дмитрия Храмцева.
3
Аллюзия на роман «Фиеста» Э. Хемингуэя.
