Одной рукой он держал Виктора за бедро, а другой
скользил по груди Виктора, чтобы нежно прикрыть ему рот, заглушая его
жаждущие звуки. Губы Бенедикта нашли затылок Виктора, целуя и покусывая
чувствительную кожу, а его толчки постепенно учащались.
Их дыхание становилось все более тяжелым и прерывистым, удовольствие
нарастало между ними. Толчки Бенедикта становились все более быстрыми, первобытными, вызванными отчаянной потребностью в разрядке. Виктор застонал
в ответ на его руку, его тело содрогнулось, когда он приблизился к краю. Еще
несколько глубоких толчков - и Бенедикт почувствовал, как его распирает волна
сильного наслаждения.
Он приглушенно вскрикнул, прижимаясь к плечу Виктора, когда тот излился внутрь
него.
«Черт», - вздохнул Бенедикт, повторяя слова Виктора, пока тот отходил от аффекта, вызванного его кульминацией.
Он так и застыл, скользкий и горячий, прижатый к спине Виктора, пульсируя
внутри него. Когда он наконец выдохнул и поцеловал Виктора в шею, повернув его
лицом к себе, Бенедикт понял, что Виктор все еще тверд и болен. Бенедикт
покраснел, встретив похотливый взгляд Виктора. И прежде чем он успел что-то
сказать, Виктор взял руку Бенедикта в свою, поднес ее к губам и лизнул языком, скользким и горячим. Затем Виктор положил ее на свой собственный член, медленно проводя по его длине, а затем снова вверх. Вниз и вверх, сначала
медленно, а потом все быстрее. Когда их руки двигались вместе, Бенедикт смотрел
вниз, завороженный, не в силах отвернуться. Виктор тоже смотрел, уже начиная
хныкать от нарастающего удовольствия.
То вверх, то вниз.
Виктор застонал, его глаза закрылись, когда Бенедикт провел большим пальцем по
кончику его члена. Бенедикт накрыл губы Виктора своими, и их языки встретились, пока Виктор побуждал руку Бенедикта двигаться быстрее, быстрее, быстрее.
Виктор застонал в рот Бенедикту, и через несколько секунд он кончил, слизкий и
горячий, обхватив шею Бенедикта одной рукой и притянув его к себе.
Видя это - Виктор, кончающий в его объятиях, - Бенедикт испытал новый прилив
возбуждения и почувствовал, как его собственный член дернулся и снова затвердел.
Он подождал, пока Виктор не получит удовольствие, и только потом прошептал: «Я
хочу... я хочу тебя снова».
Виктор только поднял брови и рассмеялся в ответ, а его язык нашел язык
Бенедикта. Бенедикт вздрогнул от этого прикосновения и приподнял одну из ног
Виктора, вводя в него свой уже твердый член.
«Ах...» - стонали они в унисон.
Стоя лицом к лицу, у них было не так много пространства для маневра, но его
хватало, чтобы Бенедикт быстро и жестко трахал Виктора, тесно обнимая его, пока
язык Виктора трахал его рот в ритме с его толчками.
Они оба застонали, когда бедра Бенедикта нашли идеальный угол, и Виктор
содрогнулся под ним. Бенедикт входил в него с отчаянием, не в силах
контролировать темп, снова и снова, удовольствие было почти невыносимым.
Виктор застонал, глядя вниз, туда, где соединялись их тела. «Быстрее, быстрее», -
умолял он.
Бенедикт отпустил его, его толчки стали быстрыми и жесткими, заставляя Виктора
стонать и хныкать так громко, что их наверняка услышал бы кто-нибудь из слуг, проходивших по коридору. Но Бенедикту было все равно. С последним толчком его
рука нашла уже возбужденный член Виктора, и он стал гладить его быстро и грубо.
Когда Виктор задрожал и закричал, обдав руку Бенедикта своей горячей струей, Бенедикт застонал и вошел в него.
Несколько долгих мгновений стояла тишина, прерываемая лишь их неровным
дыханием. Затем Бенедикт выдохнул и осторожно опустил ногу Виктора.
«Черт», - выдохнул Виктор, глядя на Бенедикта взглядом, не иначе как
восхищенным. «Это было... Черт...» Похоже, это было единственное, что он смог
сказать.
Бенедикт рассмеялся и, наклонившись, слегка поцеловал влажный лоб, скулу и
раскрасневшуюся щеку Виктора, а затем захватил его припухшие губы в
медленный и глубокий поцелуй. В ответ Виктор обхватил лицо Бенедикта руками и
запустил пальцы в его волосы.
Когда поцелуй закончился, Виктор неожиданно потянул Бенедикта за шею, обхватив его, и несколько мгновений не шевелился. Бенедикт почувствовал, как
сердце заколотилось в ушах, и крепче обнял Виктора.
Им потребовалось несколько минут, чтобы перевести дух, прежде чем они
отпустили друг друга, и Бенедикт сделал шаг назад.
«Ну и бардак», - усмехнулся Виктор, глядя на их испорченную одежду. «Думаю, нам нужно привести себя в порядок и уйти».
«А я думаю, мисс Лафлёр, что вы уничтожили мой любимый
