танцевали несколько других пар.
Бенедикт почувствовал, что все взгляды устремлены на них, и притянул Вивьен к
себе. Теперь, когда она была так близко к нему, он уловил знакомый запах Виктора, и все тело Бенедикта мгновенно отреагировало на него.
Как только они начали двигаться в ритм музыке, он спросил: «Вы надолго в
городе?»
«Только на ночь», - тихо ответила Вивьен, ее губы почти коснулись уха Бенедикта,
когда она добавила: «Мне нужно было увидеть тебя». Он почувствовал, как ее
пальцы коснулись его шеи, вызвав мурашки по позвоночнику.
Бенедикт почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд и, оглянувшись через
плечо Вивьен, поймал ястребиный взгляд леди Хоторн. Он не хотел ее видеть, и ему
было все равно, что она подумает.
«Останьтесь на ночь в Блэкмуре», - тихо сказал Бенедикт, вернув взгляд к Вивьен.
«Пожалуйста».
Вивьен подняла бровь. «Что скажут люди, мистер Блэкмур?»
Бенедикт почувствовал, что краснеет, осознав, насколько очевидны его истинные
желания. Но прежде чем он успел придумать ответ, Вивьен сказала: «Мне нужно
найти ванную. Она должна быть на втором этаже, так что я пойду поищу ее. Если
позволите». Она выпустила его из объятий и улыбнулась, прежде чем уйти.
Провожая ее взглядом, Бенедикт медленно понял, что она имела в виду. Она хотела, чтобы он последовал за ней?
Он не мог преследовать ее сразу. Поэтому он взял еще один бокал вина и несколько
минут поговорил с Фелицией Блейн, чтобы не вызвать подозрений. Убедившись, что леди Хоторн нигде не видно, Бенедикт выскользнул из бального зала.
Идя по пустому коридору и пересекая опустевший вестибюль, оставляя позади
веселые звуки, он думал о том, не истолковал ли он намерения Вивьен неправильно.
Что, если он просто решил, что она хочет видеть его здесь, и ошибся?
Бенедикт поднялся по парадной лестнице на второй этаж и стал искать ванную
комнату. Проходя по пустому коридору, он заметил, что одна из дверей слегка
приоткрыта. Он подошел к ней и потянул за ручку.
Вивьен ждала его внутри, стоя у раковины. Когда она услышала звук
открывающейся двери и подняла на него глаза, поймав его взгляд в зеркале, Бенедикт сразу же понял, что не ошибся.
Он закрыл за собой дверь и повернул ключ. В этот самый момент Вивьен толкнула
его к двери, но прежде чем ее губы успели накрыть его губы. Бенедикт схватил ее
парик и стянул его с головы.
«Тебе действительно не нравятся девушки, да?» Виктор рассмеялся, но Бенедикт
заставил его замолчать пылким поцелуем, когда его руки потянулись расстегнуть
корсет. Он возился с ним, отчаяние росло, потом почувствовал, как руки Виктора
расстегивают его брюки, и решил забыть о корсете. У них не было времени. Но
прежде чем он успел подумать о чем-то еще, его член оказался на свободе, а Виктор
уже опустился на колени. Когда теплый бархатистый рот Виктора охватил его, Бенедикт издал стон, который едва успел подавить. Его руки нашли непокорные
черные волосы Виктора, и Виктор начал ласкать и посасывать кончик его члена.
Бенедикт снова застонал, его дыхание участилось, руки отчаянно вцепились в
волосы Виктора, пока Виктор глубоко втягивал его в горло. И тут Бенедикт
совершил ошибку, взглянув на Виктора, увидел его пронзительные темные глаза - и
Бенедикт оказался слишком близко, слишком быстро.
Он одним движением поднял Виктора и толкнул его к раковине, чтобы было на что
опереться. Он расположился позади Виктора, задрав платье, чтобы обнажить его
голую кожу. Когда его член скользнул по расщелине заднего прохода Виктора, Бенедикт зашипел и услышал, как Виктор издал стон.
«Трахни меня», - прошептал Виктор, его голос звучал с трудом, а глаза нашли глаза
Бенедикта в зеркале. «Трахни меня, пожалуйста».
Эти непристойные слова заставили Бенедикта содрогнуться. Он потянулся к
фарфоровой баночке с холодным кремом на полке в ванной и быстро отвинтил
крышку. Бенедикт зачерпнул щедрую порцию и покрыл смазкой свое ноющее
возбуждение.
Виктор задыхался, когда палец Бенедикта обводил его вход, а затем медленно
проникал внутрь. Бенедикт не торопился, постепенно добавляя второй палец, наслаждаясь тихими стонами Виктора и тем, как он прижимается к руке Бенедикта.
Когда Виктор был готов, Бенедикт убрал пальцы и расположился у его входа.
Длинным толчком он вошел в него, и оба застонали от ощущений. Бенедикт сделал
паузу, давая Виктору время привыкнуть, удивляясь его тугому теплу.
Спустя, казалось, целую вечность, Бенедикт наконец начал двигаться, задавая
медленный, глубокий ритм.
