уху Бенедикта, вызывая дрожь по позвоночнику. «Я так сильно
хочу тебя». Он схватил руку Бенедикта и провел ее между своих ног, прижимая к
эрекции. «Пожалуйста. Не заставляй меня умолять».
Бенедикт посмотрел в глаза Виктора и увидел в них ноющую потребность. Он снова
поцеловал Виктора, не торопясь, осторожно положил Виктора на подушки и
подперся одной рукой, нависая над ним. Поцелуи Бенедикта были такими
неторопливыми, что прошло немало времени, прежде чем он наконец встретил язык
Виктора. С каждым безумным ударом он чувствовал, как печаль покидает Виктора, сменяясь вожделением и отчаянием. Рука Бенедикта снова нашла член Виктора, но
он намеренно делал движения медленными - настолько медленными, что Виктор
практически гудел под ним, издавая слабые хныканья, двигаясь навстречу руке
Бенедикта, жаждущей большего трения. Но Бенедикт пока не давал ему этого.
«Пожалуйста», - умолял Виктор, - «трахни меня, пожалуйста».
Вместо этого Бенедикт медленно провел губами по телу Виктора: сначала по
подбородку, потом по шее и груди, а затем поцеловал живот. Наконец его лицо
поравнялось с пульсирующим членом Виктора. Виктор смотрел на него, затаив
дыхание, его глаза потемнели от желания, когда Бенедикт взял его член в рот.
Последовавший за этим стон был громким и отчаянным, но Бенедикт хотел
услышать больше. Он не торопился, начав с медленных, дразнящих облизываний по
всей длине Виктора. Руки Виктора забрались в волосы Бенедикта, нежно потянули
его, побуждая двигаться быстрее.
Бенедикт облизал его от основания до кончика, а затем взял в рот только головку, нежно посасывая. Виктор задыхался, покачивая бедрами. Бенедикт прижал его к
себе и стал брать в рот дюйм за дюймом, а затем захватил рукой оставшуюся часть
Виктора.
Он задержался на мгновение, а затем начал медленное покачивание, с каждым
движением опускаясь все глубже в горло. Виктор застонал, крепче вцепившись в
волосы Бенедикта. Бенедикт мурлыкал рядом с ним, вибрация вырывала из губ
Виктора очередной стон.
Когда дыхание Виктора стало более неровным, а тело напряглось, Бенедикт
почувствовал, что он уже близко. Не желая, чтобы все закончилось, Бенедикт
отстранился, прижавшись поцелуем к бедру Виктора. Виктор застонал от потери
контакта, его тело затрепетало от потребности.
Собственное возбуждение Бенедикта жаждало внимания. Он поднес пальцы ко рту
и смочил их, а затем потянулся вниз, чтобы найти вход Виктора. Бенедикт
медленно просунул один палец внутрь. Виктор задыхался, сопротивляясь
проникновению и приветствуя его. Бенедикт ввел второй палец, снова растягивая
Виктора, проверяя, готов ли он.
Когда он почувствовал, что Виктор готов, Бенедикт вынул пальцы. Рука Бенедикта
пошарила в ящике тумбочки, перебирая привычный набор баночек для ухода за
собой, пока не нашла маленький флакончик с маслом для волос. Он откупорил его, и в комнате разлился аромат кедра и цитрусовых, а затем вылил щедрую порцию на
ладонь.
«Этого хватит», - пробормотал он и потянулся вниз, смазывая свое собственное
возбуждение. Затем он переместился вверх по телу Виктора и впился в его губы в
глубоком, медленном поцелуе. Пока они целовались, он приблизился к входу
Виктора. Медленным, плавным движением бедер Бенедикт вошел в него, проглотив
стон Виктора.
«Черт», - вздохнул Виктор, раскинувшись на подушке. Бенедикт замер, ожидая, пока он привыкнет, прежде чем Виктор вздохнул: «Ах... Д-двигайся, пожалуйста».
И Бенедикт задвигался: сначала медленно, потом почти полностью выходя, а затем
снова входя, задавая дразнящий ритм, от которого Виктор извивался под ним.
Ноющий член Виктора лежал между ними, такой твердый, что Бенедикт понимал: одно его прикосновение - и он окажется на грани. Но он сдержался, желая
растянуть удовольствие.
Постепенно толчки Бенедикта становились все быстрее и сильнее. Одной рукой он
ухватился за изголовье кровати, а другой продолжал удерживать бедро Виктора.
Кровать скрипела от каждого мощного толчка, изголовье ударялось о стену в такт
их все более неистовым движениям.
Стоны Виктора становились все громче, все отчаяннее, пока с внезапным криком он
не кончил, выплеснувшись между их мокрыми от пота телами. Его вид и
сжимающиеся мышцы вокруг члена Бенедикта были слишком сильны. С
последним, глубоким толчком Бенедикт погрузился в Виктора, преследуя свою
собственную разрядку.
Бенедикт рухнул на Виктора, и оба они тяжело задышали. Когда последствия их
кульминации утихли, Бенедикт перекатился на бок.
«Это...» вздохнул Виктор, - «это было...» Его голос прервался, прежде чем он
выдохнул: «Черт».
Бенедикт тихо рассмеялся и притянул Виктора в свои объятия. Виктор, казалось, был удивлен этим жестом, но
