Читаем без скачивания Демон тринадцатого месяца (СИ) - Cofe

Замолчав, вельможа чинно поклонился Главе низким поклоном и, загремев цепями, соединил ладони перед собой.

— Будучи моим недругом ты многому научил меня, молодой господин. Прежде полагал, что одолев тебя, сотру клан Северного Ветра с лица земли. Но оказалось, что уничтожив его, я сгубил сам себя.

Хоть и с отчужденным лицом, Глава поклонился в ответ.

— Вы были мне достойным врагом, — сказал он.

Глядя, как за Главой закрылась решетка и на его высокую удаляющуюся фигуру, губы Царедворца тронула улыбка и, вздохнув, удовлетворенно закрыл глаза. Теперь он может без сожалений покинуть этот мир. Кто теперь помешает возникновению хаоса в Северном Ветре и последующем его исчезновению, когда клан развалится изнутри.

Глава 23

Возвращение на Доуфань

По дороге в гостиницу, Глава раздумывал над странным выражением мелькнувшем на лице Царедворца, всегда прекрасно владеющим собой, которое объяснить себе не мог.

В гостинице Глава объявил Ся Гэ, что завтра они отправятся в Поместье, после заявил, что поднял ее до Первого мастера. Окрыленная столь желанной новостью, Ся Гэ, сдерживая восторг, спустилась в обеденный зал, чтобы объявить своим людям о предстоящем отъезде и чтобы начинали сборы, а не бездельничали за выпивкой. Сама она была полна радужных надежд. Она заслужила быть Первым мастером, ведя нелегкую борьбу за клан и Главу, который может гордиться своей ученицей, наконец проявившей свои способности и верность клану.

На следующее утро, люди Ся Гэ, оправившись после ночной попойки, быстро снялись с места, а через два дня пути прибыли в Сяофэнь. В дороге Глава и Ся Гэ обсудили восстановление Поместья, как следует обсудив все это. И все же Главе не давал покоя его последний визит к Царедворцу, которого казнили тем же днем, подав Белую чашу с ядом.

Воспоминаниями он обратился к визиту самого Царедворца, перед тем как сам был освобожден из темницы, и перебил восторги, ехавшей рядом с ним Ся Гэ, что господин, наконец, на свободе, которую она так долго, опасно, добивалась для него, вопросом:

— В каком преступлении обвинили Царедворца?

— В измене трону и расхищению казны.

— Царедворец дознавался о демоне Черной Луны, — проговорил Глава. — Что это значит? Неужто Фэй Я призвал демона?

— Демон Черной Луны всего лишь досужий вымысел, который мы вовремя поддержали, чтобы он сыграл нам на руку.

Глава кивнул, ехавшей рядом Ся Гэ.

— Этим ты заставила Царедворца нервничать? — озадачился он, спрашивая себя, так ли уж хорошо знал своего врага. — А сей господин не отличался особой впечатлительностью. Как ты выживала, Третий мастер, пока я был в заточении?

— Я с риском для себя противостояла нашему врагу Царедворцу, — скромно опустила взгляд Ся Гэ.

Какое-то время Глава разглядывал ее, словно увидел впервые, а Ся Гэ придержала коня, держась рядом с ним.

— Я не спрашивал, но теперь спрошу: как тебе удалось взять над ним вверх?

Этого вопроса она ждала, потому что этот разговор должен был случиться.

— Мне удалось кое-что сохранить из документов Тайного архива.

— Это невозможно, — покачал головой Глава. — Все годы нашего противостояния целью Царедворца было уничтожение архива, и он его уничтожил.

— Это так, но волею Неба, мне и моим воинам Горного лотоса удалось кое-что спасти.

— Как же получилось, что у тебя оказались именно документы, касающиеся лишь Царедворца?

— Все просто. Именно эти документы Тайная канцелярия изъяла в первую очередь, пытаясь уничтожить их. Волею судьбы, отряд Горного лотоса схватился с ними, когда они пытались избавиться от опасных бумаг. Мы ими завладели, но вынуждены были спасаться от Каменных псов, укрывшись на горе Доуфань.

— И как же ты сумела распорядиться тем, что попало тебе в руки? — продолжал допытываться Глава.

— Я внимательно прочла каждый документ, что оказался в наших руках и решила, что пришло время пустить их в ход. Ваша жизнь была важнее этих записей, чтобы и дальше хранить их. Без вас клан Северного Ветра не возродить. С кем как не с вами станет считаться император? Люди никому не верят так, как вам. Потому-то Царедворец стремился как можно скорей казнить вас.

Глава кивнул, слушая своего Первого мастера.

— В те дни я желала лишь одного, оградить вас от скорой расправы и бесконечных истязаний, которые вы, с вашим слабым здоровьем, могли не выдержать. Потому я послала один из документов придворному чиновнику. И когда Царедворец озаботился проблемой возникшей при дворе, поднятой благодаря этому документу, я дала ему понять, что дело в вас. Чтобы прекратились его напасти, он больше не смел и пальцем вас тронуть. Когда же он не поверил в мои угрозы, пришлось кое-что отослать в Тайную канцелярию в обход его людишек. И на него вновь обрушились трудности, уже намного серьезнее. На этот раз пришлось, уже впавшему в немилость Царедворцу, поверить в мои угрозы, но он исподволь натравил на меня Каменных псов. С этого момента я старалась не дать ему обнаружить себя и вовремя предавать огласке бумаги изобличающие его.

— Так ты действовала одна? Кто же помогал тебе? — спросил Глава, понимая, что Первый мастер в таком деле не могла полагаться лишь на воинов Горного лотоса.

— О ком именно вы спрашиваете?

— Что с Хранителями?

— Увы, они погибли, и приходилось принимать решение самой на свой страх и риск.

— Знаю об этой ужасной утрате, — вздохнул Глава, все же до конца не веривший в это, — но что с остальными?

— Если вы спрашиваете о Ли Ло, то она погибла, попав в засаду лучников Царедворца.

— Вот как, — пробормотал потрясенный ее смертью Глава. — Что с лекарем?

— Он пропал сразу в ту роковую ночь нападения на Поместье Тайной канцелярией и Каменными псами.

— Маг Фэй Я?

— Многие исчезли бесследно после резни устроенной Царедворцем.

— Ученица лекаря? — с усилием прошептал Глава.

— Погибла.

Глава пошатнулся в седле и остановил лошадь и непонимающе смотрел на нее.

— Погибла? — выдохнул он. — Как это может быть? Ее хоронили? Ты видела ее тело?

— Нет. Люди Тайной канцелярии скидывали убитых в Казематное ущелье.

Глава сжал поводья, лицо медленно застилала смертельная бледность, приобретая землистый оттенок.

— Это невозможно… — шепнул он, начав хватать ртом воздух, не в силах вдохнуть, на лбу выступила холодная испарина. — Ты… не видела… ты… ошиблась…

— Тайная канцелярия спалила Поместье и прилегающие к ней усадьбы. Дом лекаря и мага были сожжены, — безжалостно продолжала Ся Гэ. — Их самих убили тут же, во дворе мага. А Ли Мин… как бы я к ней не относилась, но ни за что не пожелала бы ей столь ужасной и позорной кончины… прежде чем вышвырнуть в ущелье, ее насиловали все кому не лень…

— Замолчи… — прохрипел Глава, чьи черты заострились, а кожа на лице натянулась, будто получил смертельный удар в сердце. Осторожно перевел дыхание, боясь потревожить его, готовое разорваться от острой боли и открыл глаза.

— …прямо возле трупов стариков… Она не успела уйти со всеми на гору Доуфань и захотела спастись любой ценой, отдав себя на поругание, стремясь тем снискать снисхождение своей жалкой жизни. Она испустила дух под последним из тех, кого привлекло ее истерзанное тело.

Глава съехал с седла и, пошатываясь, ввалился в ближайший кустарник, не замечая, что гибкие ветки хлещут его по лицу, царапая кожу, не понимая, куда идет.

— Объяви привал, — повернувшись в седле, деловито скомандовала Ся Гэ одному из своих людей.

К вечеру, когда Первый мастер уже собралась созвать людей на поиски Главы, он сам пошатываясь вышел к ним. Как он их нашел, когда явно был не в себе, оставалось загадкой, но его облик потряс всех. Первый мастер прижала ладони ко рту, сдержав испуганный возглас. В длинных волосах Главы белела широкая седая прядь. Лицо осунулось, глаза покраснели и смотрели отрешенно, словно к ним вышел живой мертвец. Ни на кого, не гладя, не обращая внимания на вопросы испуганной Ся Гэ, он взгромоздился на лошадь и дернул поводья, тронув ее в путь. Похоже, он не осознавал, что делал. Ся Гэ и ее воины, не мешкая, последовали за ним.