Она невесело рассмеялась.
— Не веди себя так, будто тебе не наплевать. — Ее глаза встретились с его — он все еще стоял слишком далеко в темноте. — Однако я должна отдать тебе должное: ты отлично сыграл свою роль. Или, возможно, я просто еще большая дура, чем думала. — Он сделал еще один шаг к ней.
— Я никогда не притворялся, Фэйт. С тобой никогда …
Она проигнорировала его.
— Надеюсь, я, по крайней мере, удовлетворила твою заинтересованность в людях. Скажи мне, мы такие же хрупкие, как ты и думал?
Страдальческое выражение промелькнуло на его лице.
Она беспечно пожала плечами.
— Жаль только, что тебе так и не удалось попробовать меню из полного курса… — Она прищелкнула языком. — Возможно, это немного помешало твоим выводам.
Он сделал маленький шаг ближе, и этого было достаточно. Как только она почувствовала его разум, она изо всех сил врезалась в черную стену и увидела, как он физически вздрогнул. Она начала трескаться, и она надавила сильнее. Он не отступил, хотя мог бы сделать это в считанные секунды. Вместо этого он подошел к ней и, оказавшись прямо перед ней, присел на корточки рядом с тем местом, где она сидела.
— Я собираюсь впустить тебя. Чтобы показать тебе, что все это было по-настоящему, — сказал он душераздирающе мягко.
От его близости и нежного голоса у нее на глаза навернулись слезы от лучших воспоминаний. Но это была ложь и разочарованные чувства. Она не отвлекалась.
Напряжение спало, когда он предоставил ей доступ, и она наткнулась на его разум. Вспышки мыслей и чувств возникали у нее на пути, но она отбрасывала их в сторону и погружалась все глубже и глубже, пока не нашла ту часть его сознания, которую искала.
Ник громко ахнул.
— Фэйт…
Она велела его легким перестать вдыхать воздух, и он издал сдавленный звук. Она заставила его колени прижаться к твердому камню, и сама тоже встала на колени перед ним.
Его глаза были широко раскрыты, когда он задыхался. Она взяла его лицо в свои руки. Слезы текли по ее щекам, но она не издавала ни звука, наблюдая, как принц перед ней с трудом переводит дыхание, не в силах вдохнуть. Скоро он задохнется, и за то, что казалось реальным с ее стороны — дни, которые они провели, и поцелуи, которыми они делились, — она будет обнимать его, пока свет в его глазах не погаснет. Даже несмотря на то, что он предал ее, даже несмотря на то, что ее тело дрожало от боли, она могла убить его. За Марлоу, за Джейкона, за его роль в их смерти и за то, чтобы наказать короля. Она могла это сделать.
Он схватил ее за руки, когда она почувствовала, что он начинает исчезать, но одно сообщение пробилось сквозь стены, которые она воздвигла вокруг себя в его сознании.
— Они живы.
Фэйт резко вдохнула, и ментальный щит, который она воздвигла вокруг себя, дрогнул. Он показал ей изображение ее друзей в камере, сбившихся в кучу, замерзших и напуганных, но… живых.
— Откуда мне знать, что это не было несколько дней назад?
Она не позволит ему снова дышать, не сейчас — не тогда, когда он мог заставить ее снова забыть о нем в тот момент, когда она отпустила контроль.
— Ты должна доверять мне.
— Недостаточно.
Затем все его чувства обрушились на нее разом, и она пережила знакомые воспоминания с другой точки зрения. Все, что они видели вместе, каждый момент, который они провели вместе, — это было реально. Его эмоции пронеслись сквозь нее подобно шторму, и она зарыдала. Не от облегчения или счастья. Она рыдала от печали и разочарования. Это изменило все и ничего одновременно.
Его хватка на ее руках ослабла, и его руки исчезли, когда его разум начал погружаться во тьму…
ГЛАВА 51
Фэйт прислонилась спиной к стене камеры, подтянув колени к груди и наблюдая за неподвижной фигурой Ника, лежащей перед ней. Без сознания, но дышит. Через короткое мгновение он пришел в себя и неуверенно поднялся в сидячее положение.
Он застонал.
— Полагаю, я это заслужил, — прохрипел Ник.
Она оставалась бесстрастной.
— Я еще не закончила с тобой.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Его лицо вытянулось, а затем он встал, отряхиваясь. Она оценила его внешность так же, как и он, и это было так очевидно, что ей захотелось дать себе пощечину. Принц Никалиас Сильвергрифф из Хай-Фэрроу. Хотя он был одет в повседневную одежду, когда они встретились, его самообладание, его изящество, его скрытность… Он был прямо перед ней все это время. Она была слишком ослеплена собственными проблемами, чтобы по-настоящему взглянуть на него. Может быть, если бы она это сделала, то поняла бы это раньше.
— Мне очень жаль, Фэйт, правда. Я никогда не хотел обманывать тебя, не говоря тебе, кто я на самом деле. Все было бы по-прежнему, если бы ты знала. Ты бы никогда не доверилась мне.
Ей захотелось рассмеяться над иронией.
— И теперь я должна тебе доверять? Доверие, построенное на фундаменте лжи, всегда обречено на провал.
— Когда ты предположила, что я страж на солнцестоянии… это было идеальное прикрытие. Я никогда не лгал, только скрывал свое истинное имя и положение.
— Пустые слова.
Она видела это в его мыслях — правду, которую он не мог скрыть от нее; его чувства к ней. Хотя ей было приятно сознавать, что она не одинока в этом, для них уже ничего никогда не будет прежним.
— Кто я такой — это ничего не меняет.
— Это все меняет.
— Не то, что я чувствую к тебе.
Ее сердце раскололось, и ей пришлось отвести от него взгляд.
— Этого никогда не может быть между нами. Это никогда ничем по-настоящему не было. Страж фейри, в которого я влюбилась… он никогда не был настоящим.
Ник открыл рот, чтобы ответить, но главная дверь прервала его слова, когда через нее вошли те же двое охранников. Увидев открытую дверь камеры и риск для своего принца, оба охранника бросились к рукоятям своих мечей.
Фэйт закатила глаза.
Один прочистил горло.
— Ваше величество требует вашего присутствия в тронном зале, ваше высочество. Мы должны сопровождать заключенного.
Она никогда не привыкнет к тому, что к нему обращаются согласно его титулу.
Ник вздохнул, посмотрев вниз на Фэйт. Невысказанные слова, которые он сказал ей, останутся такими, возможно, навсегда, если она отправится навстречу своей смерти. Она была готова. Если Ник не солгал, Марлоу и Джейкон все еще были живы. Все еще оставалась надежда, и она сделает все, что в ее силах, чтобы увидеть, как они выйдут отсюда свободными.
Ник бросил на нее последний тоскующий взгляд, прежде чем вышел из камеры, а затем полностью исчез из поля ее зрения.
Охранники осторожно вошли внутрь. Фэйт лукаво улыбнулась им, и они слегка вздрогнули, оба проявили особую осторожность, чтобы отвести глаза. Она могла бы, по крайней мере, повеселиться с их очевидной неловкостью по поводу того, что она могла сделать.
Они милосердно сняли с нее цепи, и она потерла свои нежные запястья, на которых образовались толстые красные ссадины. Каждый охранник крепко держал ее за руку, чтобы она не могла сделать никаких быстрых маневров. В любом случае, она не собиралась драться или сопротивляться. Слова должны были бы стать ее оружием, если бы у нее был шанс освободить своих друзей.
Они повели ее по знакомым коридорам. В своих предыдущих коротких вылазках она старалась запомнить как можно больше деталей. Многие из них выглядели одинаково, и она знала, что у нее не будет особых шансов легко выбраться отсюда. Она взглянула на своих охранников, но они не осмелились оглянуться, и она ухмыльнулась про себя. Они миновали еще несколько человек, и она услышала, как еще пара присоединилась к ее сопровождению.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Фэйт должна была признать, что она была отчасти польщена тем, что король счел ее такой угрозой. Они подошли к знакомым двойным дверям большого зала, и два фейри, дежурившие снаружи, быстро открыли их. Ее охранники не сбились ни на шаг, когда ввели ее внутрь.
Она увидела короля на возвышении на своем троне, его подопечную на меньшем троне справа от него и Ника слева. Она позволила себе бросить один быстрый взгляд на принца, и его глаза встретились с ее глазами с холодной бесстрастностью. Это заставило ее понять, что он, должно быть, скрывал от своего отца, насколько хорошо знал ее.
