Читаем без скачивания Разрешаю умереть - Питер Джеймс

class="p1">В отличие от Сэнди, первой жены Грейса, Клио во многом была его коллегой, и Рой мог делиться с ней конфиденциальной информацией, зная, что все останется между ними.

– Оказалось, что муж пропавшей – предположительно убитой – женщины, Иден Патерностер, крутит любовь с ее начальницей. Похоже, Иден знала об этом и поставила на семейную машину трекер, чтобы следить за перемещениями своего муженька. Незадолго до исчезновения она перевела весь капитал в компанию под управлением номинальных директоров. Этим вопросом сейчас занимается Эмили. Иден могла инсценировать свою смерть, тем самым поставив мужа в дерьмовое положение. Или же Найл с любовницей сговорились и убили его жену.

Клио глубоко задумалась.

– Как-то ты говорил, что мотивы для убийства сводятся к четырем «П»: похоть, привязанность, презрение и пожива.

– У тебя отменная память. И с каким, по-твоему, «П» мы имеем дело?

– Что могло заставить Найла Патерностера убить жену? Ладно, пусть у него любовь с другой женщиной, но в таком случае он мог подать на развод. Равно как и Иден. Хотя развод означал бы раздел финансовых активов. А если Иден мертва, все становится гораздо проще – за исключением правила семи лет.

– Вот именно.

Кому, как не Грейсу, было знать, что по английским законам пропавший человек признается мертвым лишь по истечении семилетнего срока, а до той поры все его активы замораживаются.

– Если мотив финансовый, Патерностер играет вдолгую.

– Это еще мягко сказано, – согласился Грейс.

– Похоть, привязанность, презрение и пожива… – снова задумалась Клио. – Поживу исключаем. Остаются похоть, привязанность или презрение.

– Точно. И найти среди них мотив для убийства весьма непросто. Да, из разговоров с мужем Иден я вынес впечатление, что их брак не был идеальным, но семью кормила жена. Может, Найл думал, что после ее смерти унаследует дом – не зная, что почти вся его стоимость уже выведена за пределы досягаемости? Не представляю себе других мотивов, кроме этого.

– Что тебе известно о начальнице Иден? О женщине, с которой встречается Найл?

– Мы с Полли только что наведались к ней домой. Холодная и бесчувственная дамочка. Причем, по нашему с Полли мнению, она находится в токсичном браке без любви. Трудно понять, что у нее на уме. Крепкий орешек. Завтра утром допросим ее как ценную свидетельницу.

– Что, по-твоему, происходит? – сдвинула брови Клио.

– Если честно, без понятия. Когда Найлу Патерностеру было слегка за двадцать, он жил в Австралии. Открыл там дело по обучению парусному спорту. У него была напарница, и она погибла. По словам Найла, ее смыло за борт во время шторма. Тело так и не нашли, и полиция не обнаружила свидетельств нечестной игры. К счастью – или в соответствии с планом, – бизнес перешел к Найлу, и вскоре тот продал его за кругленькую сумму, после чего вернулся в Англию.

– Ты говорил, что при деньгах был не он, а Иден?

– Да.

– По-моему, все вполне прямолинейно, – сказала Клио. – В Австралии он убил деловую партнершу, забрал поживу и вернулся в Англию. Подыскал небедную жену и сделал то же самое. Поведенческий шаблон?

– На первый взгляд, да. Но в него не вписываются некоторые нюансы. Кассиан Пью требует, чтобы завтра я принес ему новости. Будет любопытно.

– А когда его?.. – Клио чиркнула ребром ладони по горлу.

– В любой момент. Жернова внутренних расследований отдела профессиональных стандартов мелют медленно, но неумолимо. В особенности если речь идет о двух разных подразделениях. Так что все будет, и это будет прекрасно. Но до тех пор я вынужден кланяться этому продажному мерзавцу.

– Не представляю, как ты это терпишь.

– Помнишь, как в детстве мы ложились спать в канун Рождества? Как ждали появления чулков с подарками, да и самого праздника? Помнишь это возбуждение? Примерно то же я чувствую и сейчас. Вернее, чувствовал, пока наш милый Бруно не попал в беду. – Он снова обвел глазами комнату. – Мистер Гринхейзен говорил о любимых вещах Бруно. Его увлечениях. Чтобы на похоронах играла любимая музыка, а в гроб положили игрушки.

– На ум приходит мюнхенский футбольный клуб, – сказала Клио, бросив взгляд на покрывало.

– Определенно, – кивнул Грейс. – Что еще?

– Что-нибудь милое его сердцу. Его любимую машинку «порше»? И фотографию мамы?

– Непременно. Так и поступим. – Грейс поцеловал Клио и встал; окинул стены печальным взглядом. – Порой жизнь выкидывает скверные коленца. Пойдем-ка поедим.

– Да, пойдем. Знаешь… Сегодня я слышала цитату из книги Чака Паланика, и она задела меня за живое. Мол, трудно забыть боль, но еще труднее запомнить счастье, поскольку оно не оставляет шрамов.

На какое-то время Рой Грейс погрузился в воспоминания о Сэнди. О славных временах, когда все было хорошо. Да, эти годы не оставили шрамов.

В отличие от ее исчезновения и всего, что было потом. Грейс знал, что эти шрамы останутся у него на всю жизнь.

88

6 сентября, пятница

Эти шрамы останутся у Иден Патерностер на всю жизнь. Шрамы на левой руке, чуть выше и ниже локтя. Тяжелые травмы, переломы руки и двух ребер, когда пьяный Найл в припадке ярости ударил беременную Иден в живот, да так, что она кубарем скатилась с лестницы. В прошлом она не раз видела, как он, выйдя из себя, набрасывается на так называемых друзей, и ей всегда было страшно, но в тот вечер Иден впервые поняла, что Найл запросто может ее убить.

Тем летним вечером они планировали поужинать раньше обычного, поскольку рано утром ей надо было ехать в Северный Лондон на конференцию по продажам. Вместо этого – что было не так уж необычно с тех пор, как типографский бизнес покатился под гору из-за разногласий с клиентом, потерей крупного контракта на печать и угроз о закрытии кредита со стороны банков – Найл явился из паба в обиде на весь несправедливый мир. Было начало одиннадцатого. Пьяный, он грубо заявил, что хочет есть.

Иден рассердилась на него – в том числе из-за ревности, ведь она прекрасно видела, как муж заигрывает с женой друга, – и высказала все, что накопилось на душе.

То ли удар в живот, то ли падение с лестницы… Она так и не узнала. Но в результате случился выкидыш, погиб ребенок, которого они с Найлом пытались зачать два года, и наконец, после нескольких дорогостоящих и безуспешных процедур ЭКО, у них все получилось.

Бригада скорой помощи спасла ей жизнь, но немалой ценой. Иден сказали, что она больше не сможет забеременеть.

Ясное дело, раскаявшийся Найл признавался в любви, молил о прощении, упрашивал не идти