Глава 47.
Саша.
Боже мой. Эти чувства не описать словами. Поцелуи и касания Давида дарят неземное удовольствие. Неизвестное пугает, но я старательно загоняю страх подальше. А потом он и сам растворяется. Как и я. В жарких поцелуях, требовательных руках.
Его руки везде. Не соображаю совсем, когда разрешаю частично раздеть. Его губы на моей груди — отдельный вид кайфа. Прочь все мысли, хочется еще, еще его жарких объятий.
Теряюсь только в одно мгновение, когда оказываюсь прижатой спиной к груди. Мне жизненно необходимо видеть лицо своего мужчины. Оно для меня спасительный маяк... я должна, должна его видеть!
Слов нет. Мыслей нет. По венам несется лава. Все тело становится мега чувствительным и живёт своей жизнью. Это оно, а не я, выгибается сильнее, чтобы Давиду было удобнее.
Внизу живота натягивается пружина. Не понимаю, что происходит. Но стоит Давиду прикоснуться, тело пронзает сладкой судорогой. И на этом я просто отключаюсь.
Только какие-то заоблачные ощущения, чьи-то крики (неужели мои!?), горячие пальцы, жёсткие губы... Мне кажется, тело пульсирует или сокращается. В ушах нарастает гул, перед глазами плывут разноцветные круги, а после очередного движения пальцев становится невозможным сдержаться. Меня трясет, я впиваюсь в тело Дейва, кажется, что-то кричу. Не хватает воздуха, а через тело проходят невидимые нити наслаждения. Иного слова подобрать не могу.
— Давид, что это... — не могу отдышаться, трясет, внутри рвутся фейерверки, — что это было?
Мужчина мягко улыбается, все еще удерживая меня. Убирает руку, прижимая к себе.
— Это оргазм, милая. Я обещал тебе, что будет приятно.
Чувствую, как щеки заливает краска. Прячу лицо у него на груди. Вода хлещет, но она так нужна сейчас, чтобы расслабить и уменьшить напряжение.
Я не недалекая, слышала много разговоров об... об этом... Но даже подумать не могла, каково это!..
Опускаю глаза вниз и понимаю, что дальше краснеть некуда, но умудряюсь.
Там... там что-то огромное и — мамочки — мне кажется, оно там шевельнулось.
Надо было хоть пару фильмов посмотреть ддя взрослых. Но мне всегда казалось это стыдным, да как-то вообще... зачем мне это было нужно!?
Давид наверняка понимает причину моей нервозности. Поднимает голову за подбородок, смотрит в глаза.
— Больше не боишься?
Мотаю головой.
— Моя умница, — короткий чмок в нос, — правильно. Дальше будет еще лучше. У нас всё получится.
Хочу спросить, как же он, ведь там же... ну там... короче я же все правильно поняла?
— Почему оно шевелится? — Выпаливаю быстрее, чем успеваю подумать. Мозги еще плавают в нирване и совершенно не хотят соображать.
— Оно?
Давид начинает смеяться и сквозь смех поясняет, что "оно" очень хочет ко мне. Но это еще рано для меня, поэтому придётся смириться.
— Или хочешь поизучать анатомию сейчас? Побыть твоим экспонатом?
— Нннет. — Хотя где-то глубоко-глубоко маленькая смелая и безрассудная часть меня очень хочет сказать "да".
— Правильно. Сейчас эмоций хватит. А теперь завтракать и заниматься делами.
Давид помогает мне выйти, закутывает в полотенце. Сам просит несколько минут, чтобы привести себя в порядок.
Быстро одеваюсь и несусь вниз готовить завтрак. Давид присоединяется спустя десять минут.
— Саш, почему опять не ешь ничего?
Ну как объяснить, что я не хочу. Не могу я по утрам есть. Честно.
— Иди-ка ко мне. — Тянет на колени и начинает кормить сам. Первые секунды сижу с вытаращенными глазами и даже машинально открываю рот.
— Я не хочу, — мне и одного кусочка хватило. Отодвигаю руку.
— Малышка, ты у меня очень красивая. Но должна быть еще и здоровая. А ты прозрачная вся стала. Влад вернется, задницу нам обоим надерет.
Он тут же осекается, а я забываю, как дышать. Ведь про брата думаю всегда. Я перестала о нем спрашивать мужчин, надеясь, что мне сразу расскажут новости.
— Влад... Ты про него что-то знаешь? — Стараюсь говорить спокойно, но чувствую, что слезы уже подкатывают.
Давид целует в макушку и шепчет на ухо:
— Мы знаем, что он жив и скоро найдет возможность встретиться. Пока всё.
Жив. Жив! Самое главное. А ждать... ждать я умею.
От переизбытка эмоций обнимаю Давида за шею, начинаю целовать лицо, губы... вспоминаю, как мне приятно, когда он целует шею, и тоже спускаюсь, повторяя за ним.
— Саш! Саш, остановись. Моя выдержка сейчас не самый лучший кандидат для опытов.
Во мне бушует адреналин после такой новости, я не сразу понимаю, о чем вообще он говорит.
— Иди суши волосы. Поедем вместе сегодня, если не против?
Так. Влад жив. Волосы. Поедем. Теперь бы разобраться, при чем здесь волосы Влада и куда мы с ними едем!?
Давид вздыхает, снимает меня с колен и ведет к лестнице за руку.
— Это тебя так от радости прихватило? Малышка, поднимайся наверх, суши волосы. И поехали сегодня вместе на работу. Хорошо!?
Ах вот оно, оказывается. Мы на работу. Я очень, очень-очень согласна!
Бегу скорее, в рекордные сроки переодеваюсь, подсушиваю шевелюру, закалывая волосы наверх.
Офисной одежды у меня нет. Что-то подбирать и думать — не время. Хватаю любимый джинсовый комбез, надеваю под него салатовую футболку. Люблю яркие вещи. С тех самых варежек полюбила, они так празднично смотрелись!
Внизу Давида нет, поэтому бегу к машине. При выходе цепляюсь лямкой за ручку и чуть не лечу носом.
— И почему я не удивлен, катастрофа ты моя?
