Я знал, что если глаза опухнут, это усложнит бой. Пока Лео больше бил по корпусу и рёбрам. И я был готов к этому.
Я кивнул. Слушал. Прополоскал рот водой и выплюнул в ведро.
Следующие три раунда были словно в тумане.
Удары сыпались один за другим. Он наносил больше, чем я, но мои удары попадали в цель. Я целился в бок его лица и рёбра. Мы по очереди загоняли друг друга в угол, нанося удары. Чем больше мы дрались, тем лучше я вспоминал записи с его боями и заставлял его ошибаться своими замахами.
Когда прозвенел гонг, завершающий пятый раунд, я заметил что-то в глазах Лео.
Его самодовольная ухмылка всё ещё была там, но в ней появилась тень сомнения.
Может быть, даже страха.
Это говорило мне, что он выкладывается на максимум, но его это трясёт. Может быть, он устал.
Джоуи и Буч уже тянули меня к углу, обрабатывая лицо, пока Кингстон похлопывал меня по плечу.
— У тебя получается, брат.
Я кивнул, пытаясь перевести дыхание, и сделал пару глотков воды.
— Как ты держишься? — спросил Джоуи.
— Думаю, он сломал мне ребро. И ухо звенит. А так, просто отлично.
Джоуи схватил меня за подбородок, заглядывая прямо в глаза.
— Мы знали, что будет больно. Это никогда не должно было быть легко. Ты дерёшься за грёбанный пояс, Ромео. И ты держишься против этого парня. Пять раундов позади. Осталось семь.
Я кивнул, хотя знал, что он попадает по мне больше, чем я по нему.
— Он дьявольски силён.
— Даже не сомневаюсь. Но ты всё ещё стоишь. Твоя цель — пройти дистанцию. Никто не проходит всю дистанцию с этим парнем.
Я сделал ещё один глоток воды и сплюнул её в ведро, прежде чем встать на ноги.
Мои ноги гудели от боли. Да что там, всё тело кричало от усталости.
Но когда прозвенел гонг, я хлопнул перчатками и двинулся вперёд.
Звук толпы затихал с каждым раундом.
Шестой. Седьмой. Восьмой. Девятый.
Когда прозвенел гонг, завершающий десятый раунд, рефери пришлось оттаскивать Лео от меня. Он обрушил на меня град ударов, загнав в угол. Я не смог вырваться, поэтому просто принимал удары.
Снова и снова.
Я пошатнулся, когда прозвенел гонг, и Буч с Джоуи тут же подхватили меня. Ривер склонился передо мной, глядя мне в глаза.
— Ты в порядке? — в его голосе звучала тревога. Но я бы солгал, если бы сказал, что его лицо не расплывалось передо мной. За последние несколько раундов я получил множество ударов по лицу.
Но я всё ещё стою.
Десять грёбаных раундов с этим зверем, и я умудрился остаться на ногах.
— Ты должен защищать глаза, Ромео. Он сдаёт, — сказал Ривер.
— Он не выглядит так, будто сдаёт, — ответил я, пока Буч мазал мазью область под глазами.
— Он устает, — сказал Ривер. — Его трясёт от того, что ты всё ещё в игре. Десять грёбаных раундов. Ты просто звезда, Ромео. У тебя всё получится.
Я кивнул.
Осталось два раунда.
Я справлюсь.
— Продолжай бить по левой стороне его тела и лица. Он выглядит не лучше, чем ты, так что ты делаешь что-то правильно.
Я не мог засмеяться, потому что всё болело.
Каждая грёбаная кость в моём теле болела.
Но когда прозвенел гонг, я больше не боялся. Все нервы исчезли. Это был бой моей жизни.
И я не собираюсь сдаваться.
. . .
Глава 32
Деми
Я была рядом с Ромео на протяжении всех месяцев его тренировок. Но ничего не могло подготовить меня к этому бою.
Я наблюдала, как он раз за разом принимал удары.
Толпа теперь полностью поддерживала Ромео — все скандировали его имя.
Часть меня желала, чтобы бой прекратили, потому что я не могла вынести того, как он пошатнулся, возвращаясь в свой угол после последнего раунда.
Лео тоже едва держался на ногах.
Оба были беспощадны, но Ромео пропускал вдвое больше ударов, чем Лео.
Однако те удары, которые Ромео наносил, казалось, сильно потрясали Лео.
Они оба были совершенно измотаны.
Бринкли крепко сжимала мою руку на протяжении каждого раунда, и несколько раз мне приходилось уткнуться лицом ей в шею, когда Ромео пропускал особенно жесткие удары в лицо.
Я чувствовала каждый удар, который он принимал на себя.
Но он всё продолжал.
Теперь все были вовлечены. Комментаторы Бен Килни и Род Бейкер буквально кричали, как будто они тоже ощущали каждый удар.
Звон гонга заставил меня сжать кулаки.
Одиннадцатый раунд.
Поехали.
— Думаю, ни один человек на планете не ожидал, что этот бой продлится одиннадцать раундов, — сказал Бен в микрофон.
— Уверен, что только Ромео и его команда могли надеяться на это. Но я не знаю, сколько ещё ударов этот парень сможет выдержать и остаться на ногах, — добавил Род, пока Лео кружил вокруг Ромео.
Они оба двигались медленнее. Правый глаз Ромео был опухшим, а Лео явно наклонялся влево — это говорило о том, что он испытывал боль и, вероятно, получил несколько сломанных рёбер.
Лео двинулся вперёд, нанеся удар, который попал в боковую часть лица Ромео, выбив его капу. Ромео пошатнулся и врезался в канаты.
Я ахнула, вместе с тысячами фанатов, заполнивших арену. Будто все мы ощутили этот удар. Я сжала руку Бринкли так сильно, что мои костяшки побелели, и мы обе вскочили на ноги.
— Невероятно! Как этот парень всё ещё стоит? — воскликнул Род, пока мы смотрели, как рефери говорит с Ромео и возвращает ему капу.
Слезы текли по моему лицу. Это было почти невыносимо.
Но он поднял руки, давая понять рефери, что с ним всё в порядке.
Я взглянула в его угол, и было невозможно не заметить отчаяние на лице Джоуи.
Он хотел, чтобы бой остановили.
Он что-то закричал рефери, и Ромео развернулся, выкрикнув что-то в ответ.
Линкольн выглядел взбешённым, он кричал как на Ромео, так и на рефери. Он ударил по краю ринга от бессилия.
— О, боже, — прошипела Бринкли. — Линкольн теряет самообладание.
Ривер встретился со мной взглядом издалека и кивнул, словно говоря, что всё в порядке.
Но я не пропустила боль, написанную на лицах Хейса, Нэша и Кингстона.
Никто не считал, что Ромео должен продолжать.
Но рефери согласился, что он в состоянии продолжить бой, и тогда я увидела это.
Полную панику, написанную
