Всего пауза, словно он считывает с меня, действительно ли я хочу, чтобы он ушел?.. Что за вопрос?
А затем слегка склоняет голову и непререкаемо уходит. Когда дверь за ним закрывается, шумно выдыхаю. Что это, я не дышала последние несколько секунд?..
***
Унять собственное тело невозможно. Без утайки прижимаюсь спиной и затылком к ее двери, отсчитывая собственное дыхание. Как же хочется признаться ей, но лишь благоразумие меня останавливает. Будет лучше, если она не будет беспокоиться обо мне, зная, что я в тылу врага. Так и есть. Но что бы не случилось, стоило прожить жизнь, чтобы встретить тебя. Чтобы узнать, каково это, когда твоя любовь принадлежит мне.
Ты была в моих руках, нежная, воздушная… одурманивающая. Девочка, как давно мы не были вместе, потребность в тебе туманит мой разум. Ты сводишь меня с ума.
С трудом дожидаюсь, когда малышка действительно тушит свет, даю время найти себе место. Хоть и не чувствую, но вижу ее беспокойство. Она ходит кругами, стараясь нигде не задерживаться, все еще чего-то боится. Однако сейчас я вынудил ее изобразить сон.
Рано или поздно ты все равно уснешь, моя нежность. А потом я о тебе позабочусь.
Длинный пустынный коридор, до поворота отведенный принцессе, освещается всего парочкой магических факелов. Они находятся далеко, но мне достаточно возможностей, чтобы видеть. Простояв больше часа как положено, смирно, сбоку от двери, после забираюсь на высокий каменный подоконник, опираясь о стенку спиной, свесив одну ногу вниз.
Меч Эсфира лежит на колене, уже давно заметил, что это необычный артефакт. Он слушает меня осторожно, словно не доверяя, но ничего не может поделать, чувствуя во мне ауру Эсфира. Если его собственный меч путает хозяина, откуда окружающим узнать во мне самозванца?
Мои собственные парные клинки, прошедшие со мной огонь и воду, нынче надежно скрыты, но всегда со мной. Пришлось обзавестись полезной руной на теле, позволяющей перемещать свое оружие именно в нее. Как раньше без нее обходился? Естественно, тогда у меня не было принцессы, которую нужно ежеминутно охранять.
Улыбаюсь.
Она перевернула мою жизнь. Крошка, явившаяся передо мной в своем истинном обличии, находящая силы просто высказать мне слова благодарности… Мне одному тогда так хотелось встречи? Я ведь с трудом тогда дал девочке несколько часов на отдых и восстановление, удерживаемый Алазаром, утверждающим, что ритуал переноса требует много сил.
Я рвался к своей девочке. Моей до кончиков волос.
Моей до глубины души.
Не могу больше ждать.
Соскользнул с подоконника, оценивающим взглядом осматривая коридор, прощупывая вернувшейся магией крови наличие посторонних поблизости. Все чисто, можно действовать.
Даже со своим отменным в темноте зрением, даже со своим чутьем, далеко не сразу распознал в скрутившемся клубочке в подвесном кресле любимую девочку. Без преувеличения удивился, но сразу взял себя в руки. Инстинктивно нашла самое безопасное место? Ну, да, возможно, мимо проходящее насекомое, отдавшись лени, не полезет по сложной конструкции, разве что, если у него нет цели достать Аю.
Усмехаюсь, но довольно горько. Сколько же тебе пришлось здесь натерпеться, любимая?
Осторожно опускаюсь на колено перед креслом, прислушиваясь к ее мерному дыханию. Кресло дарит ей чувство защищенности, оттого сон хоть и неглубокий, но она не проснется от малейшего шороха. Совсем чуть-чуть ментального воздействия, буквально, чтобы не разбудить, вытягиваю Аю из кресла к себе на руки. Во сне она пальчиками цепляется за мою форму, носом прижимаясь к груди. У меня ноги подкашиваются от ее близости, лишь сила воли помогает донести ее до постели.
Осторожно опускаю свою любимую ношу в мягкость пушистых перин, искренне собираясь просто тихонько просидеть у ее кровати до рассвета. Никак не ожидаю, что ее рука сквозь сон скользнет ко мне, чтобы ухватить за рукав.
Поначалу не верю своим глазам, замирая, не зная, проснулась ли она вопреки моей магии, или ее все равно тянет ко мне, не смотря на все защитные амулеты, что я нацепил на себя, пытаясь замаскироваться.
Мы связаны крепко. Пусть истинной парой нас нельзя назвать из-за странной «половинчатости», но связь между хранителем-дроу и его подопечным слишком крепка. А в совокупности с нашими чувствами, разве разлучить по-настоящему нас возможно?
Мертвым я призраком буду приходить к ней, чтобы оберегать и просто видеть ее постоянно.
Поддаюсь накопленной нежности по отношению к девушке, что давно считаю женой. Не случись тогда то, что заставило нас разлучиться, на ее руках уже бы красовались мои магические брачные татуировки.
Покрываю ее ручку своей, в которой она исчезает, будучи совсем крохотной на фоне моей. Когда разжимаю пальцы, нагибаюсь, чтобы губами прижаться к ее ладони.
— Спи, родная, — шепчу тихонько, с нескрываемым обожанием осматривая ее чуть напряженное лицо. Едва заметно ресницы подрагивают, пальчики цепляются за меня сильнее.
Не хочу никуда уходить. Хочу приходить к ней ночью, не таясь. Или только ради того, чтобы не потревожить ее сон. Прижаться к телу, как делали мы это раньше, и крепко уснуть рядом.
Она пытается отстраниться от Эсфира, не предполагая, что за его маской скрываюсь я, потому любое прикосновение она пресекает, отшатывается от меня при первой же возможности. Наверняка чувствует уже, что один из ее стражей ведет себя странно. Не могу ничего с собой поделать, только вижу ее, и разум сразу отказывает в сотрудничестве.
Вот и получается, что только сейчас, скрываясь, могу позволить себе вольность. А после, когда мы будем далеко отсюда, мы наверстаем все упущенное — все недосказанное, все мгновения единения, каждый поцелуй.
Покинуть комнату, в которой сжимал спящую жену в объятиях на своей груди, было сложно, но с невероятным чувством окрыления глубоко внутри. Весь этот риск, с коим приходится считаться, стоит того, чтобы осуществить свою мечту в реальность. Слишком уж долго я мечтал провести с ней ночь хотя бы так.
Щелкнув пальцами, рассеял свою сигналку, призванную оповестить меня о приближении кого-либо к коридору с покоями Аи. Элементарно боялся поддаться и, умиротворенный, уснуть рядом с ней.
И сделал это очень вовремя, так как через пару минут из-за поворота показались две крепкие фигуры в белом, уже довольно хорошо мне знакомые. Саид шел чуть впереди, Рамиль на полшага сзади. Что мне нравится в младшем из близнецов, так это простое отношение к сослуживцам. Даже будучи главой отдельного подразделения, во внеурочное время совершенно свойский малый.
Да, у меня хорошее настроение.
— Приветствуем тебя, Эсфир, — первым кивнул мне Саид. — Все спокойно этой ночью?
Кивнул на оба обращения сразу. По протоколу, у меня есть час, чтобы привести себя в порядок, освежиться, и приступить к новому рабочему дню. Но разве я устал, когда всю ночь заряжался теплом ее тела под боком?
— Друг, отойдем? — маска Рамиля пока покоилась на его макушке, потому дракон подмигнул мне, ухмыляясь, держа при этом руки в карманах.
Переглянувшись с Саидом, свободно ступил навстречу огненному варголу, жестом приглашая его удалиться вместе со мной.
— Вечером в трактире в центре намечается сходка, не хочешь присоединиться? — начинает он, вышагивая плечом к плечу со мной в сторону отдельного крыла со скромными комнатами личных стражей.
— Не сегодня, — отвечаю, не скрывая голоса. Уже давно, после ночных смен взял в привычку выпивать зелье для изменения голоса заранее, перед встречей с охранниками. Не зря, как практика показывает. И общаться лучше по минимуму.
— Почему? — без особого настаивания поинтересовался приятель Эсфира. Дракон обернулся, проверяя, может ли кто-то его услышать, и, убедившись, что рядом свидетелей нет, продолжил: — Мне кажется, ты в последнее время слишком много думаешь о принцессе. Тебе надо развеяться.
Я даже остановился от неожиданности. Что?
Рамиль остановился следом, шмыгнув носом, вновь пробежав глазами по коридору вдоль и поперек, затем устремив взгляд прямо в прорези моей маски.
